Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+2°
Boom metrics
Политика5 февраля 2008 22:00

И посадить стыдно, и оправдать

Наш корреспондент, побывав на суде над защитниками Бронзового Солдата, пришла к выводу, что эти слушания будут длиться вечно

...Сюжет - абсурднее не придумаешь: сидим в таллинском кафе с тремя гражданами Германии и говорим о памятнике Воину-освободителю. Русская с немцами...

- Урою! По европейским судам затаскаю этих фашистов! - примерно так грозится Клаус Дорнеманн, имея в виду эстонских полицейских.

На нас начинают оглядываться.

- А что вы, Клаус, понимаете под словом «фашизм»? - вежливо увожу я разговор в сторону.

- Да все! - уже почти кричит он. - Начиная от того, КАК эстонские власти отнеслись к нашему Солдату, и заканчивая тем, что судья не разрешает нам хлопать в ладоши!

Оказывается, на «своих» и «чужих» мир делится совсем не по цвету паспорта...

В дни апрельских беспорядков 65-летнего Клауса вместе с его сыном Лукасом в самом центре Таллина загребли в полицейский «воронок», увезли в таможенный склад (терминал «Д») и так избили, что он до сих пор остыть не может. За что? За то, что отказывался вставать на колени и помогал товарищам по несчастью перочинным ножичком разрезать на руках пластиковые стяжки. Можно сказать, что с Клаусом всем нам крупно повезло - потому что остальным заключенным этого маленького концлагеря в возбуждении уголовных дел против эстонской полиции было отказано. Клаус написал письма всем, кому мог («Президент Эстонии не занимается правами человека», - простодушно ответили ему из канцелярии), и с толстой папкой чиновничьих отписок собирается двигаться в Европейский суд.

Поэтому все четыре дня судебного процесса над мнимыми «организаторами» беспорядков - Дмитрием Линтером, Максимом Рева, Марком Сирыком и Димитрием Кленским - он, не понимая по-русски ни слова, как живой памятник сидел в зале суда. Чтобы морально поддержать защитников Бронзового Солдата, на которых теперь пытаются повесить всех собак, вместе со счетом (около двух миллионов долларов!) за разбитые хулиганами витрины. Это именно по просьбе Дорнеманна на судебный процесс прилетела депутат Европарламента Сара Вагенкнехт, которая, послушав допросы обвиняемых, пришла в ужас, и на следующий же день разразилась заявлением: «Считаю скандальным, что Европейский Союз в отношении Эстонии придерживается позиции, будто дело идет о внутригосударственной проблематике. Наступила крайняя пора требовать от Эстонии соблюдения тех стандартов демократии и правового государства, к которым она себя обязала, вступая в ЕС!»

«Коммунистка, что ее слушать», - немедленно поставили диагноз эстонские газеты, в очередной раз забыв о том, что премьер-министр Эстонии Андрус Ансип в свое время и вовсе заведовал отделом в Тартуском райкоме партии. Скорость реакции Европы на ситуацию с переносом Бронзового Солдата, конечно, потрясает... Но это все же лучше, чем ничего. По сравнению с тем, как идет сам судебный процесс над «таллинской четверкой», это просто спринтерская скорость.

