Общество31 октября 2008 1:00

Как меня готовили в похоронные агенты

Работники ритуальных услуг мошенничают и дают взятки за наш счет
Фото с сайта novonews.lv

Фото с сайта novonews.lv

Мафия

- Каз-зел! - шипит моя напарница, когда мы выходим в коридор.

60-летний дяденька с трясущимися руками и серым лицом остается в маленькой приемной морга.

Ночью он узнал о смерти своего отца. Утром приехал в больничный морг. И напоролся на нас.

Мы, ритуальные агенты, платим Жене-санитару и о «свежем» трупе всегда знаем на час раньше, чем родня. Но сейчас вышла осечка: сын умершего не хочет иметь с нами дело. Брезгливо косится и просит «не наседать».

Моя напарница объясняет:

- Клиент относится к категории «трясогузка»: перед тем как заключить контракт, сначала узнает цены. Боится, что мы его обманем...

И с ухмылкой констатирует:

- А мы все равно обманем.

Теплый воздух пахнет гноем, и мой желудок давно болтается в районе горла. Но мне почему-то кажется, что источник рвотной вони - не трупохранилище на той стороне коридора.

А цинизм, которому нет аналога.

Нет, изначально цель ритуального агента благородна. Вывести из ступора потрясенных утратой родственников, растолковать им, где получать справку о смерти (или даже взять ее за них), организовать автобус, гроб...

Работники ритуалки говорят о себе с придыханием: «Деятельность агента предполагает глубокий профессионализм, тонкое знание психологии и обряда...» (Прочитано на одном из ритуальных сайтов. - Авт.)

Ну а на деле - бесстыдное выкачивание денег. Люди, которые столкнулись с ритуальными конторами, потом трясутся от гнева: «Воспользовались нашим шоком и навязали все: гроб с рюшечками, макияж - зачем это бабушке, которая при жизни никогда не красилась?!»

Многие жалуются, что агенты содрали деньги за дорогую ритуальную продукцию, а привезли дешевую, или что взяли увесистую сумму сверху... Но хуже другое - то, как ведут себя «тонкие знатоки ритуала».

- Не успел человек умереть, к нему уже бегут от 5 до 10 агентов ритуальных услуг, - признался руководитель Департамента потребительского рынка и услуг правительства Москвы Владимир Малышков. - Мы даже фиксировали случаи драк между сотрудниками этих предприятий!

В феврале 2007-го двое агентов избили приехавшего на констатацию смерти фельдшера «Скорой», в декабре милиционеры заковали в наручники агента и держали его в машине до приезда представителя СВОЕЙ ритуальной службы (находящейся с ними в особых отношениях)...

- В ритуальном деле задействованы и участковые, и сотрудники «Скорой», и врачи больниц! - возмущался Малышков.

Я решила устроиться на работу ритуальным агентом, чтобы лучше понять логику этого бизнеса.

Вербовка

Объявление о наборе персонала я нашла в Интернете. Собеседование назначили на «Домодедовской». Екатерина Федорова - контактное лицо фирмы «Ритуальный сервис» (названия и имена изменены. - Авт.).

Толстая тетя неопределенных лет и в страшном балахоне с рынка рулит черным «Гетцем». Жалуется:

- Это не машина, это помойка: я сплю здесь, ем...

В салоне - пледы, каталоги гробов... Екатерина говорит, как пишет:

- Все новички приходят к нам, потому что слышали: мы зарабатываем большие деньги. Хочешь честно? Да. Зарабатываем. Средний агент получает 30 - 35 тысяч рублей в месяц. На первый взгляд немного. Но вот парадокс! При этом все наши сотрудники раз в полгода ездят за границу. Раз в год меняют машину... Спрашиваешь: «Откуда?» Женщины: «А у меня муж богатый!» Спрашиваешь парня, он в ответ: «А у меня любовница!» Но вот в чем штука: если человек приживается в ритуалке, через полгода он приводит сюда и свою жену либо мужа. Это причина, по которой наша фирма пошла на эксперимент: мы берем новичков, с нашим бизнесом не связанных.

