Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+7°
Boom metrics
Общество11 февраля 2011 22:00

Почему русские, переходя в ислам, зачастую становятся ваххабитами

О том, почему русские переходят в ислам, сказано и написано немало. Вопрос в другом: почему неофиты предпочитают самые радикальные его направления? Галина Сапожникова ждет ваших

Кто как, а лично я про русских мусульман узнала еще в 2003-м. Это сейчас, после нескольких взрывов в поездах, метро и аэропорту у всех на слуху фамилии Тихомиров, Косолапов и Раздобудько - а тогда, семь с лишним лет лет назад, сам факт, что русские зачем-то меняют веру, был в диковинку.

И вот приходит однажды в редакцию бумага о том, что мне следует явиться в прокуратуру. Едва переступаю порог - как следователь вдруг начинает хохотать. И показывает письмо, в котором написано, что я своими статьями «оскорбляю религиозные чувства и достоинство мусульман» и «формирую негативный образ темноволосых смуглых людей с карими глазами». И подпись: мусульмане Карелии. А я, видите ли, под последнюю характеристику и сама подхожу идеально - и смуглая, и темноволосая, да глаза карие от природы, вот следователь и представила картинку, как я в суде буду формировать негативный образ самой себя...

Никакого суда, как вы догадались, не было - но «мусульманами Карелии» я заинтересовалась всерьез. Взяла билет в Петрозаводск и поехала. Духовное управление, которое и отслеживало во всей российской печати случаи «оскорбления», располагалось в обыкновенной хрущевке, в которой, кроме муфтия, бывшего палестинского студента Висама Али Бардвила, жила руководитель информационного отдела и по совместительству жена Виктория Вебер, и четверо, на тот момент, их детей. Выйдя замуж за мусульманина, Виктория стала называться Фатимой и погрузилась в ислам со всей присущей русским женщинам страстью к самопожертвованию: и вскоре вслед за ней в ислам в Петрозаводске перешло еще человек двадцать. Со многими из этих людей я встретилась, что позволило составить классификацию, в целом характерную для всей страны.

И так, кто и зачем идет в мусульмане? Во-первых, мусульманские жены - как правило, смены веры требуют их мужья. Во-вторых - женщины, уставшие от борьбы с жизнью - в отсутствие государственной идеологии жизнь по корану, который строго предписывает, что есть, носить и делать, некоторым показался выходом. В третьих - мужчины, попавшие в плен в Чечне и Афганистане. В четвертых - всякого рода оригиналы, ищущие путь к самопознанию. Среди мусульман Карелии были представлены все вышеперечисленные.

В январе 2011-го, после теракта в Домодедово, когда всплыли фамилии русских мусульман Раздобудько и Хорошевой (даром, что те вроде бы к теракту и не причастны - Авт.), я решила найти свои старые, семилетней давности, материалы («Почему русские принимают ислам?»), и была поражена тем, что их в интернете до сих пор обсуждают...

То есть, проблема за это время не только не растворилась, она стала острей и гуще, а вопросов только прибавилось. А именно: почему русские, переходя в ислам, выбирают самые радикальные его формы? Обсудить эту тему я пригласила специалистов: известного исламоведа, доцента МГЛУ Романа Силантьева и академика РАЕН Валерию Порохову, русскую мусульманку, чей перевод смыслов корана пережил уже одиннадцать изданий. Их беседу мы решили опубликовать почти без купюр.

СТРАШЕН НЕ ИСЛАМ, А ЕГО ПОДОБИЕ

Роман Силантьев:

- То, что это явление - переход русских в ислам - носит массовый характер, сильно преувеличено. Русских мусульман очень мало по сравнению даже с русскими буддистами. Учитывая, что ислам у нас в стране является второй по численности религией, в нее по логике и переходить должны в наибольшей степени. Однако протестантов американского толка у нас полмиллиона, а совсем маргинальных «свидетелей Иеговы» - более ста тысяч. На этом фоне несколько тысяч русских мусульман - капля в море.

Исламовед Роман Силантьев...

Исламовед Роман Силантьев...

На самом деле феномен в обратном: почему русские так НЕМАССОВО переходят в ислам? Например, христианами в России за последние двадцать лет стали около полутора миллионов этнических мусульман. Это несопоставимые цифры. Проблема в другом: те люди, которые сменили веру по идеологическим соображениям, идут не в традиционный ислам, а в исламские секты.

