Не кидайтесь камнями

Когда о нем писали, то ограничивались, в основном, историей ГКЧП, в котором, по официальной версии, именно он был лидером и главным заговорщиком, поскольку именно его ГКЧПсты назначили исполнять обязанности Президента СССР.

Они, собственно, и не имели другого выбора, потому что при отстранении Горбачева вторым человеком в стране по табелю о рангах был вице-президент, а именно этот пост занимал Геннадий Иванович в то время.

Всем запомнились его дрожащие руки на той пресс-конференции. Кто говорил, что пил он от страха. Кто – что волновался. Суть не в том. Просто вот такая ассоциация: Янаев с дрожащими руками. Эти руки стали чуть ли не символом ничтожества всего ГКЧП. Дескать, так и все ГКЧП тряслось за свою шкуру. Но так ли это?

Упрекать в безволии и трусости человека, который стал членом Политбюро ЦК КПСС, по меньшей мере, верхоглядство. Да и насчет того, что он впал в истерику в те дни, существуют разные мнения. Леонид Кравченко, возглавлявший в ту пору ВГТРК «Останкино», вспоминал, например, как они шли вместе на заседание ГКЧП 20 августа:

- Когда поднимались наверх, на площадке между этажами в полутьме наткнулись на строительные леса. Видно, днем тут еще занимались ремонтом. Янаев решительно нырнул под эти леса, я — за ним. Когда оба отряхивались от пыли, он не без юмора заметил: «И тут… твою мать, баррикады понастроили!»

Как-то это не вяжется с образом человека, у которого руки трясутся от страха за свою судьбу.

Встать во главе страны Геннадию Янаеву удалось всего на три дня. А оправдываться за них пришлось всю оставшуюся жизнь.

А, может, руки тряслись просто от волнения, вызванного навалившейся ответственностью. От того, что стало понятно – противостояния не избежать и предстояло сделать выбор: либо идти мирным путем, пусть даже и обрекая себя на неизвестность, либо жесткое подавление противников вооруженной силой, которой тогда в столицу понагнали немерено. То есть лить кровь или нет. Пусть в ГКЧП были, наверное, более влиятельные люди: министр обороны, председатель КГБ, да мало ли кто там еще. Последнее слово оставалось за ним. Именно он должен был отдать такой приказ или, несмотря на все давление, отказаться от такого способа действий.

Помню, как мы слушали радиостанции, поскольку на телеканалах, за исключением редких прорывов, шел только официоз. Как мы были уверены каждую ночь, что вот сейчас спецподразделения пойдут на штурм Белого дома. И всех там растопчут. Уж поверьте, для той власти решение стрелять было логичнее и даже проще, чем не стрелять.

А он не отдал такого приказа. У Янаева тряслись руки, у Ельцина два года спустя – нет.

Но Геннадий Иванович оставил свои трясущиеся руки чистыми, не запятнав их чужой кровью. Наверное, за это можно сказать ему спасибо. И уж точно не стоит кидаться камнями в его сторону.

Мир праху его.

ВОСПОМИНАНИЕ СОВРЕМЕННИКА Руслан ХАСБУЛАТОВ, экс-спикер Верховного Совета РФ, - в эфире радио «КП» (97,2 FM): Это Крючков втянул его в ГКЧП - Человек это был, безусловно, порядочный. Это я говорю, потому что знал его по крайней мере с конца 60-х годов. Он тогда руководил Комитетом молодежных организаций СССР, был секретарем ЦК комсомола, а я одно время был избран секретарем комитета комсомола и председателем студсовета МГУ. И очень часто общался тогда с Янаевым. Производил он просто прекрасное впечатление на молодежь своим умением вести разговор, такой непосредственностью, доброжелательностью.

Наши пути разошлись, он витал в больших должностях, а я ушел в науку. Но так наблюдал, конечно, и был рад тому, что он возглавил такую влиятельную профсоюзную организацию, ВЦСПС она называлась. Я знаю, что он занимался там не чисто бюрократическими делами, а реально требовал защиты прав рабочих, крестьян. И когда по настоянию Горбачева он был избран вице-президентом, я искренне радовался, что еще один грамотный и честный парень встал во главе государства. Ну а что касается ГКЧП... Могу совершенно четко сказать, что Геннадий Иванович не был организатором этого путча, не был главарем путчистов. Впрочем, так же как и Лукьянов. Главная роль здесь была за Крючковым. Он сумел убедить премьера Павлова, и они вдвоем разработали этот заговорщицкий план. И потом они отыскали находящегося в отпуске Янаева. Причем пригласили Янаева в его же кабинет и уговаривали подписать документы. Янаев долго сопротивлялся, не хотел подписывать и предложил собрать Верховный Совет, доложить там обстановку. Но ему грубо сказали: через день-два все закончится, тогда мы и соберем Верховный Совет, и там ты все доложишь. Сейчас говорят, что у них были благородные цели сохранения Союза. Допустим, были. Но нас возмутили методы, которыми гэкачеписты пытались изменить политический вектор развития. Метод был негодный, заговорщицкий. Почему они не созвали парламент и не выступили там с критикой Горбачева и его Союзного договора, который был тогда яблоком раздора? Многие его положения я и сам отвергал. Например, в проекте Горбачева автономии Российской Федерации приравнивались к союзным республикам. Это означало взрывным образом развалить Россию. Естественно, я сказал: да никогда мы не подпишемся под этими положениями! Но ведь это не значит, что надо было поднимать тайные путчи. Мы-то выступили прямо. Я искренне сожалел, что Янаев стал участником всего этого. И теперь, услышав о его кончине, переживаю.