Перевожу на русский: не знающих, как тырить прибыль, и не имеющих родственников, которые могли бы их научить.

Условия труда

Роли определены: я до смерти желаю менять в год по машине. Екатерина травит байки, по реакции оценивая мою профпригодность. - Смерть, веришь или нет, - она есть... Сегодня на западе Москвы тамошние агенты трудятся в поте лица, а в остальных частях города сидят без дела. Завтра - р-раз! - и все смерти на востоке... День ритуального агента строится так: он просыпается, наводит марафет и ждет звонка диспетчера. Час, два... Жарит котлеты, делает домашние дела, одуревает со скуки... А только решает принять ванну - вызов, и надо лететь пулей! Не все так могут. Люди любят планировать свою жизнь. А ритуального агента могут дернуть в любое время дня и ночи, он живет «на низком старте». И, кстати, без выходных... Люди у нас особые работают, - напускает вербовщица туману. Это точно. Ведь совсем не каждый может смачно унизить коллегу перед клиентом. А делать это надо, ведь на заказ приезжают 5 - 10 человек... Машина притормаживает возле паренька. Он, сутулясь, сует в окно Екатерине конверт. - Вот Илюша, - кивает моя наставница, - сидит у себя дома с агентами других фирм, выпивает. Приходит заказ - он срывается, едет туда, и те агенты, которые только что с ним пили, тоже едут, и при заказчике они ТАК помои друг на друга льют! (Женщина счастливо смеется. - Авт.) Я его спрашиваю: «Илюш, ну как вы можете?» А он: «Это работа»... Вот такие здесь понятия о дружбе, человеческих и профессиональных отношениях. Да и о семейных. Супруги агентов (если только сами не приходят в похоронный бизнес) обычно не выдерживают темпа жизни партнеров. Семьи рушатся. Развалилась и семья Екатерины. После развода женщина сказала сыну-школьнику: «Договариваемся: если хочешь жить хорошо - не нормально, а ХОРОШО - ты учишься, я вкалываю». Сына с тех пор она видела только спящим... Все это, впрочем, она расскажет мне позже, а сейчас балагурит: - Весело живем! Деньги для нас не главное, потому что на тот свет не заберешь, а главное - наши близкие... Кстати, нынче сын Екатерины поступает в Академию ФСБ. Мать будущего офицера спецподразделений сладко жмурится: - Служба безопасности у нас в фирме ментовская. Обо всех твоих судимостях, мужьях-алкоголиках и детях-наркоманах буду знать на третий день. Так что колись! И предупреждаю: если с заказа деньги украдешь, даже не надейся «спрыгнуть». Мальчик, помню, был, набрехал: якобы клофелинщицы у него все отняли. И деньги отдал, и почку потерял... Урок первый: надо лгать Меня учат. Екатерина возит по кладбищам, показывает урны для кремации и начитывает лекции: - Морг бывает судебный и патологоанатомический... Дома у клиентов не есть не пить: это сначала они добрые, а потом строчат жалобы: «Агент обожрала нас»... Но основное воспитание - своим примером. - Алло! Вас беспокоит отдел статистики города Щербинка. Труповозка у вас уже была? Для оказания консультативной помощи к вам направляется агент (называет имя. - Авт.). Выезд его для вас бес-плат-но. Звонит Екатерина и от ОВД «Царицыно», и от других организаций... Лжет - как дышит. - Что беспокоит? - цепко выспрашивает «учительница», когда мы покидаем помещение. Я понимаю: это проверка. Слабый человек начнет топать ногами и кричать: «Как вы могли?!» С трудом выдавливаю: - Здорово вы... Ложь, по-моему, вообще основа бизнеса. Вот, например, железный постулат: вертись ужом, но цену на услуги раньше времени не говори. В реале это выглядит так. Клиент: - Сколько будет стоить автобус? Екатерина: - А сколько у вас будет человек? - Мы еще не созванивались... Там из других областей, смогут ли... Вы скажите, сколько автобус... - А я не знаю, что вам считать: «Мерседес» или «ПАЗ», они на разное количество мест. - Обе цены скажите. - А вы родственников от дома или от метро будете забирать? - Не знаю, еще не решили... И так до бесконечности: чудная женщина придумывала новые и новые причины, чтобы не сказать простое: «Десять тысяч рублей в час»... Цены полагается сообщать, когда все документы у тебя в руках и клиент никуда не денется. Иначе человек начнет обзванивать другие фирмы, а там ему будут втирать, что у них дешевле... Рис. Валентина ДРУЖИНИНА Урок второй: всех покупать Мы едем в подмосковный Красногорск. Туда в госпиталь лег Екатеринин знакомый - отличный повод пройти на территорию и переговорить с патологоанатомом. - Я рою словно крот, у меня столько информаторов - лично моих, которые сообщают о трупах только мне... На КПП женщина сует охране сотенные бумажки: это, похоже, уже привычка. И продолжает учить: - Вот я, молодой агент, явилась в морг справку о смерти получить. А там постоянная агентша Любовь Аркадьевна. Она на меня: «С...