Режиссер картины «Дикая охота короля Стаха» Валерий РУБИНЧИК: «Когда писал сценарий, дрожал от страха»

При всей своей внешней кинематографичности, она редко кому из кинорежиссеров давалась. Но «Дикая охота короля Стаха», снятая в 1979 году, собрала по миру множество наград на всевозможных фестивалях.

Режиссер Валерий Рубинчик.

- Снять фильм по повести «Дикая охота короля Стаха» тогда мечтали, наверное, все белорусские режиссеры, - вспоминает Валерий Рубинчик. - Повесть Владимира Семеновича Короткевича «Дикая охота короля Стаха» сверкала в белорусской литературе, как бриллиант. Это было явление, о котором говорили все. Повесть столь необычна, столь удивительна и столь не похожа на все, что было написано в белорусской литературе, что ее читали все. Мысль о том, что нужно немедленно экранизировать, приходила сразу. И тут произошло чудо. Я снял фильм «Венок сонетов», который неожиданно для нас получил Гран-при на Всесоюзном фестивале, потом мы получили премию Ленинского комсомола Беларуси - я, оператор и художник. И после этого успеха мне предложили экранизировать «Дикую охоту».

Первый вариант сценария написал сам Короткевич. Но это был такой своеобразный литературный сценарий, который я адаптировал к кинематографической реальности. Многое из повести туда не вошло, причем это было сделано умышленно. Опущено было много детективных линий. Во главу угла ставилась, естественно, интрига сюжета. Но мы искали и высший смысл. Нам показалось, что мы его нащупали. Ведь было понятно, что такому писателю, как Короткевич, мало детективных перипетий, там спрятана некая тайнопись, иносказание, которое нужно разгадать. Единственное, что я умышленно изменил, - перенес события, описанные в повести, лет на 20 вперед. Фильм заканчивается в первый день ХХ века. Мне казалось, что так будет острее для восприятия зрителем.

Хорошего человека ни уж, ни даже змейка не ужалят. На съемках документального фильма в Березинском заказнике. Примерно 1971 - 1972 годы.

- Как Владимир Семенович отнесся к вашему варианту сценария?

- У меня хранится вариант сценария с его пометками и комментариями - очень трогательными и некатегоричными. Это замечания по быту, по этнографии, потому что Короткевич был великий знаток истории, выдающийся интеллектуал. Там были любопытные замечания: «Вот эти господа пешком не пойдут, обязательно поедут на извозчике». Но он понимал, что превращение повести в фильм - очень сложная операция.

Но когда Короткевич увидел первую монтажную версию картины, когда зажегся свет в зале, он сказал: «Хлопцы, хто пойдзе за каньяком?» Хотя сам в это время не пил.

ЗАМОК В КИНО СОСТАВИЛИ ИЗ ТРЕХ ЗАМКОВ

- Приезжал ли Владимир Семенович на съемки?

- Нет. Мы снимали то в Западной Украине во Львовской области, то под Минском на военном полигоне в Уручье. А Владимир Семенович уже болел, и мы ему не докучали. Но когда он увидел картину, мне показалось, он был удивлен нашему старанию, нашему прилежанию, нашим усилиям творческим, организационным.

- Замок в Западной Украине? Почему не в Беларуси?

- Вообще, замок в картине состоит из трех замков - в кино все возможно. Задняя стена - это один замок, передний въезд - другой, ворота - третий. Но когда это все в одном массиве изобразительном, то кажется, что это один замок.

Удивительно, что самые страшные сцены с болотами, с Дикой охотой снимались на военных полигонах в Уручье, под Москвой в Алабино, где раньше существовал специальный кинематографический конный полк. На танковом полигоне под Минском у нас есть свои заветные местечки. Мы снимали нестандартно через специальную оптику, когда кони выглядят чудовищами. Это простые ухищрения оптического свойства.

- Если бы сегодня снималась картина, при нынешних технических возможностях, она была бы эффектнее?

