Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+10°
Boom metrics
Общество4 мая 2010 12:37

В «Матросской тишине» повторился казус Магнитского

Генпрокуратура взяла под контроль проверку по делу о смерти Веры Трифоновой в «Матросской тишине»

Следственный комитет при прокуратуре (СКП) начал расследование по факту смерти 30 апреля в СИЗО «Матросская тишина» 53-летней Веры Трифоновой.

Напомним, Вера Трифонова обвинялась в «мошенничестве в особо крупном размере»: по версии следствия, Трифонова вместе с депутатом магаданской облдумы Георгием Шамиряном пыталась продать некоему банкиру место члена Совета Федерации за шестизначную сумму в иностранной валюте.

Трифонова оказалась в СИЗО в декабре 2009-го и, как говорил ее адвокат, страдала тяжелой формой диабета: она практически ничего не видела, передвигалась в инвалидной коляске и постоянно теряла сознание.

К тому же, как рассказал адвокат журналистам, у Веры Трифоновой была одна почка. Однако на все обращения адвоката с просьбой изменить меру пресечения суд принимал сторону следствия, считавшего, что Вера Трифонова вполне может оставаться в СИЗО.

В последний раз, когда суд должен был принять решение о мере пресечения, случилось явление, для нашей правоохранительной системы практически небывалое ― с просьбой отпустить Трифонову под залог выступила не только защита, но и представители следствия, и даже прокуратура.

Но судья не увидела в представленных сторонами документах оснований для такого решения и продлила срок содержания под стражей. 29 апреля Веру Трифонову привезли в медсанчасть «Матросской тишины», где на следующий день она и умерла.

После чего все происходящее сразу стало напоминать римейк прошлогодней истории юриста Сергея Магнитского, который также умер в СИЗО.

Напомним, тогда после того, как расследование этого дела взял под личный контроль президент, в Федеральной службе исполнения наказаний произошли масштабные перестановки на самом верху ведомства.

Нынешняя ситуация развивается по тому же сценарию.

Опять Президент России Дмитрий Медведев поручает провести всестороннее расследование и берет его под свой контроль.

И глава СКП Александр Бастрыкин отреагировал с завидной оперативностью. Первые же оргвыводы весьма кардинальны: Главным следственным управлением СКП возбуждено уголовное дело в отношении следователя СУ СКП по Московской области Сергея Пысина по обвинению в халатности.

Заместитель руководителя следственного управления по Московской области Александр Филиппов и руководитель отдела по расследованию дел коррупционной направленности Валерий Иварлак, по распоряжению Бастрыкина, уволены, а руководителю Следственного управления по Московской области Андрею Маркову объявлено о неполном служебном соответствии.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Кроме СКП, к делу подключилась и непосредственно Генеральная прокуратура России, которая взяла под собственный контроль проверку соблюдения прав скончавшейся Веры Трифоновой. Данная проверка поручена прокуратуре Москвы; она должна выяснить, соблюдались ли права тяжелобольной женщины на оказание медицинской помощи.

«Прокуратура города Москвы проводит проверку соблюдения прав обвиняемой Веры Трифоновой на оказание медико-санитарной помощи в период содержания под стражей. 52-летняя женщина скончалась 30 апреля текущего года в следственном изоляторе № 1 «Матросская тишина», - говорится в сообщении Генпрокуратуры.

ДОСЛОВНО

Павел Крашенинников, председатель Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству:

- У нас санкцию определяет судья, который на основании предоставленных обвинением документов принимает решение. Я не исключаю, что в начале Трифонова могла быть здорова, а ее болезни могло спровоцировать пребывание в СИЗО. Я не знаю, как там было, но уверен что следует разобраться по всей цепочке: судья, прокурор, следователь, СИЗО, камера. Если же она изначально была с таким диагнозом, то человека в таком состоянии, с таким диагнозом брать под стражу ни в коем случае нельзя. Потому что он болен и с такой кучей заболеваний не представляет никакой общественной опасности. Он не то что не может давить на следствие, его лечить надо. А человека затолкали в следственный изолятор. Надо разбираться, почему так получилось, кто на кого давил. Здесь много почему. Почему ее в изоляторе согласились принять, было ли давление в изоляторе на нее? Чтобы эта тенденция не стала системой, надо устранить причины, а то через месяц, через два вы опять по такому поводу будете звонить, чтобы взять комментарий.

Следствие продолжается...

P.S. По данным правозащитников, в прошлом году в российских тюрьмах, колониях и СИЗО умерли около 4 тысяч человек.