ка! Б...дь! Пошла на х...!» - я же у нее кусок хлеба отбираю. На следующий день прихожу на выдачу тела - и в кабинет к Аркадьевне. Говорю: «Давайте не ссориться. Я - понятливый агент. Сколько?» Она: «Тысячу рэ». И вот прошло много лет. Мы с Любовью Аркадьевной пьем то у нее, то у меня на даче. У нас общая маникюрша... «Живешь сам - давай жить другим» - в ритуалке это принцип жизни. Например, услуги санитаров морга - закрыть покойнику рот, веки - стоят 6 - 7 тысяч рублей, это по прейскуранту. Но родственников надо уговорить дать восемь, «чтобы сделали хорошо»... Работай так - и во всех моргах тебя будут любить-облизывать... Через три часа я сама слышу, как Екатерина гипнотизирует клиентов: - Копка могилы на любом кладбище Москвы стоит от 8 до 12 тысяч рублей - в кассу. Плюс мальчики-могильщики к вам подойдут, скажут: от двух до восьми тысяч... Делает паузу. Убеждающе: - Надо дать. Цену, конечно, сбейте: где-нибудь три тысячи... Мне хочется визжать: «Черта им лысого, а не три тысячи! С какой стати платить дважды? Но клиенты завороженно кивают в такт словам Екатерины: да, мол, три тысячи - нормально... В лифте агентша хохочет: - Мальчики в шоколаде... Агенты, разумеется, тоже получают откаты: от кафе, которое сосватали клиентам для поминок... А после все эти «ходящие по кругу» откаты, сотки охране и тыщонки сверху все равно вкладываются в стоимость похорон. Хорошо всем, кроме тех, из чьего кармана эти деньги берут. Урок третий: влезть без мыла Екатерина зла. Работающая под ее началом агентша Таня долго «цедилась» - не ехала на заказ. Говорила - надо идти с ребенком на рисование. А когда Таню руганью все-таки вышибли из дома и она появилась на квартире у покойницы, женщине сказали, что в ее услугах уже не нуждаются: своего агента привезет священник (да-да, агенты в этом бизнесе есть даже у церкви). Екатерина орет так, что черти в аду крестятся: - Ду-ура! Ей сказали, и она уходит! Совсем зажрались! Оказывается, желание клиента - не закон. Отнюдь. - Говорят тебе: «Убирайтесь», - а ты спокойненько: «Сию секунду, только разрешите позвонить с вашего телефона: я обязана отчитаться, что была у вас и вы добровольно отказались от моих услуг». Звонишь: «Ой, занято. А вы милицию вызвали?» Опять: «Занято. А в «Скорую» уже сообщили? Давайте я позвоню». Люди видят, что ты реально помогаешь, знаешь, что делать, и «ведутся»... Что касается Тани, то она должна была заказ отбить. Например, сказать хозяину квартиры, что тот, другой агент, - мошенник и его уволили из вашей фирмы. - Будешь работать так, как Я сказала! - орет на меня уже окончательно взбесившаяся Екатерина. - Будешь уходить с заказа, когда Я скажу: «Пошла!» Я учу вас зарабатывать, делаю ВАМ хорошо, ну так и вы делайте хорошо МНЕ! Ей, конечно же, идет от нас процент... Тяжкий бред заканчивается в девять вечера. Я измучена, будто могильщики били меня лопатами. - Думай, - жестко говорит Екатерина, - решишь отказаться - отказывайся сейчас. А не когда я потрачу на тебя два месяца... Мне почему-то вспоминается мальчик-агент с отбитой почкой. Меня вычислили! На следующий день Екатерина сбрасывает мои звонки. Видимо, служба безопасности быстро вычислила, что я журналист, но кое-что все же удалось понять-увидеть. За годы работы я, конечно, встречала настоящих бандитов. Но никогда так четко не ощущала себя ВНУТРИ преступного бизнеса. Меня, по сути, принимали в члены шайки: обучали, как кидать лохов, кому платить, и даже изящно предупредили, что ВЫЙТИ будет затруднительно. «Мафия! Мы - мафия!» - сатанински хохотала Екатерина... Скорее всего, после выхода материала на редакцию посыплются упреки: мол, нельзя всех одним миром, есть махинаторы, а есть и честные фирмы... Не знаю. Я таких не нашла. Особняком стоит, возможно, только государственный - ГУП «Ритуал» (который, по словам Екатерины, давно на ладан дышит). Даже на сайте работников ритуальных услуг все темы, касающиеся способов заработка, убраны в закрытую группу «спецы». При попытке проникнуть туда на сайте поднимается вой: «Атас, ребята! Это журналюги или менты!» Законопослушные люди вообще не боятся ни тех, ни других. 