2018-04-02T13:14:18+03:00

В России появилась деревня имени товарища Сталина

Наш корреспондент побывал там, где коммунисты строят Светлое Будущее
Поделиться:
Комментарии: comments78
Изменить размер текста:

Майский, солнечный, жизнерадостный день. Болотная трясина нежно засасывает мой сапог. И надо бы посопротивляться, но как?! Черт, как же?! В пустой голове малоутешительная сцена с тонущим депутатом Госдумы Еленой Драпеко из фильма «А зори здесь тихие».

- Ну я же говорил, не та тропинка! - стонал (хорошо что не булькал) где-то впереди фотокор «КП» Андрей Кара. - Идем назад! Держимся за деревья!

Легко сказать, назад... Восстанавливаю силы животворящим матом. Пытаюсь вырвать из месива ногу. Вырываю. Другая нога проваливается по колено...

- Е... коммунисты! - зазвенел от нашего отчаянного крика чахлый северный лес...

Чтобы объяснить, почему «е...» именно коммунисты, а например, не местные жители с их «пройдете две заболотинки, свернете налево, а там и рукой подать», начну с минувших... президентских выборов.

Есть подозрение - ступил я на этот скользкий, губительный путь в болото именно тогда.

ПРЕКРАСНАЯ «ФРЯ»

А началось все со... скуки. На Руси политика так предсказуема и тосклива, что мне пришлось взять грех на свою либеральную душу и на последних президентских выборах проголосовать за коммунистов. Чтобы писк моего протестного голоса наконец-то услышал ЦИК.

Так, случайно, я подхватил симпатию к большевикам, которая начала свирепствовать... А что, коммунисты нынче безвредны, милы и развлекают публику. Зюганов пишет анекдоты. Анпилов поет... Но лучше всех веселят товарищи из партии «Коммунисты Петербурга и Ленинградской области» (КПЛО), которым давно аплодируют зеваки-юзеры российского Интернета. Да что там юзеры!

После того как питерские большевики разместили в интернет-сети свой первый хит «Коммунисты презирают Куриленко - киносодержанку Бонда-007», который начинался словами: «Обращаемся мы к тебе, блудная дочь несчастной Украины и дезертирка славянского мира» - и заканчивался: «Мы представим тебе поименный список убитых Бондом советских людей, и как тогда ты запоешь, бездумная красотка?!», я встретил рыдающего от смеха знакомого. Этот воздушный человек, не отличающий Грызлова от Шандыбина, был сражен новым шедевром. Это было открытое письмо к чиновнице мэрии Петербурга некоей Дементьевой, которая обвинялась в планах демонтажа взорванного памятника Ленину у Финляндского вокзала.

«Проклинаем тебя, Дементьева, и твоих клыкастых алчных подруг! - значится в письме. - Знаем, во сне видишь рану в сердце Ильича, рассчитываешь на страшную силу забвения. Просчитаешься, фря!»

«Фря! - гоготал знакомый. - Ах, как же это хорошо: «фря»! (И вдруг задумчиво.) Слушай, а хорошо ребята работают, даже мне захотелось записаться в коммунисты...»

А в канун Первомая стало совсем жаль Зюганова с его кумачово-доисторической агитацией. Его питерские конкуренты резвились широко, федерально. Тут и миллиардный иск к Первому каналу за раскрашивание «Семнадцати мгновений». Тут и официальный запрос к властям с требованием перестать мучить... пришельцев. Дескать, Кремль держит в заточении гуманоидов, чтобы те не открыли народу правду: внеземные цивилизации давно наслаждаются социализмом.

А затем питерцы отожгли уж совсем невероятное. В одной из отдаленных деревень Ленинградской области, Подосье, они организовали сход жителей, который постановил присвоить селу другое имя. Теперь оно называется «Генералиссимус Иосиф Сталин».

«Бросайте свои квартиры, рабочие места, где ничего не платят, кредиты, которые вы не в состоянии оплатить! Бегите в деревню Сталина! - манил сайт коммунистов. - Вместе мы возродим колхоз, совет депутатов трудящихся, МТС, клуб и ленинскую комнату, проведем электрификацию и заживем хорошо. А капиталистические города пусть гниют и разлагаются!»

Этот пиар-ход бил наповал. А что тут поделаешь! Как тут не сбежать из скучно-гнилой Москвы в веселый возрождающийся Сталин...

Я даже не подозревал, какой странной окажется эта история.

КАК КРЕМЛЬ «ИНОПЛАНЕТЯН ЗАМУЧИЛ»

Штаб бывших комсомольцев (когда-то КПЛО откололась от молодежного движения КПРФ) по антуражу типичное подполье: неприметная дверь, подвал, стул, стол, чай, Ленин.

Лидер коммунистов Петербурга и Ленинградской области Сергей Малинкович ожидаемо молод (чуть больше 30 лет), подвижен, словоохотлив. В глазах неразлучная парочка - ирония и комсомол.

