Дарья Асламова: Гуляет всё, что куршевелится

Римский император, установивший налог на общественные уборные, в свое время заявил, что деньги не пахнут. И ошибся. Деньги испускают непреодолимо притягательный чувственный аромат. В Куршевеле, на маленькой французской станции, затерянной высоко в альпийских горах, деньги с утра пахнут свежими круассанами и отлично сваренным кофе (только французы так умеют готовить кофе!), днем они благоухают корицей в горячем красном вине, которое пьют после катания румяные самодовольные лыжники, и запахом моря от устриц, заказанных на ленч, вечером от денег исходит чудесный запах коньяка и хороших сигар, вызывающий аромат духов легкомысленных женщин, высоко котирующихся на рынке продажной любви, и более сдержанный дорогой запах законных жен, по одному виду которых иногда ясно, что это не первая, а может, даже и не вторая жена.

О деньгах

Куршевель - горный курорт, где дышат воздухом для избранных. Сначала здесь резвились арабы, потом бразильцы, а последние восемь лет курорт облюбовали русские. Для русских начала XXI века Куршевель звучит так же престижно, как Баден-Баден для русских середины XIX. Наступила пора неслыханного мотовства и бахвальства своим богатством. Во многом за счет русских городок заплыл жиром и пресытился развлечениями. Наши сограждане совершили здесь столько странных поступков, что отклонение от нормы стало нормой.

Эта зима в Куршевеле запомнилась тремя мощными русскими дискотеками (10 000 евро устроители платили за ночь в зале модного клуба, куда пускали только наших по особым приглашениям) и соревнованием по горным лыжам среди любителей с интригующим названием «Кубок миллионеров». Первое место занял русский олигарх с чудесным, трогательным именем Гриша Березкин, последнее место досталось неизвестному, которого наградили часовым полетом на воздушном шаре с шампанским и икрой.

- Как же вы определяли, кто из любителей миллионер? - спросила я Диму Свищева, одного из организаторов соревнования и владельца горнолыжного клуба «Новая лига».

- Нам было достаточно устного заявления, что вот, мол, я миллионер.

Дима называет себя микроолигархом и очень хорошо рассуждает о природе олигархов:

- Есть богатые и богатые, люди избранные и бандиты с деньгами. Мы стараемся, чтобы на наших тусовках были только порядочные люди.

- Ты всерьез думаешь, что в России, стране нового капитализма, можно найти людей с чистыми деньгами? - рассмеялась я. - Кто же, по-твоему, эти избранные люди?

Дима ответил просто:

- Те, кто никого не убивал, - ни компаньонов, ни конкурентов.

Я поперхнулась шампанским.

- Лыжи для многих из наших богатых только повод для приезда в Куршевель, - рассказывал Дима. - Вот тебе здешний распорядок дня русского олигарха. Подъем (с похмелья) - в десять часов утра. Неспешный завтрак и обсуждение того, где будут обедать.

Немножко катаются, пьют глинтвейн. Заказывают супердорогой ресторан высоко в горах для обеда. Таких престижных ресторанов немного, и заказать в них места трудно, но это надо сделать непременно, иначе потеряешь лицо. Долго обедают и обсуждают, что будут есть на ужин. После немножко лыж. И ужин, во время которого решают, в какой клуб закатиться. Но какими бы ни были наши олигархи, Куршевель без них просто загнется. Французы так не думают.

- Нам не нужен русский курорт, - говорит генеральный менеджер туристического управления Куршевеля Рене Монтгранди. - Русских за сезон приезжает 5 процентов от общего числа туристов, и этого достаточно. Более того, мы даже собираемся уменьшить квоты для ваших туристических фирм.

- Но почему? - удивилась я. - Ведь наши люди - отличный заработок для Куршевеля...

- Прежде всего сами русские не любят, приезжая за границу, сталкиваться с русскими. И второе, курорт должен быть интернациональным. Если русские постепенно выдавят остальных, то когда пройдет мода на Куршевель или у вас что-нибудь случится в стране, мы останемся ни с чем. Или, вернее, ни с кем.

О неприязни

Нас не любят, не любят, не любят! Мы можем швырять деньги, точно пьяные матросы, мы можем учить языки, мы берем уроки хороших манер, мы из дикарей превращаемся в образованных, крупных хищников, мы учимся улыбаться, но на нас по-прежнему смотрят свысока и безбожно обсчитывают в ресторанах, как в доброе советское время. Общаясь с русскими в Куршевеле, французы обнаруживают такую простодушную любовь к прибыли и такую дикую жадность пополам с завистью, что все это можно объяснить простецким русским выражением - их жаба душит.

Есть очень емкое выразительное французское словечко «гаспияж» (gaspillage), что означает выброшенные на ветер, бессмысленно потраченные деньги. То, что делают русские в Куршевеле, - это гаспияж, оскорбляющий французское чувство хозяйственности и трепетного отношения к деньгам. Здесь, как нигде, видна разница между старыми и новыми деньгами. Принцип старых состояний: «Если у тебя есть деньги, спрячь их». Принцип новых денег: «Если они у тебя есть, сори ими». Французов раздражает это движение «разночинцев» к «Моэту и Шандону» и устрицам. Один мой знакомый французский миллионер по имени Роже, помешанный на горных лыжах, каждую зиму бросает свой обширный бизнес на компаньонов и приезжает в Куршевель работать простым инструктором. Кстати, хороший инструктор по горным лыжам зарабатывает за сезон чистыми около 20 000 евро, но для Роже смысл не в деньгах. Он это делает из любви к искусству. Мы ужинали с Роже в ресторане, и он произнес целую речь о русском гаспияже:

- У русских нет никакого уважения к вещам и к труду. Они покупают бутылку драгоценного вина и в припадке веселья просто бьют ее об стенку.

