Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-3°
В мире4 апреля 2011 11:38

Спецкоры «КП» передают с линии фронта: ливийские повстанцы опять потеряли Брегу

Александр Коц и Дмитрий Стешин отправились в восточную часть страны: за месяц здесь многое изменилось

ТАКСИСТЫ-ГРАБИТЕЛИ

Ровно месяц назад первая группа журналистов «КП» пересекла египетско-ливийскую границу. С тех пор много что поменялось в восставшей части некогда единой страны. Нам было что сравнивать. Самодеятельные пограничники с ливийского поста теперь, мучительно потея, списывают латинские буквы из наших паспортов в свой толстенный гроссбух. А «демократические» цены на такси, исчезли вместе с толпами «демократических» журналистов — драйверов разбаловали и развратили. Власти в восточной Ливии по сути нет, жаловаться некому, поэтому ты можешь либо посылать жуликов далеко, либо быть ограбленным под видом «предоставления транспортных услуг». Нас спасала профессиональная наглость, относительно скромный бюджет, который мы берегли, и сохранившийся на Ближнем Востоке имидж русских — отмороженных повелителей и создателей грозного оружия. Как только демонстрируешь арабам готовность к драке, и следом, сознательно идешь на обострение ситуации — местные сразу скисают. Особенности менталитета, в котором и кроется одна из тайн этой затягивающейся войны. Если одна сторона собирается с силами и начинает давить, противник бежит в панике. И наоборот. Что мы и видели своими глазами и во всей красоте, на так называемой «фронт-лайн».

Заметили, что с 400-километровой трассы Тобрук-Бенгази, исчезли многие десятки самодеятельных «повстанческих» постов: толстый корабельный канат лежащий поперек шикарного асфальта, рядом — пяток юнцов с разнокалиберным оружием, пожарными топорами и тесаками. Местные водилы жаловались нам, что на этих постах из них вытряхивали всю душу и последние динары, и в поисках у нас сочувствия, обязательно добавляли бессмертное: «А вот при Каддафи такого не было!». Теперь, жадную революционную молодежь угнали на фронт, на Запад от Бенгази, а кто не захотел проливать кровь за «дело революции», попрятался по домам.

БЕСХОЗНЫЕ АРСЕНАЛЫ

Дорога на Запад от Бенгази напоминала сражение на Курской дуге неделю спустя. Сотни сожженных «гражданских» машин и джипов, расплавленный асфальт, куски ржавого железа. Сгоревшая позиция «Градов» с одной стороны шоссе — в пусковых устройствах, их еще называют «пакетами», остались десятки бесхозных теперь ракет. С другой стороны шоссе — сожженные машины управления огнем, какие-то тягачи — на них силы Каддафи везли по шоссе танки, чтобы не тратить моторесурс двигателей. Среди этой апокалиптической картины — ни одного средства ПВО, даже банальной «Шилки». Похоже, французские летчики здесь резвились, как на полигоне, со вкусом и без страха, поражая цели. Пахнет мерзкой сладостью, и через минуту, салон нашей машины уже набит трупными мухами… Проезжаем Адждабию — городок вымер, возле трассы работает один магазинчик из сотни. Улицы пусты. Нам показывают придорожную мечеть с попаданиями из гранатометов. Дыра в бетоне обклеена однотипными листовками на английском языке: «Преступление Каддафи!». Понятно, на кого это рассчитано, английский в этой пустыне, в лучшем случае, знает лишь каждый сотый абориген.

Проскакиваем дорожную развязку, и выруливаем на Брегу. Водитель наш вдруг мрачнеет. Охотно останавливается возле груд ржавого и горелого железа. Здесь бомбили тылы наступающей армии Каддафи. Обочина завалена горелыми и вздутыми цинками из под автоматных патронов, лентами от крупнокалиберных пулеметом и сотнями целеньких снарядов калибра 125 мм. Трогать их страшно — саперы называют такие боеприпасы, пережившими сильный толчок или удар, «стуканутыми». Их уничтожают подрывом на месте с помощью накладного заряда. Здесь это никого не волнует — редкие бедуины, останавливаются, и катают серо-стальные снарядные тушки ногами. Коллега замечает: «В Чечне бы это добро давно растащили на самодельные фугасы…и здесь растащат, если война перейдет в «дорожно-минную» фазу».

РАЗВЕДКА БОЕМ

Стрелка спидометра старенького «Хендэ», жалобно трясясь, упирается в цифру 180. Наш водитель Тафик напевает что-то унылое себе под нос, а впереди, за очередным песчаным холмом в 30-ти километрах от Бреги поднимается густой черный дым.

— Очередную помойку подпалили, — переглянулись мы. — Или покрышки.

В самом начале войны революционеры прибегали к таким хитростям, когда необходимо было создать для телевизионщиков суровый антураж не очень серьезной на тот момент войны. Однако преодолев подъем и едва не уйдя на скорости на взлет, орем Тафику: «Стоп! Стоп!»

С одной стороны дороги объятый пламенем «погибал» джип «Лэнд Крузер» «сотой» модели, не очень, к слову, распространенный здесь автомобиль. С другой, размахивая оружием, бегают люди, знаками давая нам понять, что надо срочно съехать на обочину. Пока в горящем джипе не рванул бензобак.

— Гаддафи! Гаддафи! — пояснили нам принадлежность транспортного средства к стану противника.

