Василий Песков

Тургеневские места

В родных местах Тургенев  не расставался с ружьём.

В родных местах Тургенев не расставался с ружьём.

Отблески лета

МОЙ ДРУГ редактор журнала «Муравейник» Николай Старченко как-то сказал: «Орловская земля истоптана охотничьими сапогами Тургенева». Этим летом, побывав в Спасском-Лутовинове, я увидел ружье и охотничью сумку Тургенева, а рядом портрет охотника: огромный рост, «голова с котёл», как говорили местные мужики о своем барине.

Наезжая с Николаем в редкие по живописности уголки Орловщины, мы побывали во многих местах, где ступала нога Тургенева. Не один раз видели Бежин луг, в прошлом году добрались во Льгов, куда спутник Тургенева Ермолай заманил барина «пострелять уток»; побывали в Степановке, где соседи Толстой и Тургенев, гостя у Фета, поссорились. Двое великих, есть ощущенье, ревниво относились к писаньям друг друга, спорили также, чей парк при усадьбах лучше устроен. Ссора по ничтожному поводу была, вероятно, искрой между двумя «глыбами» русской литературы. Дело, однако, дошло до вызова на дуэль, и даже было назначено для неё место - у сельца Богоявленский Погост. Но всполошившийся Фет и еще кто-то из близких обоим друзей дуэль (на ружьях!) расстроил. В прошлом году мы побывали в доживающем век Богоявленском - три дома, скудные огороды, лужок, опушки леса...

И нашли мы в том же году в калужских лесах местечко, где встретил Тургенев самых первых героев своих «Записок охотника» - Хоря и Калиныча. Тут ничего не осталось, кроме одичавшей груши, ложбинки пруда и поросшего крапивой местечка, где стояла усадьба Хоря. Эта краеведческая находка подвигла нас заказать доску с резным извещением: «На этом месте стояла усадьба Хоря (читайте рассказ Тургенева «Хорь и Калиныч»). Доску, вторично съездив на место, на дубовом столбе мы тут утвердили. Её увидит каждый, кто сюда доберется. И это укрепило наше желание побывать всюду, где «стреляло ружье Тургенева» и где он копил наблюденья для бессмертных своих «Записок».

Бирюк

Странное дело, но на Орловщине мы отыскали несколько мест с названьем Кобылий верх. Одно из них - в сорока минутах ходьбы от Спасского-Лутовинова.

Прежде чем отправиться к Кобыльему верху, мы, понятное дело, перечитали тургеневского «Бирюка». И в который раз поразились силе слова, способного передать атмосферу летней грозовой ночи в лесу с молниями, с дождевым ливнем. Тут перед охотником, которому до дома осталось вёрст пять, возникла фигура высокого бородатого человека с громовым голосом: «Кто такой?»

Оказалось, это лесник с известным в округе прозвищем, которое он и сам признавал, Бирюк. Лесник узнал барина, проводил его в свою лесную избушку, от убогости которой даже у читателей тургеневского рассказа сжимается сердце - лучина, люлька с младенцем, которого качает девочка лет девяти. Выясняется, что это и всё семейство могучего Бирюка. «Жена с прохожим мещанином убежала», - сказал он с горечью.

Но главное звено драмы грозовой ночи еще предстояло увидеть. Лесник, вышедший из избы глянуть, хорошо ли под навесом барской лошади, возвратился озабоченный: «В лесу шалят... У Кобыльего верху дерево рубят»...

Читателям надо заглянуть в томик Тургенева. Вконец обедневший мужик ненастной ночью решился украсть бревно для починки обветшавшей, полной детей избенки. И вот попался. Еще никто не мог уйти безнаказанно от бдительного Бирюка.

При участии охотника-барина, знавшего нрав соседа - владельца леса, Бирюк, смягчившись, порубщика нехотя отпускает: «Все вы воры в вашем селе!»

С директором музея-усадьбы Тургенева «Спасское-Лутовиново» Николаем Ильичом Левиным продрались мы лесом к Кобыльему верху. Дорога шла в гору, по сторонам - дубы, клены, орешник в плотном подлеске. Наверное, так же все было и при Тургеневе. «Вот тут стояла изба Бирюка», - говорил Николай Ильич у поляны, заросшей бурьяном и шиповником. А почти рядом с дорогой сохранился колодец, из которого Бирюк брал воду. Сруб, конечно, поставлен тут новый, но вода и сегодня холодна и чиста. Можно посидеть на скамейке, поразмышлять.

Сто пятьдесят лет назад мужик на тощей лошади грозовой ночью приехал добыть бревно - поправить избенку. Бирюк был на службе у соседнего с Тургеневым барина... Позже в России и в советское время леса охраняли около восьмидесяти тысяч лесников и обходчиков. Сегодня охраны практически нет. И не на тощей лошади, а на мощном «КамАЗе» заезжают сегодня в леса, и не грозовой ночью, а белым днем. Навалит порубщик лучших деревьев и безбоязненно их увезет - никто его даже не остановит, не спросит, откуда, куда везет древесину. Идет разграбление леса! И добро бы для починки избы, нет, для того, чтобы спешно добычу продать и овладеть хоромами дома, а то и где-нибудь в Англии...