- Вы имеете в виду компьютерную графику? Нет. Особенность «Дикой охоты» заключается в том, что при всей невероятности того, что в ней происходит, все реально. Поэтому, когда я смотрю какие-то сказочные американские картины, где летают корабли и прочее, мне не интересно, потому что это не имеет отношения к жизни. А мы должны были выдержать баланс между правдой, которая могла существовать в жизни, и, не хочу даже употреблять этого слова, мистикой. Никакой мистики. Потому что мистика - это выдумки. А у нас была правда. Так возникла тема убийства Дикой охотой лучших людей.

И татарин я, и ксендз! Короткевич с удовольствием снялся в двух эпизодических ролях в фильме «Хрыстос прызямлiўся ў Гароднi». В сцене с Донатасом Банионисом он на заднем плане. 1968 год.

- Но сейчас вашу картину относят к классике хоррора.

- Я сценарий писал на чужой даче под Минском. Надо было быстро заканчивать, кругом лес, ночь… В общем, я сидел на веранде и дрожал от страха.

ГЛАВНУЮ ГЕРОИНЮ ДОЛЖНА БЫЛА ИГРАТЬ КОРЕНЕВА

- А почему все исполнители главных ролей не белорусские актеры?

- Это случайно. Главную роль должна была играть, я вам признаюсь, Елена Коренева. Но она начала репетировать в театре у великого Эфроса и не могла выехать с нами во Львов. Я пригласил болгарскую актрису, которую увидел на фестивале, куда приехал с «Венком сонетов». В центре всего четыре персонажа. Бориса Плотникова я пригласил после выдающегося фильма «Восхождения» Ларисы Шепитько. Он, правда, стал лысеть к этому времени, и мы ему сделали маленькую накладочку по просьбе руководства киностудии.

И татарин я, и ксендз! Короткевич с удовольствием снялся в двух эпизодических ролях в фильме «Хрыстос прызямлiўся ў Гароднi». В сцене с Донатасом Банионисом он на заднем плане. 1968 год.

- Картину отметили на многих международных фестивалях.

- Мы были потрясены, что фильм пошел по миру, получил призы в Монреале, Париже, Бельгии, Брюсселе, Триесте.

- А вы ездили за призами?

- Нет. Я вообще о них узнавал из газет. Помню, открываю газету «Правда» и читаю: «Белорусский фильм «Дикая охота короля Стаха» получил гран-при в Брюсселе». Однажды меня командировали с фильмом в Румынию, а потом я побывал с ним даже в Канаде.

- А Короткевич тем более нигде не был с фильмом?

- Он вообще был занят другими вещами. Он занимался литературой. Однажды мы с ним и композитором Глебовым были приглашены в военное училище под Минском. Смотрели картину, обсуждали ее, потом мы пошли в сауну. Казалось, что впереди еще огромная жизнь, что мы еще сто раз увидимся… Оказалось, что жизнь не такая длинная. Помню еще момент: иду по городу, возле театра имени Я.Купалы сидит Короткевич в своей беретке, плаще. Он, в общем-то, как всякий интеллектуал, был одиноким человеком. «Здрасьте - здрасьте. Пойдемте ко мне, посидим, выпьем» Я чего-то тогда засмущался, отговорился, что должен ехать на студию. «Вот жалко!» И тоже казалось, что после такой встречи на ходу будет еще множество возможностей встретиться, поговорить.

Чтобы застолбиться в истории, надо побывать в Столбцах. 1967 год.

Однажды он написал на меня эпиграмму и гордился тем, что она мгновенно переводится на русский язык.

Рубінчык гэта галава

Дазвольце мне сказаць аб гэтым

Ен схараніў у “магіле льва”

І сатварыў “венок санетаў”.

Он очень точно охарактеризовал то, чего я сотворил и что я схоронил.

Потом он мне передал сценарий по такому замечательному белорусскому писателю Ядвигину Ш. Сценарий был замечательный. Я тогда почитал его и подумал: да, можно как-то сделать… А вскоре Владимира Семеновича не стало.

