Михаил Боярский: «По поводу ролей спрашиваю совета у Лизы»

«Акулы пера стали карасями» - Михаил Сергеевич, так приятно было увидеть вас в «Музыкальном ринге НТВ»… Это же не первый ваш опыт телеведущего? - У меня были в Петербурге передачи, например «Домино», где я работал ведущим довольно долго. Было любопытно, потому что там я был еще и соавтором - мы говорили, что хотели и приглашали, кого хотели. Есть опыт работы в «Музыкальном ринге» в Петербурге. Вероятно, поэтому ко мне и обратились. Я согласился только потому, что меня друзья попросили. Я отказывался, объяснял, что это не моя работа, я не очень заинтересован и не очень умею. Телевидение ушло далеко вперед, сейчас ведущие раскованные, импровизируют прекрасно и говорят на темы, в которых я мало что понимаю. Но друзья уломали: «Миша, выручай на три передачи». А потом: «Ну давайте до Нового года». Теперь вот договорились, что я буду вести до мая. Должен признаться, что есть вещи, которые меня радуют. Я просто счастлив, что имею честь слушать вживую, например, Леонида Агутина, который для меня авторитет в понимании гармонии, музыки, вокала. И когда выступает Игорь Николаев, Игорь Крутой - это интересно. А иногда бывает довольно скучно. Но поскольку я не акула пера, то просто выслушиваю и объявляю в меру своих способностей. А акулы пера, на мой взгляд, несколько похожи сейчас на добрых карасей. Или аквариумных рыбок. Может, потому что такой формат, но серьезных, острых вопросов я от них не слышал. Наверное, это устраивает и канал, и зрителей, и самих артистов. Но мне осталось немного… - Откажетесь? Или передача себя изживет? - Я думаю, да. Очень сложно набрать такое количество артистов, которые согласились бы вживую оспаривать первенство. Это было интересно, когда это делали в Петербурге. А сейчас приглашают в основном не молодых незнакомых артистов, а звезд. Это скорее шоу, нежели ринг. У них нет соревнования, а есть содружество. - Было бы интереснее, если поострее? - Понятно, что никаких реальных проблем в передачах решаться не может. Что в политических передачах, что в музыкальных. Все это шоу, в котором видно, откуда уши растут. Наверное, зрителям интересно смотреть на тех артистов, которых они знают. А не выявление новых музыкальных тенденций или серьезный разговор о музыке и о том, что происходит… - А что происходит? Плохо у нас с шоу-бизнесом? - Шоу-бизнес есть шоу-бизнес. Нужно созерцательно относиться к этому. И уж коли принимаешь в нем участие, то относиться как к работе и не лезть со своими мнениями. Шоу-бизнес - не тот способ существования на сцене, чтобы появилось что-то чрезвычайно интересное. Нужно понимать, что и актеры, и певцы, и поэты рождаются раз в сто лет. А все остальное - заполнение пустого пространства. - «Ринг» вы вели в зенитовском шарфике… - Такая история получилась - я пообещал целый год носить этот шарфик… Год относил, а когда снял, все стали спрашивать: «А где шарфик?» И я надел его опять. Если выйду на «Ринге» без шарфа, то первым вопросом будет не качество передачи, а «почему вы шарф сняли?». - Не надоело? - Нет, он не мешает.

Фото из семейного архива: Михаил Боярский с детьми Сергеем и Лизой Фото из личного архива.