Бежин луг

В который раз стояли мы у обрыва перед луговой чашей, по которой прихотливо вьется быстрая серебристая речка Снежеть. Что тут увидел Тургенев, мы знаем по известному со школьных лет рассказу «Бежин луг».

Много воды утекло с того лета в холодной Снежети. И несколько поколений людей знали: где-то на Орловщине есть знаменитый луг. Ничего особенного на нем не случилось - одна только ночь, пережитая наблюдательным человеком, оставившим в наследство нам очарование летней ночи на лугу, по которому течет Снежеть, лошади, ребятишки возле костра...

«Хорошо раскрутил Тургенев этот лужок», - сказал подъехавший на черном джипе к лугу явно преуспевающий ныне малый. Сказал он курьезное слово «раскрутил». И в самом деле на Орловщине немало живописных лугов. Согласимся: этот - особенный. Но если б не ночь, проведенная тут Тургеневым, знали б мы Бежин луг? Не «раскрутил», а осветил своим именем, сделал этот орловский луг известным всей России дорогим уголком нашей природы. Беречь это место мы обязаны наравне с памятниками истории. Бережем ли?

Увы! Первый раз Луг я увидел в 1965 году. Он просто околдовал меня живописной своей простотой. И вот спустя сорок лет, чтобы сделать снимок, нам пришлось обойти луг и поглядеть с другой стороны, где еще остался уголок прежней прелести. Где сегодня трава, цветы, кусты на лугу? Почему болото желтеет там, где паслись когда-то телята и купались здешние ребятишки? Николай Ильич поясняет: «Отсыпана дорога по берегу Снежети, которая вела к дому какого-то важного чина. Вода перестала стекать с луга в речку, и он заболотился. Устроили на одном из откосов луга каменоломню. Только вмешательством прокурора удалось разрушенье откоса остановить. Сверху на луг спускается череда бетонных опор электролинии - «это чтобы на сельском празднике летом было светло». И в довершение всего глава администрации Чернского района (это Тульская область) распорядился «украсить» луг - поставить у спуска к нему беседку из металлических прутьев, покрытых алюминиевой краской. Воистину драгоценным камнем кололи орехи.

Работники музея Тургенева (Орловская область) умоляли: «Отдайте Бежин луг нам под опеку». Нет, заупрямились туляки: «Наше!» А хранить драгоценность не могут. Но есть надежда: это будет скоро поправлено.

Певцы

Разумно сразу же отослать читателя к, возможно, самому лучшему из рассказов в «Записках охотника». В «Певцах» есть всё: и волнующее описание жаркого летнего дня, и облик деревушки с названием Колотовка, Притынный кабачок в самом начале её. И галерея деревенских людей, от хозяина кабачка Николая Ивановича до певцов - некоего рядчика и Якова-Турка.

Всё происходило в кабачке во времена, когда не было ни граммофона, ни радио, - люди тешили себя пением соловьев, канареек и пели сами. Пели на лугах в хороводах, на свадьбах, в церковном хоре, где-нибудь на речном берегу или, как тут - в кабачке.

Никто лучше Тургенева не описал атмосферу состязания сельских певцов. Перечитайте в «Записках охотника» рассказ, и тогда понятным станем наше желание побывать на месте, где стояла когда-то запыленная Колотовка.

Издалека, с другого берега низины, это место угадывается. По мостку из березовых жердей переходим к оврагу, который ведет как раз к тому месту, где ютилась убогая Колотовка. Продираясь сквозь овражные заросли, мы вышли наверх и стали, как говорят топографы, определяться на местности. Среди желтых перед осенью бурьянов то и дело попадались кабаньи лёжки. Чудилось, что звери разбежались, почуяв приближенье людей. Березовый лес у вершины оврага со времен Тургенева обновлялся, конечно. По зарослям малинника, шиповника и одичавших груш на опушке узнавалось место селенья. Пройдя вдоль старых лип, «помнящих» деревеньку, из дупла мы спугнули сову, и она низко над бурьянами полетела в низину, по которой, возможно, шел Тургенев, очарованный пением в кабачке.

Стали искать место, где мог стоять кабачок. Описание Тургенева совпало с найденным прямоугольником земли, сохранившим валик насыпи возле уже не существующих стен.

Мы закусили на этом месте и в память о тех, кто тронул сердце писателя, спели подходящую случаю песню и решили: так же, как на месте усадьбы Хоря, поставим на столбе доску с подобающей надписью.

В Спасском-Лутовинове наше решение встретили с энтузиазмом, пообещав как следует уточнить место - «пошарим металлоискателем, может, монетку или хотя бы пуговицу откопаем».

Доску друзьям-реставраторам мы сразу же заказали. И через пару дней получили сигнал из Саранска: «Доска готова!» Весною доску в памятном месте мы установим.

Перечитайте, друзья, описание Тургеневым состязанья певцов в Колотовке!