
«Ошибка экипажа» - одна из версий ЧП в «Домодедово», которую не отметают до сих пор. В крушении самолета на днях даже обвиняли штурмана Марата Кимпаева - он, якобы не включил насосы подачи топлива. Сам 40-летний штурман сейчас находится в московской больнице №12. Корреспондент «КП» дозвонился до отца Марата - Мансура Кимпаева - пилота с 30-летним стажем, начальника штаба летной службы махачкалинского аэропорта. Эту версию он считает невероятной:
- Даже если бы один из четырех подкачивающих насосов не был включен, ни один двигатель бы не запустился. Перед экипажем горят красные сигнальные лампы, и звуковая сигнализация имеется, что не включены насосы. Да и переключение такой аппаратуры вообще это не входит в его обязанности, этим занимается бортинженер. А штурман следит за курсом и исправной работой навигационных приборов.
- Правда ли, что навигационное оборудование в этот раз вообще отключилось?
- Марат мне об этом не говорил, мы пока стараемся не спрашивать у него про аварию. Чтобы не переживал лишний раз. Но летчики поговаривают, что в небе не сработало автоматическое определение горизонта.
- Как вы узнали о крушении самолета?
- Я в тот день был на работе в аэропорту в Махачкале. Ждал, когда прилетит борт. Знал, что в нем летит сын. Вдруг позвонили из информационной службы, сообщили, что самолет совершил аварийную посадку в «Домодедово». Я подумал, что ничего страшного не произошло, вынужденное мероприятие. Вскоре собрали технический рейс, на котором в Москву полетели сотрудники авиакомпании вместе с гендиректором. То, что я увидел в «Домодедово», меня просто шокировало...
- Вы были на месте катастрофы. Можете что-нибудь сказать о версиях случившегося?

- Пока комиссия не сделала выводы, трудно понять, что привело к этому. Но одно сказать можно точно: экипаж действовал грамотно и очень четко, и поэтому избежал огромного количества жертв. То, что совершил командир - подвиг, которым уже гордятся все знакомые летчики! Еще не было, чтобы с такими техническими неисправностями командир смог вывести самолет на посадочную полосу и при отказе всего, что можно, посадить его. О действиях капитана еще в учебниках по авиации напишут, в пример поведения в критических ситуациях.
- А ваш сын с детства мечтал стал летчиком?
- Да, окончил то же Краснокутское летное училище, что и я. В дипломе пилота - четверки и пятерки, ни одной тройки. Потом переучился на штурмана. Летает давно, имеет достаточный опыт. Кстати, недавно только он в составе экипажа на этом самом борте закончил перевозить наших мусульман из Мекки, куда они отправлялись в хадж. Это сотни часов в воздухе. И замечаний к экипажу не было.
- Вы в Москве виделись с сыном?
- Он был в реанимации, меня не пустили врачи. У Марата повреждена ступня левой ноги, колено, ребра. Но он жив, и это главное. Во вторник его уже перевели в общую палату. Из Махачкалы к нему вылетела жена и 15-летний сын.
- Ваш внук тоже думает пойти по стопам папы?
- Думаю, всякий сын мечтает быть похожим на отца.
В субботу, 4 декабря, самолет Ту-154 «Дагестанских авиалиний», следовавший рейсом «Москва – Минеральные воды» совершил вынужденную посадку в аэропорту Домодедово.