Предвыборная энергетика

Совсем недавно мы писали о конфликте между Партией реформ и «Союзом отечества и Res Publica» (IRL), порожденном заявлением принадлежащего к IRL министра экономики и коммуникаций Юхана Партса в пользу скорейшего снижения дотаций на энергию из возобновляемых источников.

Министр озаботился высокими тарифами на электричество, снижение которых в результате усекновения дотаций сулило и продолжает сулить дополнительные голоса на выборах. Недавно Партс обнаружил еще одну возможность, реализация которой способна дать тот же результат. Не отказываясь от урезания отчислений ветрякам и прочей природолюбивой энергетике, он высказал совсем уж еретическую для члена нынешнего правительства мысль о снижении акциза на электричество. У союзников-реформистов волосы дыбом встали, а противники-центристы одобрительно закивали.

Экологическая совесть

Акцизный налог на электричество был введен в Эстонии с 1 января 2008 года и составлял тогда 50 крон за мегаватт-час. С 1 марта нынешнего года он был повышен до 70 крон за мегаватт-час. Говоря о снижении акцизного налога, Партс имел в виду крупных потребителей электроэнергии, утверждая, что такой шаг был бы чрезвычайно разумным, потому что помог бы привлечь инвесторов в крупную промышленность: «Если у них есть выбор, куда инвестировать, и перед ними таблица, из которой следует, что в Эстонии акциз для крупных потребителей выше, чем где-либо, то они сюда и не будут инвестировать».

По словам депутата Рийгикогу от Центристской партии и бывшего председателя правления Eesti Põlevkivi Лембита Кальювеэ, акциз для крупных потребителей в Эстонии сегодня в пять раз выше, чем, например, в Финляндии. Разница с минимальным требованием ЕС еще больше. Это значит, что, снизив акциз, Эстония вовсе не нарушит директиву ЕС, на которую не устают кивать его инициаторы.

Министр финансов Юрген Лиги, услышав о предложении своего коллеги по правительству, счел его плохой шуткой и в свойственной ему несколько витиеватой манере разъяснил для непонятливых, что «идея акциза заключается в том, чтобы дать рынку какой-то сигнал о побочных вредных влияниях товара, которые не отражаются в его себестоимости». Добавив, что акциз на электричество - это экологический налог, который призван побудить нас к экономии и «выражает нашу экологическую совесть».

Кому же верить?

«Непонятливые», однако, не вняли. Действительно, кроме традиционной мантры о «европейских требованиях», сторонники высокого акциза и противники его снижения тянут песнь об экологии, называя акциз на электричество составляющей частью широкомасштабной экологической налоговой реформы. Но тут-то и возникают вопросы. Коль скоро акциз на электричество представляет собой, как сказано на веб-сайте Eesti Energia, установленную государством плату, доходы от которой используются для сохранения и поддержания окружающей среды, то и понимать его, как замечает газета Äripäev, надобно, по идее, так: загрязняешь и обременяешь нашу общую природу, плати за это обществу. Между тем от акциза не освобождается импортируемое электричество, производство которого загрязняет не нашу вовсе природу. Более того, «чистое электричество», произведенное из альтернативных источников, тоже облагается тем же акцизом.

Представление об истинной подоплеке дает выступление в парламенте в июне 2007 года тогдашнего министра финансов Ивари Падара, под управлением которого акциз и вводился. Он сказал ровно следующее: «Если говорить о повышении акцизов на электричество в целом, то я неоднократно повторял, почему такое политическое решение было принято. Это политическое решение было принято потому, что у нас были трудности с выполнением одного важного для перехода на евро критерия». Вот так. О каком критерии идет речь, ясно - о дефиците госбюджета. Именно на затыкание дыры в нем, если верить Падару, а вовсе не на экологию нужны были деньги. Правда, мало кто в этом сомневался как три года назад, так и сегодня. И все же вопрос остается: кому верить - бывшему главе Минфина Ивари Падару или нынешнему, Юргену Лиги?

Впрочем для предвыборной оперативно-тактической комбинации Юхана Партса ответ на этот вопрос сам по себе не так уж и важен, хотя и может вполне послужить сопутствующим фактором.