Дом брачной ночи Пушкина

Таков дом Пушкина сейчас...

Трудно в это поверить, но у Пушкина во всю его жизнь никогда не было своего дома. Все снимал да снимал. Конечно, на ум сразу приходит Михайловское, Болдино - но теми домами Александр Сергеевич владел совместно с братом Львом и сестрой Ольгой. Что ж, гении и в самом деле не бывают богатыми. И как же обрадовался он, когда появилась возможность снять дом на Арбате. Пусть даже и не весь дом, а только пять комнат во втором этаже. Но ему дом был нужен позарез! Потому что юная красавица Натали Гончарова уже улыбалась ему благосклонно, а родители обещали ее руку нетерпеливому поэту, сгорающему от любви. Пушкин въехал в этот дом менее чем за месяц до свадьбы.

И вот счастливейший день: 18 февраля 1831 года. Он надевает ей на палец кольцо и через несколько минут вносит ее на руках в обитель любви. Потом - на второй этаж по скрипучей деревянной лестнице. Они остались вдвоем.

Не сразу удалось создать в этом доме музей. Мемориальную доску повесили еще в столетнюю годовщину смерти поэта - в 1937 году, а за стенами царил хаос коммуналок. Керосиновая копоть застилала старинную лепнину на потолках, потрескавшиеся стены взывали о помощи, а ржавая крыша текла так, что приходилось на пушкинском этаже ставить ведра под струи. Потому что хоть и знали, какой это дом, прямых доказательных документов тому не имелось. И такие жаркие споры среди пушкинистов велись, что только друг на друга они не бросались.

Да сам он писал: «Живу на Арбате в доме Хитровой...» А их у Хитровой два - неподалеку один от другого. И, как ни искали подтверждений тому, что именно этот дом, поблизости от Смоленского рынка, - его, ничего найти не удавалось. Да и не осталось, поди, таких документов. Сколько времени-то утекло.

Но случилось-таки невероятное и по меркам истекшего времени - недавно совсем! В 1979 году. И сделал это вовсе не пушкинист, положивший всю жизнь на исследование бытия поэта, а инженер-физик С. К. Романюк, который, как выяснилось, был лириком не меньше, чем физиком. Он закопался в Центральном историческом архиве Москвы, выискал «Маклерскую книгу Пречистенской части» и обнаружил собственноручную запись Пушкина! «...Я ниже подписавшийся, г-н девятого класса Александр Сергеев Пушкин, заключил сие условие... что нанял я, Пушкин, собственный дом г-на Хитрово... что на Арбате, каменный двухэтажный». И все - отпали всякие споры!

Ходил я вместе с Н. М. Шишаевой, ученым секретарем музея, по дому, любовно, со вкусом обставленному, и жалел об одном: ничего из обстановки, принадлежавшей Пушкину, для музея найти не удалось. Но - все подлинное - из его времени, даже и книги, которые он мог бы держать в руках.

Хотя нет, одна вещица осталась. Маленький столик, что подарила музею семья Хитрово. По семейному преданию, столик и в самом деле принадлежал Александру Сергеевичу.

Недолго он прожил в этом доме. Но были это самые счастливые дни в его жизни. Оказалось счастье коротким.