4 тысячи рублей за труп Во второй ритуальной фирме меня взяли на работу с полпинка. Но не агентом. - Да, у меня работают женщины, - признал гендиректор фирмы «Дикруз», - зарабатывают по 150 - 200 тысяч. Но всем им за сорок, все с большим жизненным опытом. А вы, девушка, какая-то хлипкая... Мне предложили ставку курьера: развозить деньги по московским ОВД. Труп, информацию о котором дежурный скинет на диспетчеров «Дикруза», стоит 4 тысячи рублей. Инструкции - идти к стеклу дежурной части. Никому, кроме сотрудников дежурки, в ОВД о деньгах не говорить. Прежний курьер, некая Света, запила и проворовалась - перестала довозить деньги. Для информации: всего в тот день мы объехали семь столичных ОВД. Ни в одном нашему приходу не удивились и не возмутились. Только однажды майор, обсуждая ту же злосчастную алкоголичку Свету, смущенно произнес: - И так ребята сомневаются: нехорошо, мол. Трупами торгуем... Редакция «КП» готова сообщить органам точные названия упомянутых в материале фирм и ОВД и имена действующих лиц. А В ЭТО ВРЕМЯ На кладбище - под охраной В Твери поссорились две погребальные конторы: одна - государственная, другая - частная. И государственная решила закрыть для конкурента-частника два городских кладбища. Частная обратилась в арбитражный суд и выиграла дело, но получить доступ на кладбище может только с помощью... судебных приставов! По крайней мере дважды, в сентябре и октябре этого года, охранники кладбища пытались преградить дорогу процессии, организованной «неправильной» фирмой. Прорваться удавалось только с помощью вызванных приставов. Родственники усопших были на грани нервного срыва. Еще похоронные команды пытались по-другому насолить конкурентам, например, закапывали могилы, вырытые «чужаками». ВМЕСТО ЭПИЛОГА Ритуальщиков слишком много? Почти все чиновники от ритуалки - начальник департамента Владимир Малышков, руководитель ГУП «Ритуал» Алексей Сулоев и даже директора коммерческих похоронных фирм - озабочены положением в отрасли. Но только рядовые агенты прямо называют причину того, что происходит: «Нас слишком много. Куда нас столько наплодили?!» (Свои проблемы ритуальщики обсуждают на сайте http://www.prof-ritual.ru/) Только цифры: в день, по данным Мосгорстата, в столице умирают 300 - 400 человек. Кого-то из них не забирают родственники, кого-то хоронят бесплатно, таким образом, остается только 120 - 170 умерших, семьи которых готовы платить. На них приходится... 950 ритуальных агентов, аттестованных московским Департаментом потребительского рынка и услуг! Интересно, о чем думали чиновники, создавая этот шестикратный перевес? Разве не понимали, что агенты будут вынуждены рвать заказчиков зубами? А ведь есть еще агенты НЕаттестованные, ведь вся эта аттестация - городская самодеятельность: в федеральном законе ни слова о ней нет. Таких работников - еще не меньше тысячи. Настоящий кризис перепроизводства... Законы рынка, по которым из-за конкуренции цены должны опуститься, а лишние агенты «отмереть», не действуют. Если раньше агент «делал» 10 клиентов в неделю, а теперь только одного - он с этого одного возьмет так, как прежде со всех... Потому и выход, который я предложу, тоже никак не будет связан с экономической свободой. Как известно, в Нью-Йорке ограничено количество такси. «Медальонов», дающих право на извоз, 11 500. Стать таксистом можно, только купив у кого-то медальон или дождавшись, что какой-то таксист умрет. Это закон. Нам нужен такой же. Пусть агентов будет на Москву пятьсот. Лишних уволить (людей жалко, но ситуация в отрасли патовая). Плюс единая диспетчерская с централизованным распределением заказов - чтобы платить кому-либо за информацию о трупах стало бессмысленно. Плюс контроль Антимонопольной службы - чтобы заработки пятисот избранных с нынешних 150 - 200 тысяч не выросли до заоблачных высот... Вот тогда ритуальный бизнес избавится от криминального ярлыка.

