Телега скорой медицинской помощи

За неимением другого транспорта работать каретой «Скорой помощи» иногда приходится ему. Так как же мы дошли до жизни такой?

«БЕЗ НАЧАЛЬСТВА НЕЛЬЗЯ С ВАМИ БЕСЕДОВАТЬ…»

…Конь гнедой масти со спутанными передними ногами с хрустом пожирает молодую травку у Понинской больницы.

- Это, что ли, Орлик? - спрашивает у греющихся на лавочке пациентов пришедшая подлечиться бабушка.- Дай бог ему здоровья. А то зимой привозил он меня, а я, слепая-то, уж и не поняла…

- И часто Орлик как «Скорая» работает? - спрашиваю у первого попавшегося человека в белом халате.

- Раза два в неделю выезжает… Ой, - вдруг пугается лекарь. - Нам ведь без начальства нельзя говорить про это..

«ОРЛИК ФОРУ ЛЮБОМУ ВЕЗДЕХОДУ ДАСТ!»

- Ваши коллеги все наврали! - дружно вспомнили прежние публикации об Орлике замглавы района Василий Наговицын и начальник сектора глазовского здравоохранения Надежда Ильина. - Орлик давно при Понинской больнице был. И никакая он не «Скорая помощь»! Он там при хозяйстве уж лет 15 за продуктами для больницы ездит.

- И за больными?

- Ну, бывает, - соглашаются они. - Больница 19 деревень обслуживает. А фельдшеры и врачи все на своих ногах по вызовам передвигаются. Если Орлик свободен, почему бы не съездить на нем в дальнее село? Только не надо писать, что он - скорая помощь! Он и когда «уазик» на ходу был так же работал. Орлик ведь по проходимости любому вездеходу фору даст!

- Поймите, - просит Надежда Ильина. - У нас договор заключен с Глазовской больницей. Там есть машины. Если что вдруг серьезное, из района «уазики» выезжают. С местными жителями, у которых авто имеется, договора также есть. Так что заболевшим не надо уповать на одного Орлика.

Я пытаюсь подсчитать время, которое пройдет от выезда райцентровской «Скорой» до ее возвращения в Глазов. Туда и обратно по ухабам минут 50 получается… Свой «уазик», которого нет, отвез бы серьезно захворавшего в райцентр раза в два быстрее…

- Но как же так получилось, что больница без «Скорой» осталась? - не понимаю я, уже приготовившись выслушать знакомую историю глубинки про дыры в бюджете, через которые гуляют сквозняки. Как оказалось, рано…

ВИНОВАТ ЗАВОД?

- Опять напишете, что чиновники недоглядели, - досадует Василий Васильевич, курирующий в районе в том числе дела медицинские. После чего следует рассказ. Что понинскому «уазику» по причине престарелого возраста (он 1998 года выпуска) скоро кирдык, в районе знали. И заблаговременно извещали об этом вышестоящие власти. Которые были чутки к чаяниям народа и еще в прошлом году выделили на закупку новой «Скорой» денежку…

- Так где же машина-то?

В ответ мне приносят официальную бумагу с завода. Так, мол, и так, «уазики» не соответствуют стандарту Евро-4, и поэтому Ульяновский автозавод снял с производства модели типа «буханка». Сколько деревенской экологии мог попортить «уазик» со старым движком, особенно на фоне чадящих в полях тракторов, в документе не объяснялось.

- А если УАЗ не решит свои проблемы, так и будете без машины?

- Вы не поняли, - терпеливо объясняет Наговицын. - Нам же простая вездеходная «санитарка» нужна, чтобы бабушек можно было в больницу доставить. А такие только УАЗ делает. Делал… Так что будем ждать. Или будем другой вариант рассматривать. Но «Газели» дороже, да и развалятся они здесь…

Напоследок я рассказываю им о своем визите в Понинскую больницу и страшную врачебную тайну, которую медперсонал так опасается доверить заезжему журналисту.

- Да? - удивился Наговицын. - Я такого приказа не отдавал!

- И я тоже! - открестилась от несвободы слова Надежда Ильина. И Наговицын позвонил при мне в больницу.

РАСХОДЫ НА ЛОШАДЬ - 323 РУБЛЯ В ГОД

- Да нет никакой тайны! - встречает меня заведующая Понинской участковой больницей Татьяна Черенёва. И с ходу удивляется:

- Неужели во всей России больше нет больниц, где есть лошадки? Ну надо же… Как же они без них, бедные… В других больницах вон на себе еду таскают, а нам Орлик помогает. Это, может, у вас в Москве лошадь - экзотика, а здесь это самое надежное транспортное средство.

Сгнивший «уазик» больницы теперь только за смертью посылать... Пока ему не нашли замену, роль «Скорой» иногда исполняет Орлик со своим верным «водителем» Лехой.

Мы сидим в ее кабинете, который раньше был операционной. В 90-х операционная, как и вся больница, стала предметом оптимизации. В итоге остались лишь амбулатория и терапевтическое отделение.

Примерно в те же 90-е годы жертвой этой самой оптимизации едва не стал и любимец больницы Орлик. И быть бы коню колбасой, если бы медперсонал за него не заступился, доказав реформаторам, что единственная бюджетная трата на него - вода. Согласно документам в год он выпивает ее на 323 рубля! По-любому выгоднее любого «уазика» получается. Да и претензий по выбросам в атмосферу никто не предъявляет…

- Все остальное Орлик добывает сам, - показывает заведующая больницей на коня, жующего свежую траву за окном. - Ну и мы ему помогаем, всем персоналом сено для него косим. Плюс пищевые отходы, остающиеся от питания больных.