«Беру пример с Алисы Фрейндлих» - В передаче с Агутиным уверенно выиграла Елена Ваенга… - Ваенга - интересное, новое лицо. Она завоевала любовь зрителей, и, наверное, не напрасно. Но при всем моем уважении к ней я все равно предпочитаю Агутина. Ваенга - уже взрослый человек, который отдает отчет в том, что она делает. То есть это надолго. - Чувствую, вас она не заколдовала, как некоторых членов жюри… - Я не имею права на оценку, я просто говорю о своих приоритетах. Кому нравится арбуз, кому свиной хрящик. Но сказать, что она неинтересная певица, невозможно. Она и воспитанна, и умна, и музыкальна… - Но слушать ее вы не пойдете… - Я никого не пойду слушать, меня на концерт вытащить невозможно. Я сам в них участвую так часто… В театр - еще куда ни шло, хотя тоже очень редко. И то если советуют мои близкие, друзья. - После долгого перерыва вы вновь играете на сцене Театра имени Ленсовета в спектакле «Смешанные чувства». Почему согласились? - Да просто я пытался избавиться от юбилея! Это прекрасный способ, который я украл у Алисы Бруновны Фрейндлих. В свой юбилей она сыграла спектакль «Оскар и Розовая дама» совершенно гениально. И поскольку я во всем беру с нее пример, то подумал: «Зачем мне сидеть в кресле и принимать идиотские поздравления, когда я сам могу быть на сцене. А до спектакля и после него я занят репетициями и прогонами. В общем, минимизирую общение. - И долго теперь будете играть? - Поскольку там персонажи старше нас, то на несколько лет такой вариант возможен (смеется). Но строить планы на будущее творческие и нетворческие - все это по воде вилами писано. Миром правит провидение. Человек предполагает, а бог располагает. - При чем тут театр? - Могут пригласить на гастроли за рубеж, а потом отменить по какой-то причине. Могут быть закрыты аэропорты. Ну мало ли что. Да сейчас и летать не очень хочется. Ездить - еще куда ни шло. На «Сапсан» сел - и через три часа ты в Москве. А на самолете будут проверять два часа, три часа. А московские пробки такие, что уже начинают надоедать и раздражать. Проще остаться дома, почитать книгу… Я предпочитаю работать в Петербурге. - Что вас может порадовать? - Хорошая книга. В современной литературе это не так часто случается. «Похороните меня за плинтусом» - одна из тех, что мне очень понравились. «Зеленый шатер» Улицкой. Я не могу сказать, что рвусь в книжные магазины и роюсь в книгах, как это делал Карл Маркс. Проще взять Чехова и успокоиться. Или Гоголя, Достоевского, Толстого. Или взять философскую литературу, где авторы рассуждают о проблемах, которые меня волнуют, без всяких художественных вымыслов. Это мне любопытно, настраивает на нормальный человеческий лад, не дает суетиться. - А какие проблемы вас волнуют? - Самые простые: откуда мы, зачем, куда уйдем? - А стоит ли об этом думать? Говорят же, смысл жизни в самой жизни… - Одни так говорят, а другие - по-другому: если за день не подумал десять раз о смерти - напрасно прожил день. - Вы от природы склонны к пессимизму? - Нет. Просто те умные люди, которые пишут об этом, достаточно убедительны. Шопенгауэр по крайней мере. Я просто выискиваю мысли умных людей, чтобы понять, как они существовали в этот короткий период времени, чем занимались…

Фото из семейного архива: Михаил Боярский с супругой получили звездный статус еще в советское время. Фото из личного архива.