Но как оно здесь оказалось, в тылу у повстанцев и в десятках километров от линии фронта. И где она, кстати, сейчас.

— В 25-ти километрах к западу от Бреги, — заверяет нас один из бойцов Ислам Мухаммад.

— И как сюда попали эти, — киваем на джип, в котором глухим хлопком взорвался бак.

— Это разведчики Каддафи, — поправляет нелепо сидящую каску на голове Ислам. — Они заехали со стороны пустыни полчаса назад, объехав все наши позиции. И выскочили прямо на наш пост. Всего было пять джипов. Мои братья остановили один для проверки документов.

Вместо паспортов из окон показались стволы, двоих повстанцев ранило сразу. Ислам и его двоюродный брат Фараж Муфта Альхас, стоявшие позади машины, не думая разрядили по рожку из «Калашниковых». В суете перестрелки четыре джипа разведки правительственных войск скрылись в пустыне — в условиях песчаной бури преследовать их было бессмысленно. Раненых повстанцев и пятерых убитых «каддафистов» увезли в госпиталь Адждабии, а «крузак» подожгли — как символ всего самого ненавистного.

БЕГСТВО С «ПЕРЕДКА»

Садимся в машину и двигаемся дальше. Если верить повстанцам, то до линии фронта еще более 50-ти километров. Однако, как и месяц назад между различными подразделениями революционеров практически отсутствует вменяемая связь. Не говоря уже о каком-либо взаимодействии. В «передок» мы упираемся буквально через 20 километров, так и не доехав до Бреги. Разношерстное войско на пикапах и грузовичках застыло в нерешительности, запарковавшись вдоль дороги.

— Что тут интересного происходит, — подходим к коллегам иностранцам.

— Иногда пролетают самолеты, — португальская журналистка Сабрина Питерс явно скучает. — Вон там, справа, запускают реактивные снаряды в сторону Бреги. Слева — тоже.

А это уже что-то новенькое. Если сравнивать с тактикой месячной давности, то по части военной науки повстанцы намного продвинулись. У них даже появились фланги. Горький опыт второго наступления на Рас-Лануф дал понять революционерам, что воюют не только на трассах общего пользования, но и в пустыне. Войска Каддафи неделю назад ловко заманили оппозиционеров в «мешок», обойдя с флангов. И вдарили так, что повстанцы откатились прямо к Бреге. Кто сейчас контролирует этот город понять сложно.

— В данный момент бои идут прямо в городе, — поведал нам представитель оппозиции в кожаной ковбойской шляпе Салем Аль-Маккади. — Он фактически сейчас разрезан надвое — на старый и новый город. Войска Каддафи жмут, только что пришло сообщение, что они взяли здание университета, где у нас располагался штаб.

— Сложно вам будет без американцев? — спрашиваем Салема.

— Справимся, — заверяет он. — Саркози нам поможет. Да и своих сил должно хватит. Опыта у нас правда маловато.

Однако то, что за месяц опыта повстанцы поднабрались? — очевидно. Они перестали беспорядочно палить в воздух, начали чистить оружие и перестали бросать в бой не обученных юнцов с мачете и топорами. Их заворачивают на специальном «фейс-контроле», через который подразделения оппозиции уезжают в город.

И даже к пусковым установкам реактивных снарядов, что расположились на флангах, не пускают журналистов. Стреляют теперь не для картинки. Однако очевидно, что силы на земле неравны. По оценкам американской разведки, против 20 тысяч солдат Каддафи оппозиция может выставить лишь тысячу хорошо обученных вояк.

Откатившись от Бреги, повстанческое войско встало неряшливым лагерем на двух огромных барханах. Группа повстанцев заводит себя чем-то похожим на чеченский зикр — хлопают и приплясывают, вызывают «духов войны». Еще ближе, к невидимой линии противостояния — молятся, время намаза. Молятся и возле джипов-тачанок, сожженных «дружественным огнем» западной авиации. В кучку, вместо памятника, сложены обгорелые обычные каски и одна титановая «сфера». Где ее взяли повстанцы? Вдруг по толпе вооруженных людей проходит какой-то шорох. Наш водитель настораживается. Оглядываемся назад — кучка западных журналистов в панике грузится в микроавтобус. Водитель, на ломанном английском, объясняет нам: «Говорят, Каддафи, занявший Брегу, развернул артиллерию в нашу сторону!». Бред какой-то… А куда она была до этого развернута? В сторону Вашингтона? Или Парижа?

Не теряя бравости, и не забывая улыбаться в камеру и показывать нам пальцы рогулькой, повстанцы карабкаются на джипы и мчатся с линии фронта прочь. Мы, ошеломленные, остаемся в гордом одиночестве, один на один с артиллерией «кровавого полковника». В голове крутится мысль — «пустыня большая, так здесь можно воевать до Страшного суда». Но скорее всего, все закончится быстрее. В Адждабии для всех прозвенел первый звонок. На обычной бензозаправке скопилась очередь из сотни машин, бензин набирали чуть ли не в полиэтиленовые пакеты. Очередь регулировали люди с автоматами, в свою пользу, разумеется. Точнее? в интересах революции. А интересы революции наступление Каддафи подорвало сильно. Нефтеналивные терминалы Бреги дали бы востоку Ливии экономическую независимость. Теперь у повстанцев осталась лишь политическая независимость, а в бак ее не нальешь и в тарелку не положишь.

Смотрите фоторепортаж:

Спецкоры «КП» побывали на лини фронта в Ливии