Пенсионерка из Минска нарисовала план дворца Наркевича-Иодки
Живописный дворец в Наднёмане неподалеку от Узды, в котором наш соотечественник Якуб Наркевич-Иодко сделал в XIXвеке немало научных открытий, будет реконструироваться. Для сбора средств в Беларуси и за рубежом создан специальный фонд (Читайте так же: В деревне Наднеман начнется восстановление усадьбы «электрического человека» и Алхимик из-под Узды изобрел радио раньше Маркони и Попова)
После публикации в редакцию позвонила минчанка Софья Гурская, в девичестве Рудаковская и предложила:
Софья Гурская: "Рядом с дворцом была странная башня без окон и дверей"
ВИДЕО: Людмила СЕЛИЦКАЯ
- Хочу помочь ученым в том, чтобы дворец был действительно восстановлен в первозданном виде. Мне кажется, парадный вход находился не со стороны Немана, как думают наши ученые, а с противоположной. Лет 10 назад я подарила сотруднику Узденского краеведческого музея Адаму Александровичу фотографию усадьбы, которую до войны сделал мой папа.
И вот я сижу в гостях у Софьи Владимировны и слушаю ее рассказ:
- В 1937 году наша семья поселилась рядом с усадьбой, в деревянном доме управляющего. Отца назначили завучем в Центральную колхозную школу, которая размещалась прямо во дворце. В ней готовили будущих счетоводов, пчеловодов, животноводов. У папы был фотоаппарат на треноге, и он часто фотографировал дворец. К сожалению, большинство фотографий пропали в годы войны – уцелела лишь та, что мы передали в музей. Можно ее как-нибудь отыскать?
Софья Гурская до сих пор помнит, как гоняла бильярдные шары во дворце.
Жестом фокусника я достала копию черно-белого фото, любезно предоставленную мне ученым Владимиром Киселевым:
- Вот эта?
- Точно, - обрадовалась Софья Владимировна. – Мужчина в центре – и есть мой папа. Мы, дети, часто бегали во дворец. Старинной мебели в нем уже не было, а вот пол паркетный еще сохранился, в каждой комнате свой узор. А также росписи на стенах и потолке. Тогда еще целой была и стеклянная оранжерея, в которой продолжали расти какие-то экзотические растения. В каретном сарае стояла обшарпанная карета. Память сохранила и старинный бильярд: я даже научилась на нем неплохо играть, чем потом удивляла знакомых.
- А про прежних хозяев дворца вы что-либо слышали?
- Тогда еще были живы несколько бывших слуг Наркевича-Иодки. Они охотно вспоминали старых хозяев, причем добрым словом. Помню, как бывший повар Наркевича-Иодки рассказывал отцу, что однажды барин приказал к приезду гостей приготовить фаршированных воробышков. А моей сестре Клавдии запомнился рассказ, что Наркевич-Иодка сам любил с мужиками ловить сетью рыбу в Немане.
По словам Софьи Владимировны, летом в здании усадьбы располагался пионерский лагерь. А во время похода Красной Армии в Западную Белоруссию сюда даже привозили раненных красноармейцев. В самом конце войны дворец взорвали партизаны, получившие известие, что там хотят обосноваться немцы.
Софья Владимировна по памяти нарисовала план дворца и его окрестностей. Я пообещала передать рисунок архитектору Сергею Багласову, взявшемуся подготовить проект восстановления усадьбы.
Историческая достоверность ни в коем случае не пострадает, уверили меня белорусские ученые. Главное – собрать средства на долгожданное восстановление дворца.
А узденские музейщики добавили, что отыскали и поместили в запасники кое-какие вещи из эпохи Наркевича-Иодки.