Валерия Порохова:

- То, что здесь сейчас говорится, - абсолютный абсурд! Объясняю: не существует такого понятия, как традиционный ислам. Есть ислам. И все! Чистая вера в Бога, не омраченная национальными традициями. И есть Коран - книга откровения, которая за 1450 лет не претерпела ни малейшего изменения. Один очень известный человек в Объединенных Арабских Эмиратах мне сказал: «Я не вижу ислама в наших краях. Я настоящий ислам увидел только в Европе». Мне это безумно понравилось. Я знаю очень многих новообращенных немцев, французов и англичан. Они все высочайше образованны и богаты, знатные доктора наук, которые упоены исламом и входят в союз мусульман Европы. Но знаете, что России действительно грозит? То, что сюда беспрепятственно пришли люди другой идеологии, радикальной, удаленной от чистой божественной коранистики. Пришли они, как правило, с Аравийского полуострова, что очень приветствовалось (считается, что там - место рождения ислама, а жители являются хранителями святынь Мекки и Медины. - Авт.), - и потому были приняты у нас на ура. А о том, что исповедовали чуждую исламу идеологию, никто даже не подумал. Неофиты, которые принимают ислам, слушают именно тех безграмотных людей, которые забыли, что на дворе не VII век, а XXI. - А почему одни мусульмане готовы жить в мире и быть законопослушными гражданами, а другие взрывают нас в поездах, аэропортах и метро? Р. Силантьев: - Русские мусульмане, которых насчитывается всего шесть тысяч человек, дали стране террористов больше, чем мусульмане-татары, которых почти 4 миллиона. Оба условно русских по национальности имама отсидели, один - за разжигание религиозной розни, другой - за участие в террористической деятельности. Один из них, кстати, Абдулла Антон Степаненко, имам пятигорской мечети, и был наставником Раздобудько, которого сейчас разыскивают. Факт, от которого никуда не деться: немалая часть людей идет в ислам для того, чтобы заниматься терроризмом и свергать власть. Больше ста лет назад люди за этим в народовольцы шли, а сейчас считают, что терроризмом надо заниматься посредством ислама. Не потому, что они так его любят, а потому, что воспринимают как самое надежное средство вооруженной борьбы. Те же «приморские партизаны», хоть и не были мусульманами, диски с проповедями Саида Бурятского использовали весьма активно. Сейчас ислам стал неким убежищем людей, которые хотят любой ценой взорвать ситуацию в стране и устроить новую революцию.

Выйдя замуж за мусульманина Висама Али Бардвила, Виктория Вебер погрузилась в ислам  со всей присущей русским женщинам страстью к самопожертвованию.

Выйдя замуж за мусульманина Висама Али Бардвила, Виктория Вебер погрузилась в ислам со всей присущей русским женщинам страстью к самопожертвованию.

ПАНАЦЕЯ ОТ ТЕРРОРИЗМА - Почему же вы этому не препятствуете? Ведь удар наносится по репутации всего ислама! Неужели вы не можете публично выступить и этих людей остановить? В. Порохова: - Это можно было бы сделать, если бы государство давало больше времени для просвещения. В Лондоне, например, я видела каждый день на Би-би-си исламские программы, которые вели англичане, не принявшие ислам. Сидят в студии люди, рассуждают, зрителям дается огромнейшая информация. Безусловно, мусульманин там никогда не будет террористом. (Заметим: именно мусульмане в Лондоне подрывали и метро, и автобусы. Наверное, тамошняя телепередача им не понравилась. - Авт.) - То есть русские идут в околоисламские секты из-за невежества? Р. Силантьев: - Вряд ли Саид Бурятский был невежественным человеком. Он четко знал, куда идет. Он у духовного наставника уважаемой Валерии Пороховой - муфтия Равиля Гайнутдина несколько лет проработал, учился в двух медресе. В. Порохова: - Я абсолютно уверена, что он не знал даже основ исламоведения. Р. Силантьев: - Сильно сомневаюсь. Вы посмотрите один из последних голливудских фильмов, «Немыслимое» - как раз про новообращенного мусульманина-террориста. Очень грамотного и образованного человека. Мусульман-неофитов боятся и в Европе, и в Америке, потому что они активно замешаны в терактах - даже в Ирак взрываться ездят. И на стороне «Талибана» десятками выезжали воевать - в Гуантанамо содержалось немало новообращенных американцев. У нас бытует мнение, что в террористы идут люди дикие, невежественные, бедные, отчаявшиеся. Неправда: там полным-полно кандидатов наук, масса успешных богатых людей. Что, миллиардеру бен Ладену есть было нечего? В. Порохова: - Это ни в коем случае не является вопросом ислама! Это исключительно вопрос геополитики и национальных интересов. Р. Силантьев: - А если эти люди себя называют богословами, муфтиями и имамами, это вопрос ислама?

МУСУЛЬМАНЕ СО СЛАВЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ: Мария Хорошева, Виталий Раздобудько. К теракту в «Домодедово» отношения не имеют, но все равно разыскиваются.

МУСУЛЬМАНЕ СО СЛАВЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ: Мария Хорошева, Виталий Раздобудько. К теракту в «Домодедово» отношения не имеют, но все равно разыскиваются.