Роли определены: я до смерти желаю менять в год по машине. Екатерина травит байки, по реакции оценивая мою профпригодность.

- Смерть, веришь или нет, - она есть... Сегодня на западе Москвы тамошние агенты трудятся в поте лица, а в остальных частях города сидят без дела. Завтра - р-раз! - и все смерти на востоке...

День ритуального агента строится так: он просыпается, наводит марафет и ждет звонка диспетчера. Час, два... Жарит котлеты, делает домашние дела, одуревает со скуки... А только решает принять ванну - вызов, и надо лететь пулей!

Не все так могут. Люди любят планировать свою жизнь. А ритуального агента могут дернуть в любое время дня и ночи, он живет «на низком старте». И, кстати, без выходных...

Люди у нас особые работают, - напускает вербовщица туману.

Это точно. Ведь совсем не каждый может смачно унизить коллегу перед клиентом. А делать это надо, ведь на заказ приезжают 5 - 10 человек...

Машина притормаживает возле паренька. Он, сутулясь, сует в окно Екатерине конверт.

- Вот Илюша, - кивает моя наставница, - сидит у себя дома с агентами других фирм, выпивает. Приходит заказ - он срывается, едет туда, и те агенты, которые только что с ним пили, тоже едут, и при заказчике они ТАК помои друг на друга льют! (Женщина счастливо смеется. - Авт.) Я его спрашиваю: «Илюш, ну как вы можете?» А он: «Это работа»...

Вот такие здесь понятия о дружбе, человеческих и профессиональных отношениях. Да и о семейных.

Супруги агентов (если только сами не приходят в похоронный бизнес) обычно не выдерживают темпа жизни партнеров. Семьи рушатся. Развалилась и семья Екатерины.

После развода женщина сказала сыну-школьнику: «Договариваемся: если хочешь жить хорошо - не нормально, а ХОРОШО - ты учишься, я вкалываю». Сына с тех пор она видела только спящим...

Все это, впрочем, она расскажет мне позже, а сейчас балагурит:

- Весело живем! Деньги для нас не главное, потому что на тот свет не заберешь, а главное - наши близкие...

