Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+19°
Boom metrics
Общество27 июля 2011 15:38

Как заставить людей вцепиться друг другу в глотки?

Наш собкор в Стокгольме рассуждает о возможности общеевропейской гражданской войны и главном постулате норвежского террориста Брейвика: «Чем хуже для мусульман и православных - тем лучше для революции»

Немного статистики. В Норвегии 11 % населения — иммигранты иностранного происхождения. В прошлом году предоставить убежище попросили 16455 человек, 5331 беженец вид на жительство получил. Большинство иммигрантов — из Эритреи, Сомали и Афганистана. Мусульмане. Гражданство в 2010 году предоставили 11 192 соискателям. 47 % из них приехало по воссоединению с членами семьи, поселившимися в северном королевстве, 39% - как беженцы. Из Сомали, Ирака, Афганистана.

Сейчас в стране собираются выстроить самую северную мечеть в мире — в городе Тромсе, который располагается в 350 км. за Полярным кругом. Когда я 5 лет назад спросила там дорогу к порту, то думала, что надо мною издеваются: «Дойдешь до Амундсена, свернешь, потом — мимо Арктического собора — и там уж рядом, до Амундсена. Примерно так звучали наставления, и оказались они абсолютно правильными, поскольку в Тромсе то памятник, то бюст, то название — все напоминает об этом полярном исследователе.

А главная достопримечательность города — это восхитительное айсбергоподобное сорокаметровое здание храма Арктики, перед которым «пасует» и изящный старый Кафедральный собор — скромная деревянная церковь, которая не может гордиться большим количеством прихожан.

Новую несравненную доминанту решили подарить заполярному городишке мусульмане. Норвегия обсуждает грандиозный проект строительства в Тромсе гигантской сияющей мечети, миллионы на постройку которой выразил желание дать саудовский шейх. Заминка случилась лишь из-за того, что таким планам вдруг изумился советник норвежского МИДа, заявив, что если в Саудовской Аравиии преследуются все религии, кроме ислама, то как же можно брать оттуда деньги.

Можно сказать и больше: один сомалийский ребенок-беженец, например, в первый год нахождения в стране обходится государству примерно в 5 тысяч евро в месяц. Сначала я не поверила, но мне посчитали: жилье, одежда, питание, обучение, переводчики, транспорт, медицина... Но против такой «ассимиляции» никто не выступает. «На кухнях» обсуждают другое. Например, мой знакомый учитель еще года три назад вполголоса говорил мне, что «тряпочки на лице» мешают учебному процессу. Он не видит учениц, к тому же они безбожно списывают, пряча под национальными одеждами шпаргалки.

Другой мой приятель, экономист из Осло, жаловался на то, государство вынуждено оплачивать иммигрантам поездки на родину, что влетает в копеечку.

А меня от души повеселили тогда заголовки в норвежских газетах: «Не годится полицейским носить в хиджабе» и «Работники суда обязаны воздерживаться от прихода на работу в тюрбанах и чадрах».

Все это я рассказываю для того, чтобы подчеркнуть: да, мусульман в северном королевстве много, они сохраняют и свою религию, и традиции. На них уходят огромные средства. Их традиции и правила поведения часто идут вразрез с общепринятыми в Скандинавии.

Норвегия долго оставалась моноэтнической. Люди привыкли жить тяжелым трудом в своей суровой северной стране, философия протестантизма требовала от них терпения, экономности, скромности. Патриотизм и до сих пор здесь очень силен — ведь королевство довольно поздно получило независимость, оставаясь то под властью Дании, то в составе Швеции. В национальный день вся страна во флагах и знаменах, ликование поразительно искренне.

Однако сегодня традиционные ценности «размываются». И не только из-за притока иностранцев. Нефтедоллары сыграли с Норвегией злую шутку: свалившееся богатство изменило образ жизни, психологию, характеры коренных жтелей. Я останавливалась в доме рыбака, который продает килограмма три-четыре рыбы в месяц и прекрасно живет на доходы с нефтяных акций. У него три сына, ни один не пошел в получать высшее образование. «Зачем мучить парней? Хватит того, что мы сами пахали смолоду.

Пусть веселятся, у них у каждого по моторке, а зимой - охота», - заявил мне добрый папаша. Не случайно еще при «христианском» правительстве Бундевика в середине 90-х годов власти озаботились положением в стране, вынужденной приглашать на работу специалистов — врачей, электронщиков, инженеров-строителей — из соседней Швеции, «сманивая» их большими зарплатами. Тогда был выпущен программный документ именно о том, как опасно для страны терять свои ценности. «Нефть кончится, - писали авторы, - а мы останемся «на мели». Пора снова браться за ум и возвращаться к работе до седьмого пота!».