«Только то добро хорошо, которое незаметно» - Вторую зиму подряд Петербург колбасило от снега и сосулек. Из-за них уже сколько народу полегло. Михаил Трухин даже возмущенное письмо написал, а его обвинили в том, что он пиарится… - Я полагаю, что сегодня нет человека, который бы поверил в искренность другого. Начиная от Никиты Михалкова, Трухина, меня, вас и так далее. Мы уже привыкли к тому, что любой прилюдный поступок имеет какую-то предысторию. Как написано в Библии - только то добро хорошо, которое незаметно. - Что же теперь, отказываться от публичных заявлений? - Каждый решает свою судьбу самостоятельно. Я же считаю: умный в гору не пойдет, умный гору обойдет… Не знаю… Я с уважением отношусь к Трухину. Может быть, я более созерцательно настроен, а он более чувствительный человек. Мы по-разному относимся, хотя оценки, вероятно, одинаковы. Вот я на такое не способен, а многие способны: пойти и самому очистить крышу от снега. Когда я был еще школьником, помню, как собирался весь дом, с ломами, с лопатами. Было какое-то общественное понимание ситуации. И убирали постоянно. Были такие машины смешные - лапами снег сгребали. Правда, тогда машин было меньше, по тротуарам не стояли. А сейчас даже супертехника не может ничего сделать. Нужно эвакуировать сто машин, чтобы очистить тротуар от снега. Да плюс к тому же еще непредсказуема экологическая ситуация. Кто мог знать, что в Москве будет ледяной дождь. Такого слова-то я не знал. А когда поехал в «Домодедово», увидел этот ужас - деревья, падающие на проезжую часть. - Вы член общественного совета при ГУВД, как относитесь к тому, что теперь будут «господа полицейские»? - Не втягивайте меня в бессмысленный разговор! Эта тема и так муссируется по всем программам. Пока это все разговоры. Важен результат. Как только мы его ощутим - а мы его почувствуем на уровне инстинкта, - значит, все будет в порядке. А обсуждать это - все равно что обсуждать спектакль. «Давайте сделаем такой и еще такой». А потом, когда премьера выходит, оказывается, это ничего не стоит. - Я имела в виду - поможет ли переименование… - В данном случае этого никто не может сказать. И тем более я. Но поскольку тенденция к тому, чтобы это было улучшено, надо быть отчасти оптимистом и верить, что все наладится. - Скоро выйдет фильм Владимира Бортко «Петр Первый. Завещание». Вы там снялись с Лизой уже не в первый раз. Тяжело с дочерью работать? - Должен вам сказать, что у меня роль не самая значимая в этом фильме, который я просто постарался не испортить своим появлением в кадре. Но поскольку ассоциации прямые - у героини есть отец, и у Лизы есть отец, то было логично пригласить меня. К тому же я на молдаванина похож (Боярский играет князя Дмитрия Кантемира, уроженца Молдавского княжества. - Прим. ред.). И даже по старинным портретам можно представить, что он был таким. Да еще петровские парики, из-за которых, кроме носа, ничего не видно. А что касается съемок с дочкой, то мы с ней прекрасные папа и дочь, но только до работы. А там дальше она сама и я сам. - Лиза раскованна в вашем присутствии? - Абсолютно. Мы просто существовали в предлагаемых обстоятельствах. У нее своя актерская школа, свои представления. Она гораздо более продвинута в современной игре. Я более консервативен. - Она у вас совета спрашивает? - Чрезвычайно редко. Скорее я у нее спрашиваю совета. Она лучше ориентируется в современном мире. - А по каким вопросам вы с ней советуетесь? - Надо в такой-то передаче участвовать или нет. Она отвечает либо «ни в коем случае», либо «как захочешь». По поводу «Музыкального ринга» сказала: «Решай сам. И уж коли ты ввязался, то доведи до конца». - Новые предложения в кино есть? - Есть. Сценарии присылают. Но я пока не спешу давать своего согласия. У меня два параметра, по которым я соглашаюсь или нет: интересно ли это мне и нужно ли это зрителю. Если это триста серий - то ни в коем случае. «Все, о чем мечтал, сбылось» - Чем заполнена ваша жизнь? - Сейчас в основном это спектакль. Много гастролей по стране - Липецк, Воронеж, Москва, Ярославль, Иваново. Должны в Гамбург ехать. К сожалению, начинается ремонт дома. Нас залили сверху. Это займет у меня - не у Ларисы, естественно, и не у Лизы - серьезную часть времени. - Так вас все–таки коснулись коммунальные проблемы? - Нет, просто над нами делали ремонт и залили. - Как вы считаете, страна идет по правильному пути? - Абсолютно. Это то, о чем я мечтал. Пиши что хочешь, играй любую пьесу, езжай в любую страну, общайся с кем хочешь - это огромный плюс. Но за этим и негатива много. Компромиссы должны быть. Что-то теряешь, что-то находишь. Наверное, есть масса недостатков, но я не представляю себе идеального общества. Человечество так не может развиваться. Просто все не очень помнят, что было. - А вы хорошо помните? - Разумеется. Длинные волосы стригли, за границу выехать - нужно было километровые очереди отстоять, да еще не пускали. Ни одеться, ни купить ничего. Заставляли ходить на демонстрации. Нести портреты... как их назвать правильно… - Вождей. - Вождей, да. Было много минусов. Но мы были молоды, и это покрывало все. Молодость чудесна, безмятежна, безответственна, авантюрна, состояла из любви, надежд. Самые счастливые годы, когда ни копейки в кармане, зато кругом одни друзья. Рубль в кармане - и ты миллионер. И даже в колхозе, куда нас отправляли на картошку, было прекрасно. - Михаил Сергеевич, вы тоже уже пенсионер, извините за откровенность. Но вы востребованны, вы работаете. А есть пенсионеры, которые на пять тысяч в месяц живут… - Это очень плохо, конечно. Но я никогда не рассчитывал ни на кого, кроме себя. Если бы я жил на пенсию, все равно бы не пошел с плакатом. Я бы нашел способ заработать. Для себя мне и пяти тысяч хватит. А может, и трех. Но, поскольку я должен обеспечивать семью, у меня есть голова на плечах, руки, ноги, я смогу заработать. - А мечта какая-нибудь у вас есть? Цель? - В общем-то нет. Все, что я задумал, сбылось. У меня есть семья, которая - тьфу-тьфу-тьфу - развивается. И это самое главное. Нельзя гневить Бога. Все, что можно, он мне дал - и прекрасные роли, и чудесных партнеров, и великолепную семью. А такой мечты, чтобы купить билет на Марс, у меня нет. - С внучками часто удается общаться? - По мере возможности. - А что вы с ними делаете? - Они со мной делают! А я играю роль мудрого старого деда, доброго, хотя строгого. Не могу сказать, что тот дед, который завоевывает любовь внучек. Я скорей похож на морского волка, такой строгий. Я люблю делать им подарки, слежу за их ростом. Предлагаю родителям варианты сводить их куда-то. Но все-таки считаю, что в воспитании приоритет за родителями, а не за дедушкой с бабушкой. Хотя Лариса в них души не чает. Постоянно приглашает их домой. Они приходят не одни, а с подругами. Снимают клипы, творят что хотят. - А вы бы хотели, чтобы и у Лизы поскорее были дети? - А куда они денутся? Но это решать им, а не мне. Это зависит от их работы, от положения в жизни, от перспектив, от бытовых условий. Я не суюсь в их жизнь.