Что вы думали, крича: «Позор фашистам!»? За четыре дня прошлой недели таллинский суд заслушал двух с половиной обвиняемых. В полном соответствии с анекдотами про знаменитую эстонскую медлительность... Проблема не в том, что процесс идет на двух языках и каждый звук переводится с русского на эстонский и наоборот. Советскими учреждениями, помнится, руководили уборщицы, эстонскими же правят секретарши. Больше всего работе суда мешает немолодая матрона, которая печатает на компьютере двумя пальцами. Поэтому время от времени зал вздрагивает от душераздирающего вопля: «Я не успела!» - и прокурор, судья, обвиняемые и адвокаты покорно ждут, когда она закончит абзац... Все это происходит на фоне утомительных прокурорских расспросов: - Подсудимый Рева, что вы думали, крича: «Позор фашистам!»? И ответов в том же стиле, что и вопрос: - Я думал про позор фашистам... Неотлучно находясь в зале суда, я набила на компьютере 78 страниц. Перечитываю - и не могу понять: ЧТО это было? То ли диктант в школе для дебилов, то ли елка в детском саду? Прокурор: - Что вы имели в виду, написав слово «шарик»? Обвиняемый: - Шарик. - А что подразумевали под словом «забор»? - Забор. - А какой забор? - Деревянный... Над некоторыми ответами самого юного подсудимого - 18-летнего Марка Сирыка, который, по версии следствия, «организовал» массовые беспорядки, будучи школьником, - смеется даже сама госпожа прокурорша. «Что, - спрашивает она, - вам говорили в полиции, задержав у памятника в плащ-палатке? - Оказывали на меня психологическое давление, заставляя в течение трех часов читать книги Марта Лаара (это экс-премьер-министр, написавший несколько учебников истории, из которых следует, что эстонцы помогли князю Олегу взять Киев, разгромили Суворова, а в 1918-м победили Россию в маленькой победоносной войне. - Авт.), что вполне можно отнести к изощренным пыткам... Но время от времени зал смеяться перестает - и тогда сквозь крики секретарши прорываются слова, сравнимые с речами Георгия Димитрова на другом антифашистском процессе - том, что проходил в Лейпциге в 1933-м: «Я видел кадры, как Солдата залили краской и как набрасывали ему петлю на шею. 9 Мая ко мне подошла старушка в немецких значках и начала кричать, что я - оккупант. О чем шла речь, я не сразу понял, потому что моя жизнь начиналась в независимой Эстонии. Видел плакат, с которым националисты выступали у Бронзового Солдата, в котором говорилось, что это эстонская земля и что мы должны благодарить эстонцев за то, что нам позволяют дышать их воздухом». «Я и активисты «Ночного дозора» ходили к Бронзовому Солдату, как к больному родственнику. Когда руководители страны ведут себя как люмпены, говоря о захороненных как о пьяницах, попавших под танк пьяного танкиста, - это есть не что иное, как психотеррор против собственного народа. Выступления Ансипа оскорбляли наши национальные чувства, потому что каждый раз говорилось, что этот памятник русским и для русских. И на этот террор «Ночной дозор» отвечал призывом прийти к памятнику с цветами..» Первая цитата принадлежит 18-летнему Марку Сирыку, вторая - 62-летнему Димитрию Кленскому. На скамье подсудимых они сидят рядом и думают одинаково. Есть, наверное, на свете что-то более важное, чем конфликт поколений... Дело разваливается Слышит ли эти слова эстонское общество? Еще как. На днях, например, мы с социологом Юханом Кивиряхком в течение часа обсуждали вопрос - как подготовить публику к тому, если судья вынесет защитникам памятника оправдательный приговор? Задача не из простых, потому что за прошедший год власти и СМИ целенаправленно делали их врагами народа. А премьер-министр и вообще, не дожидаясь суда, пообещал каждому по пять лет тюрьмы. Но у самих властей ситуация еще печальнее. Дело разваливается, и с каждым днем судебного заседания это становится все более очевидно - потому что нельзя в XXI веке, находясь в европейском правовом поле, осудить людей за мысли, изложенные в электронных письмах и SMS. Посадить их в тюрьму - значит, опозориться на весь Евросоюз, тем более что слава о процессе «таллинской четверки» уже выплеснулась из маленького эстонского тазика, а адвокаты настроены бороться до конца и брать билеты в Страсбург. Оправдать - значит, признать преступными действия эстонского правительства, которое и спровоцировало беспорядки, решив перенести памятник в крайне оскорбительной для трети населения форме. Но представить себе на скамье подсудимых главу кабинета в компании с двумя министрами - внутренних дел и обороны - не позволяет даже самое буйное воображение. Довести обвиняемых до инфаркта, как Милошевича? Всех четверых?.. Лучшим был бы выход, который в первый же день процесса предложил адвокат Леонид Оловянишников, - отказаться от обвинения вообще и отправить в архивы все десять томов этого дела, основанного на подслушивании и подглядывании. Увы, прокурор Лаура Вайк к голосу чужого разума не прислушалась. Наконец стало ясно почему - она, не скрывая радости, отправляется на долгосрочную стажировку в Гаагу, оставляя разбираться с этой кашей своих коллег. Выход один - спровоцировать новые беспорядки, обогатив скандальное дело свежими фактами. Наверное, не случайно потому следующую серию этого суда нам покажут ... 8 мая, как раз в тот день, когда Европа будет праздновать победу над фашизмом. Судя по темпам эстонского судопроизводства, окончательный вердикт мы услышим не скоро. ПРИГОВОР Таллин не виноват Грустно: отвечать за чужие ошибки приходится невиновным - покуда идет этот судебный процесс, россияне автоматически переносят свою обиду на город Таллин, который теперь ассоциируется у всех не с волшебной сказкой, а с зелеными жилетками и телескопическими дубинками, которыми полицейские молотили прохожих... Таллин не виноват, и он, как всегда, прекрасен, хотя в новогодние каникулы сюда приехало ВТРОЕ меньше туристов, чем обычно. Все на месте - глинтвейн, свечи в витринах и цветы на улице Виру. Только вот судят невиновных и День Победы похоронен на кладбище... А еще все постепенно привыкают к тому, что маленький «Большой брат», вытянув ухо, почти постоянно сидит в кафе за соседним столиком. И оттого, что спецслужбы Эстонии такие же маленькие, как и она сама, «агентам» начинаешь кивать, как старым знакомым. И их присутствие в жизни становится привычным, как крики чаек. В принципе это вполне можно выдавать за местный шарм...