В парке с легендарной Павлинкой, в которую был безответно влюблен Янка Купала! Павлина Меделка специально пришла на свидание к автору нашумев- шего романа «Каласы пад сярпом тваiм». Предположительно, 1966 год.

- Удачных экранизаций по Короткевичу очень мало.

- Короткевич - сложный автор. На обсуждении после премьеры в Доме актера в Минске кто-то спросил Владимира Семеновича: «В ваших произведениях люди куда-то бегут, сражаются на дуэлях, фехтуют, скачут на лошадях. Вы что, так представляете себе жизнь?» Короткевич на меня посмотрел и говорит: «Нет. Я трохі прыдурваюся”. Тем самым он очень точно выразил двойное дно своих произведений. Он настоящий глубокий писатель. А все эти приключения, загадки, мистика нужны были для того, чтобы быть признанным, услышанным, прочитанным. Короткевич понимал, что иначе его философские эссе останутся в столе.

А жеребята, как и люди, любят черные сухарики! Возле деревни Друя в 1973 году.

ИЗ АРХИВА

Короткевич любил угощать друзей черными сухариками с солью... ...И дарить дружеские шаржи

Будь судьба к Владимиру Семеновичу ласковей, наш любимый писатель вполне мог бы отмечать свой 80-летний юбилей в кругу друзей и сам ответить на многие вопросы, которые до сих пор остаются тайной для исследователей.

Вместе с сотрудницей Белорусского государственного архива литературы и искусства Татьяной Кекелевой мы сидим под старинными сводами хранилища, доставая из больших конвертов стопки черно-белых фотографий.

- Большинство снимков в наш архив передал сам писатель. Некоторые из них стали хрестоматийными, попали в книги, но многие нигде не публиковались, - рассказывает Татьяна Викторовна.

Кекелева показывает одну из фотокарточек. Владимир Семенович на перроне железнодорожного вокзала в Столбцах под часами. Стрелки показывают семь часов - то ли вечера, то ли утра. На обратной стороне надпись: «Ужо застаубiуся у гiсторыi». И дата: «Май 1965 года».

- Но это не почерк Короткевича, - огорошивает меня собеседница. - Вот только кто позволил себе такую шутку?

Действительно, кто? Попутчик-фотограф, будущая жена, друг?

Звоню Анне Хоровец, которой довелось в 1963 году вести переговоры с классиком. Короткевичу шел тогда тридцать третий год, ей было на 10 меньше.

Анна Дмитриевна охотно вспоминает:

- Наш архив тогда только зарождался. Мы, три сотрудника, получили приказ - собрать творческое наследие наших мэтров: их фотографии, рисунки, переписку. Послали пригласительные письма. Владимир Семенович на приглашение откликнулся, написал заявление. Но прошел еще почти год, прежде чем мы получили первую партию его рукописей. Однажды сидим в Союзе писателей на каком-то вечере - уже и не припомню точно, чему он посвящался. И вдруг чудо: сам Короткевич подходит к нам и говорит: «Дзяучаткi, хачу вас пачаставаць». И достает из портфеля, потертого, старого, похожего на портфель Жванецкого, горсть черных сухариков с солью. До чего ж вкусные это были сухари, которые он сам делал!».

Очаровательная фигура неизвестной красавицы. Короткевич не подписал свой рисунок, оставив исследователям очередную загадку.

Черные сухари из рук классика - это почти как пропуск к нему в дом. Хоть и не пуд, но грамм соли съели вместе. Сотрудничество наладилось. «Аддаю 10, а мо, нават, i болей фотаздымкау», - написал писатель на втором заявлении. И подарил архиву помимо рукописей аж 44 фотографии. В том числе и довольно забавных: выталкивает из воды автобус, пробуется на роль татарина и ксендза в фильме «Хрыстос прызямлiуся у Гароднi».

…Владимир Короткевич умер 25 июля 1984 года. Писатель отправился в путешествие на плоту по Припяти вместе с художником Петром Драчевым и фотографом Валентином Ждановичем. Во время путешествия ему стало плохо - открылась язва. Писателя привезли в Минск, где он скончался.