Кстати, нынче сын Екатерины поступает в Академию ФСБ. Мать будущего офицера спецподразделений сладко жмурится:

- Служба безопасности у нас в фирме ментовская. Обо всех твоих судимостях, мужьях-алкоголиках и детях-наркоманах буду знать на третий день. Так что колись! И предупреждаю: если с заказа деньги украдешь, даже не надейся «спрыгнуть». Мальчик, помню, был, набрехал: якобы клофелинщицы у него все отняли. И деньги отдал, и почку потерял...

Урок первый: надо лгать

Меня учат.

Екатерина возит по кладбищам, показывает урны для кремации и начитывает лекции:

- Морг бывает судебный и патологоанатомический... Дома у клиентов не есть не пить: это сначала они добрые, а потом строчат жалобы: «Агент обожрала нас»...

Но основное воспитание - своим примером.

- Алло! Вас беспокоит отдел статистики города Щербинка. Труповозка у вас уже была? Для оказания консультативной помощи к вам направляется агент (называет имя. - Авт.). Выезд его для вас бес-плат-но.

Звонит Екатерина и от ОВД «Царицыно», и от других организаций...

Лжет - как дышит.

- Что беспокоит? - цепко выспрашивает «учительница», когда мы покидаем помещение. Я понимаю: это проверка. Слабый человек начнет топать ногами и кричать: «Как вы могли?!» С трудом выдавливаю:

- Здорово вы...

Ложь, по-моему, вообще основа бизнеса. Вот, например, железный постулат: вертись ужом, но цену на услуги раньше времени не говори.

В реале это выглядит так.

Клиент:

- Сколько будет стоить автобус?

Екатерина:

- А сколько у вас будет человек?

- Мы еще не созванивались... Там из других областей, смогут ли... Вы скажите, сколько автобус...

- А я не знаю, что вам считать: «Мерседес» или «ПАЗ», они на разное количество мест.

- Обе цены скажите.

- А вы родственников от дома или от метро будете забирать?

- Не знаю, еще не решили...

И так до бесконечности: чудная женщина придумывала новые и новые причины, чтобы не сказать простое: «Десять тысяч рублей в час»...

Цены полагается сообщать, когда все документы у тебя в руках и клиент никуда не денется. Иначе человек начнет обзванивать другие фирмы, а там ему будут втирать, что у них дешевле...

Урок второй: всех покупать

Мы едем в подмосковный Красногорск. Туда в госпиталь лег Екатеринин знакомый - отличный повод пройти на территорию и переговорить с патологоанатомом.

- Я рою словно крот, у меня столько информаторов - лично моих, которые сообщают о трупах только мне...

На КПП женщина сует охране сотенные бумажки: это, похоже, уже привычка. И продолжает учить:

- Вот я, молодой агент, явилась в морг справку о смерти получить. А там постоянная агентша Любовь Аркадьевна. Она на меня: «С...ка! Б...дь! Пошла на х...!» - я же у нее кусок хлеба отбираю. На следующий день прихожу на выдачу тела - и в кабинет к Аркадьевне. Говорю: «Давайте не ссориться. Я - понятливый агент. Сколько?» Она: «Тысячу рэ». И вот прошло много лет. Мы с Любовью Аркадьевной пьем то у нее, то у меня на даче. У нас общая маникюрша...

«Живешь сам - давай жить другим» - в ритуалке это принцип жизни. Например, услуги санитаров морга - закрыть покойнику рот, веки - стоят 6 - 7 тысяч рублей, это по прейскуранту. Но родственников надо уговорить дать восемь, «чтобы сделали хорошо»... Работай так - и во всех моргах тебя будут любить-облизывать...

Через три часа я сама слышу, как Екатерина гипнотизирует клиентов:

- Копка могилы на любом кладбище Москвы стоит от 8 до 12 тысяч рублей - в кассу. Плюс мальчики-могильщики к вам подойдут, скажут: от двух до восьми тысяч...