Что вы думали, крича: «Позор фашистам!»?

За четыре дня прошлой недели таллинский суд заслушал двух с половиной обвиняемых. В полном соответствии с анекдотами про знаменитую эстонскую медлительность... Проблема не в том, что процесс идет на двух языках и каждый звук переводится с русского на эстонский и наоборот. Советскими учреждениями, помнится, руководили уборщицы, эстонскими же правят секретарши. Больше всего работе суда мешает немолодая матрона, которая печатает на компьютере двумя пальцами. Поэтому время от времени зал вздрагивает от душераздирающего вопля: «Я не успела!» - и прокурор, судья, обвиняемые и адвокаты покорно ждут, когда она закончит абзац...

Все это происходит на фоне утомительных прокурорских расспросов:

- Подсудимый Рева, что вы думали, крича: «Позор фашистам!»?

И ответов в том же стиле, что и вопрос:

- Я думал про позор фашистам...

Неотлучно находясь в зале суда, я набила на компьютере 78 страниц. Перечитываю - и не могу понять: ЧТО это было? То ли диктант в школе для дебилов, то ли елка в детском саду?

Прокурор:

- Что вы имели в виду, написав слово «шарик»?

Обвиняемый:

- Шарик.

- А что подразумевали под словом «забор»?

- Забор.

- А какой забор?

- Деревянный...

Над некоторыми ответами самого юного подсудимого - 18-летнего Марка Сирыка, который, по версии следствия, «организовал» массовые беспорядки, будучи школьником, - смеется даже сама госпожа прокурорша. «Что, - спрашивает она, - вам говорили в полиции, задержав у памятника в плащ-палатке?

- Оказывали на меня психологическое давление, заставляя в течение трех часов читать книги Марта Лаара (это экс-премьер-министр, написавший несколько учебников истории, из которых следует, что эстонцы помогли князю Олегу взять Киев, разгромили Суворова, а в 1918-м победили Россию в маленькой победоносной войне. - Авт.), что вполне можно отнести к изощренным пыткам...

Но время от времени зал смеяться перестает - и тогда сквозь крики секретарши прорываются слова, сравнимые с речами Георгия Димитрова на другом антифашистском процессе - том, что проходил в Лейпциге в 1933-м:

«Я видел кадры, как Солдата залили краской и как набрасывали ему петлю на шею. 9 Мая ко мне подошла старушка в немецких значках и начала кричать, что я - оккупант. О чем шла речь, я не сразу понял, потому что моя жизнь начиналась в независимой Эстонии. Видел плакат, с которым националисты выступали у Бронзового Солдата, в котором говорилось, что это эстонская земля и что мы должны благодарить эстонцев за то, что нам позволяют дышать их воздухом».