Елизавета Боярская пошла по стопам родителей и стала актрисой.

Блиц со звездой - Что главное в жизни? - По большому счету, конечно, семья. Дети, внуки, их рождение, становление. Так что во всех отношениях я пальму первенства отдаю семье. А иначе зачем я тогда жил? - Что вас может огорчить? - Да теперь практически уже ничего. Я воспринимаю неизбежное как должное. - А что раздражает? - Быт в основном. Пробки. Но как только ты от быта отключаешься - становишься нормальным человеком. - Вы себя считаете хорошим отцом? - Оценки пусть дают мои дети. Но я не могу назвать себя идеальным папой. Мешает малое количество времени для общения. Я дочку редко вижу: то она в Австралии, то в Германии, то в Италии, то в Испании, то в Москве… - Какие события в жизни считаете самыми лучшими? - Кроме воспоминаний об отце и матери, таких нет. Что касается творчества, был взлет в Театре Ленсовета, кульминация творческой жизни - когда был Игорь Владимиров, театр был на взлете, в него стремились лучшие актеры страны, были прекрасные спектакли, кино было на второстепенном месте, а театр - на первом… Из бытовых - встреча с Полом Маккартни была любопытной. Я не верил, что такое возможно. Но, к счастью, страна изменилась. Она стала такой, какой я хотел. Это грандиозно, конечно. - В метро когда в последний раз спускались? - Давненько. Я избегаю общественных мест. Поклонники-то - достаточно вежливые люди. Но бывают люди не очень воспитанные. Воспитанный человек к тебе не подойдет и не предложит выпить. - Боитесь терактов? - Каждый нормальный человек боится. Никто не застрахован от того, что этого не случится с ним. Наверное, «гражданское общество», которое сейчас часто упоминается, должно быть максимально сплоченным во всех отношениях. - Что вы не прощаете людям? - Все прощаю. Потому что сам не без греха. А прощать будет Бог. Единственное, чего не прощу никогда, если кто-то обидит моих близких. Войны «Алой и Белой розы» не будет, но упаси бог, если обидят моих детей или внуков. - Вы сказали, что равнодушны к еде. Но есть какое-то любимое блюдо? - Сосиски! Отварные! Жареные долго готовить. А я люблю есть быстро. Сам процесс еды для меня мучителен. Если в ресторане - надо за столом сидеть, ждать, пока принесут… Дома я уже успел поесть. Терять время не люблю. Завидую гурманам - я не такой.