Но удивили две вещи. Оторванная от какого-то памятника и беспощадно отполированная руками большевиков голова Ленина (словно тут бесконечно репетируют шекспировскую сцену с «бедным Йориком») и странное поведение товарищей... Остроумные пиарщики, цинично подмигивающие с информационных лент, вдруг исчезли. Перед нами сидели серьезные политики с прищуром. Ленинским и лукавым...

Мои попытки затеять панибратский разговор о юморных политтехнологиях постыдно проваливались. (Кстати, в Питере к шутовству КПЛО относятся по-доброму. Всерьез не принимают, но должное отдают. Даже прочат «юного» Малинковича в «духовные преемники» стареющего Жириновского.)

- В КПРФ тоже называют нас юмористической организацией! - с обидой в голосе держал оборону Малинкович. - Но мы серьезные люди! Сталина, например, обязательно канонизируем (мы уже иконы выпустили и распродали)! Церковь? А что церковь! Она в честь 70-летия вождя Сталину осанну пела. Никуда церковь не денется! Надо только дождаться, когда умрут родственники репрессированных, - тогда легче будет...

У нас вообще очень много хороших идей, - воодушевился лидер партии. - После убийства Милошевича, например, мы ночью переименовали улицу Белградскую в честь сербского президента. Хотели еще переименовать станцию метро «Звенигородскую» в «Никарагуанскую»...

- Зачем?

- Посудите сами: после признания Ортегой Южной Осетии кому нужна станция «Звенигородская»?! Конечно, она должна быть «Никарагуанской»!

- Вы не шутите? - интересуюсь.

- Какой юмор! - взмолилось руководство партии. - Все очень серьезно! Ортега как раз в Россию приезжал, но топонимическая комиссия почему-то заартачилась. Хотя понятно - режим-то буржуазный.

Пробежались по архиву акций КПЛО. Действительно, обвинения в использовании партией любого информационного повода для пиара несправедливы. Все, наоборот, очень логично. Памятник Арманд действительно должен быть установлен слева от памятника Ленину у Финляндского вокзала, а памятник Крупской - справа, потому что «женщины, которым принадлежало сердце Ленина, владели искусством любви в совершенстве, хорошо готовили, были приветливы и домовиты».

Да и два хвоста кометы Лулинь, пролетевшие недавно над Землей, конечно же, обозначают марксизм и ленинизм и обязательно «поразят угнетателей Ирака, убийц Милошевича, врагов народа Боливии и эстонских неофашистов».

Вспоминаем и об инопланетянах.

- Да, тут есть некая ирония, - соглашаются коммунисты. - КПРФ, кстати, юмора не хватает - надо быть ближе к людям... Но вообще-то и тут все очень серьезно!

- Подождите... - Тру я виски, но нет мне пощады.

- У нас есть данные, что инопланетяне неоднократно посещали Землю. И были задержаны российскими спецслужбами. А квалифицировать инопланетный строй как социалистический позволил наш логический анализ. Впрочем... Глава нашей идеологической комиссии встретился с источником информации. (Малинкович выразительно посмотрел куда-то вверх.) И теперь мы убеждены на 100 процентов. И, заметьте, власть, которая держит в плену гуманоидов, не ответила нам. Может, пришельцы уже мертвы...

Скорбное молчание. Разглядываю партийцев. На их лицах печаль. Почему-то мне становится не по себе...

Интересуюсь, кто все это придумывает. Оказывается, получить миллиард рублей с ВГТРК за осквернение Штирлица - идея активистки Лебедевой, первой увидевшей анонс фильма. А о том, что съемки второго фильма Федора Бондарчука «Обитаемый остров» затеяны, чтобы ФСБ испытала приборы по психотронному облучению населения, первым догадался сам председатель.

- Но некоторые идеи на бюро отвергаются, - замечает Малинкович. - У нас, например, есть очень умный, образованный член партии. Но у него навязчивая идея - отделение Петербурга от России и провозглашение его социалистическим государством.

...Чем дольше я общался с этими людьми, тем страшнее мне было за деревню имени Иосифа Сталина. Если питерские коммунисты взяли там власть, в селе наверняка уже бушует светлое будущее...

- Приедете, все сами увидите, - загадочно улыбался Малинкович, рисуя на листке карту. - Мой дом - вот этот, синенький. И берегитесь кулаков. Они там еще водятся. Один из них нас чуть не пристрелил. Из ружья.

КУЛАЦКОЕ ПОДОСЬЕ

Идея овладеть деревней Подосье, говорят, пришла во время... охоты.

Маленький хутор из 8 домов, полностью отрезанный от внешнего мира отсутствием дорог, большевики использовали как дачу. Благо что правая рука Малинковича - депутат облсовета Виктор Перов родом отсюда. Место романтическое - ни электричества, ни газа. Охота, рыбалка, тишина. Чужой человек, не зная еле заметной тропинки, ведущей к Подосью, вряд ли сюда доберется (недаром во время войны здесь был штаб партизан). Да и местные сюда зря ходить не любят, потому как пропадали здесь люди...

Живут здесь несколько семей, да и то только летом. Единственные, кто

зимует, - семья Березиных. Два старика и 35-летний внук Анатолий...