«Я и активисты «Ночного дозора» ходили к Бронзовому Солдату, как к больному родственнику. Когда руководители страны ведут себя как люмпены, говоря о захороненных как о пьяницах, попавших под танк пьяного танкиста, - это есть не что иное, как психотеррор против собственного народа. Выступления Ансипа оскорбляли наши национальные чувства, потому что каждый раз говорилось, что этот памятник русским и для русских. И на этот террор «Ночной дозор» отвечал призывом прийти к памятнику с цветами..»

Первая цитата принадлежит 18-летнему Марку Сирыку, вторая - 62-летнему Димитрию Кленскому. На скамье подсудимых они сидят рядом и думают одинаково. Есть, наверное, на свете что-то более важное, чем конфликт поколений...

Дело разваливается

Слышит ли эти слова эстонское общество? Еще как. На днях, например, мы с социологом Юханом Кивиряхком в течение часа обсуждали вопрос - как подготовить публику к тому, если судья вынесет защитникам памятника оправдательный приговор? Задача не из простых, потому что за прошедший год власти и СМИ целенаправленно делали их врагами народа. А премьер-министр и вообще, не дожидаясь суда, пообещал каждому по пять лет тюрьмы.

Но у самих властей ситуация еще печальнее. Дело разваливается, и с каждым днем судебного заседания это становится все более очевидно - потому что нельзя в XXI веке, находясь в европейском правовом поле, осудить людей за мысли, изложенные в электронных письмах и SMS. Посадить их в тюрьму - значит, опозориться на весь Евросоюз, тем более что слава о процессе «таллинской четверки» уже выплеснулась из маленького эстонского тазика, а адвокаты настроены бороться до конца и брать билеты в Страсбург.

Оправдать - значит, признать преступными действия эстонского правительства, которое и спровоцировало беспорядки, решив перенести памятник в крайне оскорбительной для трети населения форме. Но представить себе на скамье подсудимых главу кабинета в компании с двумя министрами - внутренних дел и обороны - не позволяет даже самое буйное воображение.

Довести обвиняемых до инфаркта, как Милошевича? Всех четверых?..

Лучшим был бы выход, который в первый же день процесса предложил адвокат Леонид Оловянишников, - отказаться от обвинения вообще и отправить в архивы все десять томов этого дела, основанного на подслушивании и подглядывании. Увы, прокурор Лаура Вайк к голосу чужого разума не прислушалась. Наконец стало ясно почему - она, не скрывая радости, отправляется на долгосрочную стажировку в Гаагу, оставляя разбираться с этой кашей своих коллег.

Выход один - спровоцировать новые беспорядки, обогатив скандальное дело свежими фактами. Наверное, не случайно потому следующую серию этого суда нам покажут ... 8 мая, как раз в тот день, когда Европа будет праздновать победу над фашизмом. Судя по темпам эстонского судопроизводства, окончательный вердикт мы услышим не скоро.

ПРИГОВОР

Таллин не виноват

Грустно: отвечать за чужие ошибки приходится невиновным - покуда идет этот судебный процесс, россияне автоматически переносят свою обиду на город Таллин, который теперь ассоциируется у всех не с волшебной сказкой, а с зелеными жилетками и телескопическими дубинками, которыми полицейские молотили прохожих... Таллин не виноват, и он, как всегда, прекрасен, хотя в новогодние каникулы сюда приехало ВТРОЕ меньше туристов, чем обычно. Все на месте - глинтвейн, свечи в витринах и цветы на улице Виру. Только вот судят невиновных и День Победы похоронен на кладбище... А еще все постепенно привыкают к тому, что маленький «Большой брат», вытянув ухо, почти постоянно сидит в кафе за соседним столиком. И оттого, что спецслужбы Эстонии такие же маленькие, как и она сама, «агентам» начинаешь кивать, как старым знакомым. И их присутствие в жизни становится привычным, как крики чаек. В принципе это вполне можно выдавать за местный шарм...