Уровень жизни в Норвегии и поныне остается очень высоким. Нельзя сказать, что беженцы рубят бюджет страны под корень. Недовольство иммигрантами вызвано скорее «эффектом коммунальной квартиры». Всех раздражают чужие соседи на общей кухне: громкоговорящие, тянущие по утрам свои молитвы, наполняющие подъезд не всегда приятными ароматами национальных блюд. Или — невоспитанные, плюющие на правила общежития, не понимающие, почему нельзя испражняться в лифтах.

Первыми, как правило, не выдерживают нервные и не слишком благополучные жильцы. Они ругаются и строчат жалобы в жилконтору. Потом к ним присоединяется «тяжелая артиллерия» состоятельных, уравновешенных, хорошо образованных и политически-зрелых людей — и тогда начинаются суды, выселения, усовершенствования правил и даже законов.

Однако никто не идет убивать, ибо это означает конец тех же традиционных устоев.

Это идет против главных принципов, на которых зиждется северное общество, за которые оно веками боролось.

Проблемы, устремления другие: сделать так, чтобы власти быстрее и эффективнее реагировали на мнение народа, чтобы вносились изменения в законодательство, чтобы проводились референдумы и по их итогам принимались решения.

Монстр-террорист не расколол норвежское общество. Оно дружно ненавидит Брейвика. Он только усложнил задачу тем, кто пытается справиться с бедами и «неудобствами» цивилизованными методами.

Правая партия Прогресса не пошла сотрудничать с «белым волком», что весьма ущемило несколько лет назад его самолюбие. Адекватные люди понимают: одно дело — слова, другое — кровь. Да, на ряде легальных сайтов давно говорилось о том, что «христианство и секуляризированная Европа находятся на грани уничтожения», что «нужно применять более действенные методы спасения». Но фанатиков, готовых идти по колено в крови к «заветной цели» пока не находилось.

Норвежец Брейвик открыл новую страницу в истории терроризма. Сейчас специалисты подчеркивают, что название этому явлению — не национализм, и даже не нацизм. Это нечто, пошедшее куда дальше. Сторонники Брейвика — не «бритоголовые» в сапогах и с фашистскими символами. Это - правые экстремисты поколения Интернета. Их предшественники ненавидели «неполноценные» нации, призывали к тотальному уничтожению то цыган, то евреев, то темнокожих. Для сегодняшних «анти-джихадистов» цвет кожи не имеет значения, их враг — это чуждые идеи ислама и политкорректные «предатели во власти», которые позволяют мусульманам захватить Европу и превратить ее в «ЕвроАравию».

Задачей Брейвика было отнюдь не «разово выплеснуть наболевшее». Его «plan B» - продуманная иезуитски четко разработанная программа. Цель — максимально радикализировать и правых, и исламистов, и все общество в целом, дабы недовольство разрешилось огнем общеевропейской гражданской войны. Он давно уже предсказывает грандиозное сражение между «истинной Европой» и Европой мультикультурной и исламизированной. Разумеется, в результате этого сам «белый волк» просто обречен вознестись на вершину славы как «первый освободитель».

Брейвик не сомневается, что глобальная битва - лишь вопрос времени, и сегодняшняя его миссия — до предела разжигать недовольство «с обеих сторон», используя тактику джихада. Себя он представляет судьей Европы, ее палачом и защитником в одном лице. Первая его акция направлена и на то, чтобы распространить по всему миру свою программу — Манифест на 1500 страницах. Он объясняет, что, несмотря на продажу собственности и банкротство двух своих предприятий, ему недоставало средств на издание книги большими тиражами на разных языках. Теперь же ее вдумчиво читает все человечество, а в сети параноидальные ненавистники ислама уже создали мощный идеологический фундамент.

Брейвик поступает как все фанатики, собираясь использовать моральную власть, которую получил благодаря привлеченному вниманию, для того, чтобы заразить Европу своими идеями, внушить всем свои больные фантазии. Фантазии эти весьма соблазнительны для некрепких умов, поскольку «хорошими» в них представляются милые сердцу простого обывателя культурно-консервативные этнические европейцы, а злыми врагами — альянс политкорректных «культурных марксистов» и мусульман. Создается впечатление, что это — весь выбор, что других вариантов нет.

Норвежцы говорят о том, что полиция безопасности просто проглядела вызревание страшного нарыва. Защитники общества, правоохранительные органы — практически единственые настоящие виновники произошедшего, ведь остановить подобных существ можно лишь вывернув им руки и надев смирительную рубашку. Шеф полиции безопасности в интервью «Верденс Ганг» заявил, что его коллеги знали обо всех интернет-выступлениях Брейвика, но не считали нужным до поры-до времени предпринимать экстренные меры.

Некоторые аналитики полагают, что опасность совершения серьезных терактов в Европе и на всей планете возросла. Параллельно с консолидацией интернациональных антитеррористических сил предстоит принять дополнительные меры безопасности, дабы уберечь от атак наиболее уязвимые объекты, взрывы которых несут гибель тысячам людей.