Делает паузу. Убеждающе:

- Надо дать. Цену, конечно, сбейте: где-нибудь три тысячи...

Мне хочется визжать: «Черта им лысого, а не три тысячи! С какой стати платить дважды? Но клиенты завороженно кивают в такт словам Екатерины: да, мол, три тысячи - нормально...

В лифте агентша хохочет:

- Мальчики в шоколаде...

Агенты, разумеется, тоже получают откаты: от кафе, которое сосватали клиентам для поминок... А после все эти «ходящие по кругу» откаты, сотки охране и тыщонки сверху все равно вкладываются в стоимость похорон. Хорошо всем, кроме тех, из чьего кармана эти деньги берут.

Урок третий: влезть без мыла

Екатерина зла. Работающая под ее началом агентша Таня долго «цедилась» - не ехала на заказ. Говорила - надо идти с ребенком на рисование. А когда Таню руганью все-таки вышибли из дома и она появилась на квартире у покойницы, женщине сказали, что в ее услугах уже не нуждаются: своего агента привезет священник (да-да, агенты в этом бизнесе есть даже у церкви).

Екатерина орет так, что черти в аду крестятся:

- Ду-ура! Ей сказали, и она уходит! Совсем зажрались!

Оказывается, желание клиента - не закон. Отнюдь.

- Говорят тебе: «Убирайтесь», - а ты спокойненько: «Сию секунду, только разрешите позвонить с вашего телефона: я обязана отчитаться, что была у вас и вы добровольно отказались от моих услуг». Звонишь: «Ой, занято. А вы милицию вызвали?» Опять: «Занято. А в «Скорую» уже сообщили? Давайте я позвоню». Люди видят, что ты реально помогаешь, знаешь, что делать, и «ведутся»...

Что касается Тани, то она должна была заказ отбить. Например, сказать хозяину квартиры, что тот, другой агент, - мошенник и его уволили из вашей фирмы.

- Будешь работать так, как Я сказала! - орет на меня уже окончательно взбесившаяся Екатерина. - Будешь уходить с заказа, когда Я скажу: «Пошла!» Я учу вас зарабатывать, делаю ВАМ хорошо, ну так и вы делайте хорошо МНЕ!

Ей, конечно же, идет от нас процент...

Тяжкий бред заканчивается в девять вечера. Я измучена, будто могильщики били меня лопатами.

- Думай, - жестко говорит Екатерина, - решишь отказаться - отказывайся сейчас. А не когда я потрачу на тебя два месяца...

Мне почему-то вспоминается мальчик-агент с отбитой почкой.

Меня вычислили!

На следующий день Екатерина сбрасывает мои звонки. Видимо, служба безопасности быстро вычислила, что я журналист, но кое-что все же удалось понять-увидеть.

За годы работы я, конечно, встречала настоящих бандитов. Но никогда так четко не ощущала себя ВНУТРИ преступного бизнеса. Меня, по сути, принимали в члены шайки: обучали, как кидать лохов, кому платить, и даже изящно предупредили, что ВЫЙТИ будет затруднительно.

«Мафия! Мы - мафия!» - сатанински хохотала Екатерина...

Скорее всего, после выхода материала на редакцию посыплются упреки: мол, нельзя всех одним миром, есть махинаторы, а есть и честные фирмы... Не знаю. Я таких не нашла. Особняком стоит, возможно, только государственный - ГУП «Ритуал» (который, по словам Екатерины, давно на ладан дышит).

Даже на сайте работников ритуальных услуг все темы, касающиеся способов заработка, убраны в закрытую группу «спецы». При попытке проникнуть туда на сайте поднимается вой: «Атас, ребята! Это журналюги или менты!»

Законопослушные люди вообще не боятся ни тех, ни других.

4 тысячи рублей за труп

Во второй ритуальной фирме меня взяли на работу с полпинка. Но не агентом.

