Лидер группы «Воскресение» Алексей Романов: «В тюрьме научился играть в «Монополию» и защищать свои права»

«По дороге разочарований», «Музыкант», «Кто виноват» - эти песни давно уже в золотом фонде отечественной музыки. За 30 лет в группе «Воскресение» кто только не играл - и сын Иосифа Кобзона Андрей, и основатель «Лицея» Алексей Макаревич, и покойный ныне Павел Смеян, легендарный Константин Никольский... Но за главного всегда был Алексей Романов.

С ним-то мы и пообщались накануне юбилейного концерта в «Лужниках» (где, кстати, «Воскресение» сыграет с симфоническим оркестром - раз в тридцать лет могут себе позволить!).

- Вспоминается ваша строчка: «Я бы не хотел сейчас встретить себя 20-летнего, я бы от такого человека старался держаться подальше».

- Давайте считать, что я тогда неудачно сострил. Потому что я - тот, которому под 60 уже, - тоже не сахар вообще-то.

- Вот еще ваше: «Посмотри, как я живу. Пью коньяк, курю траву». Как вы сейчас живете?

- Последние две недели я постоянно даю интервью (смеется). Ну курить я бросил лет пять назад. И с коньяком тоже как-то осторожнее стал обращаться.

- Давно хотела спросить: «ВоскресенЬе» или «ВоскресенИе»?

- Мы, не задумываясь, назвались «ВоскресенИе». Но в доперестроечные времена нас заставили поменять название на «нецерковное» - через мягкий знак. А потом мы снова стали называться через приятное долгое «и»...

- И все равно вас в тюрьму упрятали... (В 1984 году Романов попал в «Бутырку» за запрещенную тогда предпринимательскую деятельность - за концерты и распространение собственных же записей. - Авт.). Обида осталась? Ведь ни за что сидели-то...

- Да нет... Я просто потерял какое-то время, но познакомился с любопытными персонажами. И еще научился писать заявления всякие в прокуратуру, когда боролся за свои гражданские права. Но и все. Творчества в тюрьме нет. Там с 6 до 11 играло радио, первая программа, какое там творчество? Ну мы в «Монополию» (настольная игра. - Авт.) играли с ворами - вот и все творчество. Рисовали карточки, фишки лепили из мякиша, проводили время, развлекались...

- Вы же в придачу ко всему - бывший архитектор. Много ли в Москве зданий, к которым вы приложили руку?

- Есть одно, но очень большое - 600-метровой длины фасад на Варшавке. Вот я к чертежам руку и приложил. И там еще у них во дворе есть небесной красоты склад горюче-смазочных материалов - это мое изделие. Но туда посторонних не пускают (улыбается).

- У вас играл Андрей Кобзон, его отец Иосиф Давыдович был на вашем концерте?

- Нет, конечно, он погружен все-таки в свой возвышенный жанр музыки...

- Как обычно проходят ваши личные воскресенья? Рыбалка-шашлыки...

- Рыбалка не стала увлечением, я ни одну рыбу в своей жизни не поймал. Шашлыки - вот этот горелый жир на сырых дровах - я тоже не признаю за развлечение. Просто несколько часов идти по лесу - это кайф. С супругой Ларисой. А еще мы вместе играем в фламенко-группе «Лос де Моску»... Жена - на кастаньетах, я - на барабанах.