В. Порохова: - Они могут себя как угодно называть! Я помню даже, как один из наших священнослужителей объявил джихад, хотя джихад может объявлять только правитель страны. - А вы сказали публично, что это глупость? В. Порохова: - Сказала. Но у нас ни на телевидении, ни на радио абсолютно не ведется образовательная, просветительская работа по исламу, хотя у нас огромная мусульманская община. Я могу драть горло сколько угодно, но в этой стране меня слушать никто не будет. - Значит, вы считаете, что панацея от терроризма - это ежеутренняя мусульманская телепередача? В. Порохова: - Просвещение. Р. Силантьев: - Только просвещение здесь не поможет. Если человек пошел к сатанистам, то он явно не ошибся дверью и не перепутал их с православными. Если он стал фашистом, то вряд ли стремился влиться в ряды коммунистов. Ислам для неофитов - это прежде всего поиск выражения агрессии. Вот ненавижу я, допустим, власть, хочу их всех поубивать - чиновников, ментов - куда я пойду? Могу, конечно, сам организацию создать. Но гораздо проще влиться в ряды товарищей, у которых все давно отлажено. При чем тут просвещение? Просвещение - это когда для человека минимизируется вероятность ошибиться дверью и попасть вместо церкви в секту. Что, народовольцам плохо в гимназиях объясняли, что надо законы соблюдать? Может быть, Ленин, окончивший юрфак, не умел различать законное и противозаконное? Или учившийся в семинарии Сталин не был просвещенным человеком? Есть люди, которые патологически склонны к агрессии. И никакими добрыми словами их от нее не отучишь. В. Порохова: - Побеждает только тот, кто завоевывает последователей. Кто работает и имеет свою паству. К сожалению, наши мусульмане не работают. И поэтому паства у них на нуле или она есть с минусовым знаком. Я гарантирую вам: все эти люди, которые совершали теракты либо готовы их совершить, - исключительно жертвы собственного невежества. Мы проигрывали и проигрываем в этой информационной войне, и пока я не вижу никакой перспективы на будущее.

МУСУЛЬМАНЕ СО СЛАВЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ: Павел Косолапов. Подозревается в подрыве «Невского экспресса» в 2007 году. Находится в розыске.

МУСУЛЬМАНЕ СО СЛАВЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ: Павел Косолапов. Подозревается в подрыве «Невского экспресса» в 2007 году. Находится в розыске.

ПАПА МУСУЛЬМАНСКИЙ - Вот есть у католиков Папа Римский. У православных - Патриарх. У буддистов - Далай-лама. А у мусульман есть некое подобное духовное лицо, всеми уважаемый предстоятель, авторитет которого был бы непререкаем, которого бы беспрекословно все послушались? В. Порохова: - Были и есть такие. У нас был очень интересный Ахмад Дидат, который, будучи немусульманином по происхождению, был сначала евангелистом, а потом принял ислам. Он был высочайше образован. Но жил в прошлом веке... Сейчас тоже есть интересные люди, проповедники, очень взвешенные и категорически настроенные против терроризма. В России лидеров, за которыми бы пошла мусульманская община, нет. Р. Силантьев: - Да и в мировом масштабе сейчас тоже нет ни одного лидера, который выражал бы чаяния хотя бы 5% мусульман. Если у нас в России 70 муфтиев, представляете, сколько их в мире? Мусульманские страны, где есть один главный мусульманский лидер, можно пересчитать по пальцам. - То есть такого человека, которого можно было бы посадить в телевизор и попросить сказать потенциальным террористам «Стоп!», нам взять неоткуда? В. Порохова: - Это зависит и от идеологической настроенности страны. Человек окружил себя огромным количество институтов. Институт религии обслуживает его нужды, коммерциализируется - отсюда и секты. И ивановы, петровы, сидоровы, которые взорвались и бросают нам вызов, - это все люди, никакого отношения не имеющие к фундаментальной единице, которая называется верой в Бога.

МУСУЛЬМАНЕ СО СЛАВЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ: Александр Тихомиров (Саид Бурятский). Обвиняется в подрыве «Невского экспресса» в 2009 году. Уничтожен.

МУСУЛЬМАНЕ СО СЛАВЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ: Александр Тихомиров (Саид Бурятский). Обвиняется в подрыве «Невского экспресса» в 2009 году. Уничтожен.

ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ ТЕРРОРИСТ - Боюсь накаркать, но не могу не спросить: а почему нас татары с башкирами не взрывают? Ну правда: о таких террористах мы слышим крайне редко. В. Порохова: - Кто вам это сказал? Я изъездила весь Татарстан и весь Башкортостан. Вы представления не имеете, как эти люди относятся к исламу и как они к этому рвутся! И есть там очень много закрытых кружков. В том числе радикальных. Буквально только что ездила на суды 18-летних мальчиков. - Вопрос в другом: почему у них нет религиозных комплексов? Ну не ходят же они, слава Аллаху, с криками: «Я вас всех взорву!» У них нет причин бороться с государством? Р. Силантьев: - Причины есть, но там радикально настроенные люди распределены более равномерно, а на Кавказе их концентрация резко выше. Надо признать, что сейчас исламские секты стали главными возмутителями спокойствия в мире. Они являются магнитом, который притягивает всякую мразь. - И как эту мразь выщелкивать? - Уничтожать. Если их не уничтожать, то может получиться как в 1917 году - когда террористы пришли к власти. Надо понимать, что если человек-новообращенец пришел в ислам, то с большой долей вероятности он пойдет к экстремистам или террористам. - Даже так? - К сожалению, да. Учитывая процент новообращенных мусульман, которые вовлечены в террористическую деятельность - примерно 200 при общей численности в 6 тысяч, - вероятность того, что человек попадет в такие организации, весьма высока. В тысячи раз выше, чем у человека, пришедшего, например, в буддизм. Обладатели славянской внешности для террористов представляют особую ценность. Эти люди в террористы идут сознательно, их не нужно оправдывать и жалеть.

Имам обрусел и перестал платить алименты... Жалеть нельзя, но хочется. Викторию-Фатиму Вебер, например, которая, напомню, выйдя замуж за палестинского студента Висама Али Бардвила, дала ему все: российское гражданство, молельный дом, троих детей в придачу к двум уже существующим и самое главное - паству! Именно за ней, за харизмой красивой и энергичной женщины, от большой любви покрывшей голову мусульманским платком, в ислам в Петрозаводске перешли десятки русских. Финал этой истории печален: год назад Висам Али Бардвил Викторию бросил. С пятью детьми. Выписал себе новую жену, арабскую, и щедро выделил детям по 300 рублей в месяц. Платить алименты продуктами отказался: мама же - аргументировал - тоже кушать будет...

«Обрусел...» - изумленно прокомментировала это другая русская мусульманка, Валерия Порохова. «Русские мужики хоть как-то стараются детям помочь!» - возмутилась, услышав это, Виктория Вебер.

Петрозаводский имам Висам Али Бардвил разговаривает с матерью своих детей

Петрозаводский имам Висам Али Бардвил разговаривает с матерью своих детей

Поначалу она пыталась работать таксисткой, но кто по своей воле сядет в машину к женщине в мусульманском платье? С той же страстью, как когда-то строила исламское дело, Виктория-Фатима отсуживает теперь у экс-супруга половину молельного дома. Слушать запись их телефонного общения - удовольствие не для слабонервных . «Я не считаю тебя мусульманкой! Мои дети живут у неверной! Я каждый день буду просить Аллаха, чтобы ты сдохла!» - кричит в трубку петрозаводский имам, который на пятничных проповедях призывает мусульман к добру. Или не призывает?.. Виктория слушает это молча. Исламу она пока не изменила, но вот в мусульманах разочаровалась полностью. А расставшись с мужем-имамом, научилась читать Коран без пелены на глазах. И теперь знает ответы на вопросы, над которыми мы бьемся.

...и переводчик смыслов Корана Валерия Порохова сошлись в одном: исламский терроризм прямо пропорционален невежеству.

...и переводчик смыслов Корана Валерия Порохова сошлись в одном: исламский терроризм прямо пропорционален невежеству.

Итак, почему русским нужен ислам? Зачем радикальным исламским сектам нужны русские? Вот мнение Виктории Вебер: - Не секрет, что в Коране есть много вещей, до конца не прописанных. Есть черное и белое и огромная зона серого - того, что трактовать можно как угодно. Этим все и пользуются. Те русские мужчины, которые принимают ислам, по природе своей антагонисты. Они бросают обществу вызов и пытаются доказать, что в этой жизни что-то могут. Их начинают подхваливать («русский, а как совершенствуется!») и ставят в пример. И если такой человек попал под крыло салафитского (или ваххабитского) направления и понял Коран так, как ему объяснили люди из его нового окружения, считайте, что для мира он потерян. Он будет гордиться собой и понесет свое мировоззрение в семью - этим и объясняется готовность овдовевших девчонок к терактам. В исламе женщины - это зеркало их мужей, они будут жить и действовать по их образцу и подобию. В утешение могу сказать, что все это - дело не одного дня. Не заметить перемен в человеке невозможно, потому что это мировоззрение складывается годами. И это, пожалуй, единственное, что во всей этой мутной истории с русскими мусульманами может нам внушать оптимизм...

Читайте также:

Почему русские становятся исламскими террористами

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4