- Да, у меня работают женщины, - признал гендиректор фирмы «Дикруз», - зарабатывают по 150 - 200 тысяч. Но всем им за сорок, все с большим жизненным опытом. А вы, девушка, какая-то хлипкая...

Мне предложили ставку курьера: развозить деньги по московским ОВД. Труп, информацию о котором дежурный скинет на диспетчеров «Дикруза», стоит 4 тысячи рублей.

Инструкции - идти к стеклу дежурной части. Никому, кроме сотрудников дежурки, в ОВД о деньгах не говорить.

Прежний курьер, некая Света, запила и проворовалась - перестала довозить деньги.

Для информации: всего в тот день мы объехали семь столичных ОВД.

Ни в одном нашему приходу не удивились и не возмутились. Только однажды майор, обсуждая ту же злосчастную алкоголичку Свету, смущенно произнес:

- И так ребята сомневаются: нехорошо, мол. Трупами торгуем...

Редакция «КП» готова сообщить органам точные названия упомянутых в материале фирм и ОВД и имена действующих лиц.

А В ЭТО ВРЕМЯ

На кладбище - под охраной

В Твери поссорились две погребальные конторы: одна - государственная, другая - частная. И государственная решила закрыть для конкурента-частника два городских кладбища. Частная обратилась в арбитражный суд и выиграла дело, но получить доступ на кладбище может только с помощью... судебных приставов!

По крайней мере дважды, в сентябре и октябре этого года, охранники кладбища пытались преградить дорогу процессии, организованной «неправильной» фирмой. Прорваться удавалось только с помощью вызванных приставов. Родственники усопших были на грани нервного срыва.

Еще похоронные команды пытались по-другому насолить конкурентам, например, закапывали могилы, вырытые «чужаками».

ВМЕСТО ЭПИЛОГА

Ритуальщиков слишком много?

Почти все чиновники от ритуалки - начальник департамента Владимир Малышков, руководитель ГУП «Ритуал» Алексей Сулоев и даже директора коммерческих похоронных фирм - озабочены положением в отрасли. Но только рядовые агенты прямо называют причину того, что происходит: «Нас слишком много. Куда нас столько наплодили?!» (Свои проблемы ритуальщики обсуждают на сайте http://www.prof-ritual.ru/)

Только цифры: в день, по данным Мосгорстата, в столице умирают 300 - 400 человек. Кого-то из них не забирают родственники, кого-то хоронят бесплатно, таким образом, остается только 120 - 170 умерших, семьи которых готовы платить.

На них приходится... 950 ритуальных агентов, аттестованных московским Департаментом потребительского рынка и услуг!

Интересно, о чем думали чиновники, создавая этот шестикратный перевес? Разве не понимали, что агенты будут вынуждены рвать заказчиков зубами? А ведь есть еще агенты НЕаттестованные, ведь вся эта аттестация - городская самодеятельность: в федеральном законе ни слова о ней нет. Таких работников - еще не меньше тысячи.

Настоящий кризис перепроизводства...

Законы рынка, по которым из-за конкуренции цены должны опуститься, а лишние агенты «отмереть», не действуют. Если раньше агент «делал» 10 клиентов в неделю, а теперь только одного - он с этого одного возьмет так, как прежде со всех...

Потому и выход, который я предложу, тоже никак не будет связан с экономической свободой. Как известно, в Нью-Йорке ограничено количество такси. «Медальонов», дающих право на извоз, 11 500. Стать таксистом можно, только купив у кого-то медальон или дождавшись, что какой-то таксист умрет. Это закон.

Нам нужен такой же. Пусть агентов будет на Москву пятьсот. Лишних уволить (людей жалко, но ситуация в отрасли патовая). Плюс единая диспетчерская с централизованным распределением заказов - чтобы платить кому-либо за информацию о трупах стало бессмысленно. Плюс контроль Антимонопольной службы - чтобы заработки пятисот избранных с нынешних 150 - 200 тысяч не выросли до заоблачных высот...

Вот тогда ритуальный бизнес избавится от криминального ярлыка.

Ульяна Скойбеда ждет ваших откликов на сайте.