Найденные в океане предметы - это мусор, а вовсе не обломки пропавшего лайнера

Как выяснилось, предметы, поднятые несколько часов назад с поверхности Атлантического океана, не являются обломками пропавшего пять дней назад самолета компании Air France.

"Подтверждаем, что поднятый предмет не принадлежит обломкам самолета. Он находился в районе поисков, и для нас это скорее мусор, но мы все равно его изучим", - сообщил журналистам бригадный генерал ВВС Бразилии Рамон Кардозу.

Как стало известно ранее, вертолет Lynx, принадлежащий ВМФ Бразилии, нашел и поднял из воды фрагмент фюзеляжа самолета площадью 2,5 квадратных метра и два буя.По словам Кардозу, найденные в предполагаемом месте крушения самолета детали сделаны из дерева, а потому принадлежать аэробусу A330 они никак не могли. Что же касается масляных пятен на воде, то это может быть след от одного из проходящих мимо кораблей, сообщает телеканал

Напомним, рейс AF447 вылетел в 02.00 по московскому времени из международного аэропорта Рио-де-Жанейро в минувший понедельник и должен был приземлиться в парижском аэропорту имени Шарля де Голля около 13.00, однако связь с самолетом А330-200 была потеряна вскоре после вылета. На борту находились 228 человек - 216 пассажиров и 12 членов экипажа.

А ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Аэробус рассыпался на высоте 10 км?

Новые сведения о трагедии рейса AF447, потерпевшего 1 июня аварию над Атлантикой, заставляют экспертов делать все более сенсационные предположения относительно причин катастрофы

Тот факт, что первые обломки, найденные 2 июня, находились в 90 (!) км от кресла и спасательного жилета, выловленных бразильцами позже, говорит о том, что самолет развалился на высоте 10 километров.

Технологи Air France сразу заговорили о том, что версия с ударом молнии уже неактуальна. Новые данные позволяют предполагать резкую разгерметизацию. А ее, в свою очередь, могла вызвать или свирепая турбулентность, расколовшая крепкий корпус аэробуса на куски, или теракт на борту.

Министр обороны Бразилии Нелсон Жобим уверен, что в самолете не было взрыва, потому что топливо не взорвалось, а разлилось по поверхности океана. Однако командир авиалайнера компании «Эр Комет», летевшего тогда же из Лимы в Мадрид, зафиксировал световую вспышку на высоте полета, за которой последовало «падение шести фрагментов по нисходящей траектории». Об этом аккуратный испанец сообщил в рапорте своему начальству после прибытия в Мадрид.

Вдобавок к сигналам о неполадке в электропроводке, которые были получены бразильскими авиадиспетчерами в 4.14 утра, известно, что пилот сообщил почти тогда же о входе в зону турбулентности. Потом контакт был потерян, но никто сразу не забил тревогу. Как объяснил это обстоятельство директор Бюро расследований гражданской авиации Франции Арсланян, в этой точке маршрута борт вышел из бразильской зоны контроля, но до сенегальской еще не добрался. То есть катастрофа случилась вне зоны видимости гражданских радаров.

Первый доклад о ходе расследования обещают обнародовать к 1 июля.

Париж.

СПРАШИВАЛИ? ОТВЕЧАЕМ!

Почему самолет садился в бурю в «Шереметьево», а не летел на запасной аэродром?

- Возвращался в среду из Минеральных Вод, в 22.45 самолет садился в «Шереметьево», - рассказывает наш читатель Владимир Николаев. - Погода была просто ужас, настоящий ураган! Молнии сверкали со всех сторон, люди в салоне чуть ли молитвы не читали. И все равно сели в «Шереметьево». Хотя над другими аэропортами - «Внуково», «Домодедово» - небо было спокойным. Зачем пассажиров подвергали риску, вместо того чтобы перенаправить лайнер?

- Да, метеоусловия в среду были крайне сложными, - говорит начальник центра общественных связей международного аэропорта «Шереметьево» Анна Захаренкова. - Особенно вечером, с 21.30 до 23 часов. Была гроза, да еще и шквальный ветер со скоростью 90 км/час. Это очень много, обычная скорость где-то 17 - 18 км/час. Но мы тем не менее работали. В «Шереметьево» посадки и взлеты могут осуществляться в условиях нулевой видимости и при любой погоде. Задача наших синоптиков - передать всем бортам погодную сводку. А вот садиться у нас или запрашивать разрешение на посадку в другом аэропорту - дело исключительно командира экипажа, - подытожила Захаренкова.

Но есть один тонкий момент: если аэропорт не «домашний», то стоянка на нем самолета влетит авиакомпании в копеечку. А потому руководство дает пилотам понять: садиться на «чужую» взлетную полосу не рекомендуется. Так что порой «условия рынка» берут верх над безопасностью полетов.

Но и это не все. По сути, наши жизни находятся в руках у экипажа, которому предстоит принять субъективное решение. И гарантий, что экипаж этот - опытный, бодрый и трезвый, увы, у нас нет (и это нам очень ярко показал отчет Межгосударственного авиакомитета о сентябрьской катастрофе «Боинга» в Перми).

Подготовил Антон ЮЛАЕВ.