Со стороны превращение Подосья в Сталин выглядело странно, но обнадеживающе. На питерских телеканалах крутили сюжет: коммунисты прибивают таблички с именем Сталина на дома, развешивают красные флаги и рассказывают журналистам, что теперь-то умирающая деревня возродится. Партийцы за $1000 купили чуть ли не половину деревни, организовали сельский сход, который принял официальное решение о переименовании. Скоро, пообещали коммунисты, появятся дорога и электричество.

«Уже ясно, что туризм станет основой бюджета деревни Сталина, - цитировалось воззвание питерских большевиков. - Мы будем рады видеть у себя делегации зарубежных компартий, а также стран соцориентации - Вьетнама, Венесуэлы, Белоруссии, Непала, Сирии, КНДР, Никарагуа».

Революционный туристический центр находился на самом краю Ленинградской области, в 6 километрах от деревни Малафьевка. Судя по карте на стене первого замглавы администрации Сланцевского района Раиса Саитгареева, именно там заканчивается асфальт...

У замглавы возбужденный вид - в этот момент между Ленобластью и соседней Псковской разгорался территориальный конфликт. Только что ему звонил губернатор Валерий Сердюков. Глава Ленобласти никак не мог найти на карте злосчастное Подосье, о котором все трубят.

- Не наша эта деревня! - светился от счастья Саитгареев. - Зря псковские отпираются! Граница в километре от нее проходит!

Звоним псковским. Они злы на ленинградских. Говорят, им тоже только что звонил озадаченный картой их губернатор Турчак.

- В списке наших населенных пунктов такой деревни нет, - доказывала нам по телефону глава соседнего района Псковской области Татьяна Рюрикова. - Вот список: Подложье есть, Подсосонье есть, а Подосья нет!

Едем разбираться на месте. Маленькое, но чистенькое село Малафьевка. Перед нами темной стеной лес. Бросаем машину, ищем проводника. И тут...

- Я вам, окаянные, покажу Подосье! Тоже скупать дома надумали?! - замахнулась ведром первая встреченная женщина и быстро перешла на ультразвук. - Не пущу я вас туда, коммунисты паршивые! Тоните лучше в болоте! Теперь со всей страны сюда проходимцы пойдут?!

Оказалось, это дочь тех самых стариков Березиных Тамара - дальняя родственница... того самого Перова, «сдавшего» деревню коммунистам. Из года в год каждый день она тащит через болото продукты родителям и сыну. Полтора часа - туда, полтора - обратно. Старики хотят умереть там, в Подосье, а сын Анатолий...

- Как-то рубил дрова, порезал палец. И вдруг микроинсульт, - рассказывает, признав в нас журналистов, Тамара. - Стал замкнутым. Стесняется людей. Читает книги у себя в Подосье, ухаживает за коровами, таскает через болото заряжать аккумулятор, чтобы телевизор смотреть...

- Не нужна нам дорога! По ней воры в село придут! Не нужен Сталин! Пусть будет болото - дайте старикам умереть спокойно, - плачет Тамара и машет рукой. - Вон тропинка, идите. - И выдала болотные сапоги...

Едва не утонув из-за своего географического кретинизма и прикидывая, сколько миллионов долларов надо потратить, чтобы протянуть по болоту асфальт к вымирающей деревне, вползаем в Подосье-Сталин.

Темные окна. Тишина. Слышно, как бьется сердце... Несколько стариков в рваных фуфайках опасливо следят за нами из окон.

- Мы не коммунисты! - кричим. - Дома не покупаем!

К нам потянулись люди. Мать Тамары Мария умоляла отобрать у «сумасшедшего Витьки ружье» и сделать так, «чтоб сюда никто больше не приезжал». Остальные морщились: дескать, никто ничего коммунистам здесь не продавал, а Витька Перов совсем с ума сошел со своей политикой. Приехал с друзьями и журналистами, попозировал перед камерами, народ взбаламутил и уехал. Все махнули рукой: какой там Сталин?! Были подосьевцами - подосьевцами и помрем. И только местный член «Правого дела» Ян Саар, пригрозил достать ружье...

- Да, знаю-знаю, что они там говорят! - рассмеялся потом коммунист Перов. - Мы Тамаркин дом тоже скоро купим. Эх, отсталый народ... Пусть знают: пришла новая жизнь! А кому не нравится - пусть уезжают...

Питерский коммунист рассмеялся. И в этот момент стал до боли похож на обычного московского пиарщика, который думает, что совершил хорошую сделку. Не будет, конечно, в Подосье ни электричества, ни дорог. Лет через двадцать село зарастет травой. Зато перед смертью им попользовались эти умные ребята.

Они действительно не юмористы. Нормальные политики...

P.S. Глава поселкового совета Иван Ильин сообщил «КП», что никаких официальных сделок с недвижимостью в Подосье не производилось. Решение о переименовании населенного пункта по закону может принять только субъект Федерации.

А лидер «Коммунистов Петербурга и Ленинградской области» Сергей Малинкович избран секретарем созданного на днях движения «Коммунисты России», так как имеет «новый, свежий взгляд на пропаганду коммунистических идей».

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Владимир ВОРСОБИН

 
Читайте также