Присоединившаяся к разговору врач Светлана Богданова вспоминает, что лошадь при больнице была всегда. Но все же с какой-то тоской рассказывает о лучших в истории сельской здравницы годах, которые пришлись на 70-е. Тогда при эскулапах постоянно находилось аж 4 машины. Правда, и народу в тех 19 деревнях тогда было немало - до 5 тысяч человек. Сегодня - почти вдвое меньше… Вымирает деревня, а чиновники и понять не могут отчего...

- В общем, справляемся, - подытоживают медики. - Машину нам рано или поздно дадут, а вот без лошадки худо будет… Да и конюха Алексея жалко - без Орлика сократят его ставку..

- Большая ставка?

- 3 тысячи 900…

БАБУШКИ ТРЕБУЮТ ОРЛИКА

- Пенсионер он уже, семнадцатый год пошел… - Конюх Лешка бережно выдергивает из гривы Орлика репьи, которые он где-то успел подцепить. - Но ни разу никого не укусил, не лягнул. За больными-то? Ну а чего не съездить, коли просят. Тут прошлой зимой такие сугробы были, ни один «уазик» не прошел бы. Да и бабки сами просят: в санях-то на Орлике, говорят, помягче. Легли в сено, тулупом накрылись - и вперед.

- Вишь, как получилось, - вступает в разговор Алексей Николаевич, дворник-завхоз больницы. - Вместе с «уазиком» Орлик работал, но железо не выдержало первым.

Он просит меня, чтобы я не делал из Лехи-конюха героя.

- До тебя писали уж и по телевизору показывали, - поясняет он. - Потом задразнила парня алкашня местная. Работает себе парень, никогда не отказывает в помощи… А слава на деревне только во вред. Тут же по-другому живут. И никто ни на что не жалуется. Здесь так привыкли, понимаешь?.. Другой жизни тут и не видели.

ЗДЕСЬ ДЕНЕГ НЕ БЕРУТ

Главу МО «Понинское» Евгения Максимова застаю за колонками цифр. Те упорно не желают сходиться. Смотрю на них, и вопрос отпадает сам собой.

- На очистку дорог всех сел полагалось 30 тысяч рублей! - поясняет он. - А мы потратили 84. Эти же деньги тоже откуда-то брать надо. Вот такой кавардак получается. Но больница у нас хорошая. По секрету скажу: сам я в Глазове живу, но если что - лечусь в Понинской больнице. Она хоть и обшарпанная с виду, зато медсестры и врачи куда чутче. И, конечно же, такого нет, чтобы сунуть полтинник в карман лекаря.

…У понинской закусочной (50 граммов любого из 12 наличествующих в ассортименте портвейнов - 4 рубля 95 копеек) встретил Сережу. С ним я познакомился днем ранее в Глазове. Неподалеку от центрального храма города он читал вирши Есенина, принимая денежное вознаграждение от прихожан. «Меня все дурачком считают, а я обыкновенный бич - бывший интеллигентный человек!» - с только ему понятной гордостью представился тогда Сережа.

- А вот дай пятачок! - приветствует он меня в Понине и вскоре выходит из закусочной со стаканчиком портвешка. Говорит, что, как и Есенин, жить не может без природы, а потому и приехал погулять по селу. Узнав цель моего визита, с радостью продолжает тему.

- Я к одной врачихе как-то пристал, - вспоминает он. - Говорю, старая у вас лошадь-то, покупайте новую, только кобылу. И чтоб назвали ее Россией.

- Зачем это?

- А чтобы сесть на нее вот так, кнутом щелкнуть и: «Н-н-но! Пошла, Россия!»

Речь Сережи прозвучала как тост, и логичное приложение к нему последовало незамедлительно: вино хлопком провалилось в его глотке.

- Пошла, Россия! Пошла, милая! - еще раз повторил он и загарцевал на месте, изображая наездника.

Дурачок, что с него взять…

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Михаил КОНЕВСКИЙ, врач «Скорой помощи», постоянный эксперт «КП»:

«Стройте дороги! И чистите их вовремя»

- Грустная история, рассказанная в России XXI века, в год 50-летия полета Гагарина в космос...

Не надо здесь винить министра здравоохранения России, не она же в конце концов должна привезти этот «уазик» из Москвы. Это дело исключительно на совести местных властей.

Хорошо, УАЗ остановил конвейер. Но ведь другие заводы есть. «Газели» развалятся или утонут на этих дорогах, говорите? Вот вам и корень зла: тогда пусть делают дороги! И найдут деньги на их расчистку зимой! И никто не будет там разваливаться.

Не дай бог, какая-нибудь эпидемия в этих краях случится, первый, кто полетит, - руководство района. Накажут за бездействие. У них не будут спрашивать: работает Ульяновский завод или нет...

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

МВД Удмуртии покупает Land Cruiser 200

На сайте госзакупок появилось сообщение о покупке милицией Удмуртии навороченного джипа - «Тойоты Ленд Крузера 200». Максимальная цена, которую республиканский бюджет готов был потратить на это чудо заграничной техники, - 3 миллиона 33 тысячи рублей. Требования типичны для закупок авто такого уровня: кожаный салон, обогрев сидений, мощная акустика с 14 динамиками и прочие радости жизни. Как пояснили журналистам в МВД Удмуртии, авто им нужно для сопровождения высокопоставленных визитеров. Ждать, когда наш автопром наладит выпуск машин такого же класса, но подешевле, в республике не стали…