Они заказывают лангуста за тысячу франков, съедают крохотный кусочек и отсылают остальное на кухню.

- Это гаспияж, - отрезал Роже. Я заткнулась.

- А что они вытворяли два года назад! Построили корабль из снега, сделали там бар, пригласили сто шлюх и закатили вечеринку. А их женщины! Мужчины приезжают с гаремом из десяти проституток, которым по 15 - 16 лет!

- Почему ты решил, что они проститутки? - не выдержала я.

- Утром я давал им уроки, а вечером видел, как они себя ведут в ночном клубе.

Я представила, что бы подумал Роже обо МНЕ, если бы видел вчера вечером, что Я вытворяла в баре, когда меня поили шампанским прямо из бутылки, как ребенка из соски, и мысленно покраснела.

О женщинах

Женя Куршевельский (так его зовут друзья) - вездесущий молодой человек, устраивающий празднества и развлечения для богатых русских заказчиков. Олигархов, приезжающих на курорт, Женя называет «аллигаторами на склонах», тусовщиков в ночных клубах - «коллегами по борьбе со сном», а себя самого - «синьором из общества». Он знает все и всех, но, даже напиваясь, молчит как рыба о своих знаменитых клиентах. В Куршевеле вообще принято «шифроваться». Здоровенные бугаи с тяжелыми взглядами, от которых становится не по себе, при знакомстве называют себя так: «Антоша», «Коля», «Петя», «Слава». Слеза прошибает от этих детских имен.

- Ты пойми, русская публика - самая испорченная удовольствиями, - объясняет Женя. - Они хотят попробовать все, что может за деньги попробовать человек. И в Куршевеле любой каприз удовлетворяется быстро и качественно, а французские власти смотрят на это сквозь пальцы.

То, о чем Женя боится сплетничать даже во сне, охотно рассказывают местные французы. С двусмысленными улыбками и таинственным видом они говорят о маленьких гостиницах, где целыми выводками селятся русские красотки из Женевы и Парижа, ухоженные, точно породистые лошадки. Приезжает, к примеру, богатый человек со всем семейством - с женой, тещей и детьми. Уходит с утра с друзьями кататься на лыжах до самого вечера, а в промежутке успевает заглянуть в эти негласные дома свиданий.

Или скажите, что делать приличному человеку, у которого есть и жена, и любовница? Чтобы не ссориться, он селит их отдельно. Днем навещает зазнобу, вечером проводит время с законной.

Цены на женщин соответствуют месту: от 1500 до 3000 евро за ночь, 500 евро за «легкий петтинг» (местное выражение). На Рождество и Новый год цены резко взлетают. Для работниц любовного фронта это самая горячая пора. Но их тоже по русской привычке часто «кидают» на деньги. Вот вам сцена перед «нашей» дискотекой в Куршевеле. В самый разгар праздника перед входом в клуб тормозит такси. Выходят русские красотки и говорят охранникам, что они приехали на такси из Парижа, что их ждут, что за такси обещали заплатить (как минимум штуку евро) и т. д. А охрана уверяет, что им ничего не известно. Красоткам пришлось возвращаться в Париж, и вид у них был ну очень разочарованный.

...Под утро я проснулась от грохота взрывов и подумала: война. Опять бомбят. И только потом вспомнила, что так взрывают снежные лавины и я сейчас на другом фронте. На фронте нескончаемой борьбы за удовольствия.

УСТАМИ МЛАДЕНЦА

- У тебя сколько бодигардов?- Два.- А меня папа в школу меньше чем с тремя бодигардами не пускает.(Русская ребячья болтовня у игровых автоматов в Куршевеле.)

ОТДЫХ ПО-РУССКИ

Драку миллионеров заказывали?

Русские каникулы в Куршевеле в этом году получились на редкость боевыми. Главный хит сезона - драка в одном из вагончиков подъемника на высоте нескольких десятков метров. Мордобой, по слухам, получился знатный. «Новые русские» выясняли, кто круче, по старинке: кулаками и тем, что было под рукой, - палками и лыжами. С криками «А ты меня уважаешь?» выбивались зубы и стекла в вагончике, который судорожно раскачивался из стороны в сторону.

Выброс адреналина продолжился и на вечеринке в клубе. Победителем этой драки вышел хозяин одной из столичных строительных компаний. Потасовка длилась всего несколько минут, зато вспоминать о ней отечественные миллионеры будут целый год.

А еще наши нуворишы скупают черную икру в огромных количествах по цене 7 тысяч евро за кило, орут в кабаках патриотические песни и пьют за президента.

Только для нашей состоятельной публики была устроена эксклюзивная презентация шестой модели BMW. Стоимость автомобиля - 80 тысяч евро. Французы и прочие европейцы увидят новый «бумер» не раньше начала февраля. В России все машины этой модели уже раскуплены на год вперед, публика записывается на лист ожидания.

Катались ли наши собственно на горных лыжах? Как ни странно, да.Анатолий МАКСИМОВ.