Звезды19 августа 2011 12:59

Евгений Евтушенко: «Стихи могут всё!»

В Риге побывал известный русский поэт

Стоя на подножке поезда Санкт-Петербург-Рига, Евтушенко, в своей фирменной пестрой рубашке и таком же берете, как с трибуны, обратился к встречающим:

- Люди, кто тут не сердечник? Помогите выгрузить книги! Они очень тяжелые.

Границы - шрамы от войны

Поэт привез с собой целый чемодан собственных сочинений. Из Риги он отправлялся в Москву, где четыре дня подряд в книжных магазинах собирался презентовать свой новый сборник «Можно все еще спасти», раздавать автографы сотням поклонников и, конечно, читать стихи.

- Это сказки все, что люди не интересуются поэзией. Я был в 96 странах, и везде меня встречали отлично. В прошлом году я выступал перед 42-тысячной аудиторией! У нас просто нет поэтов. А точнее, нет поэтов национального масштаба.

Впрочем Евгению Александровичу, прибывшему в Ригу на авторский концерт Раймонда Паулса, который написал песни на его стихи, сначала было не до поэзии.

- У меня жену ночью сняли с поезда. Да еще где! На станции с ужасающим названием - Пыталово. Границы - это шрамы, оставшиеся от последней войны, - говорил он.

Пока недоразумение выяснялось, Мария Владимировна успокаивала мужа по телефону, уверяя, что еще успеет на концерт - послушать песни Раймонда Паулса на стихи Евгения Александровича, ради чего супруги и ехали в Ригу. И действительно - успела!

- Люблю женщин! Это более высокая порода людей, - говорит Евтушенко. - Они мужчину любят и как матери, и как бабушки. Мужчины не умеют так отдавать себя любви.

- Я еще не налюбился, женщин всех я не добился! - декламирует Евгений Александрович, и лицо оживляется, глаза загораются...

«Нет лет!»

Вечер песен Паулса на стихи Евтушенко в программе международного конкурса «Новая волна» в Юрмале был адресован ценителям песен, а не текстов, мелодий, а не ритмов.

Раймонд Паулс, задумывая этот вечер, обратился к Евгению Александровичу:

- У тебя есть стихи? Надоело писать песни на тексты!

- Я прислал ему несколько. И он невероятно быстро написал сразу песен десять, потом еще несколько, - рассказывает Евгений Александрович. Сам он теплым летним вечером со сцены концертного зала «Дзинтари» прочитал стихотворение «Нет лет!»:

Копни любого старика - и в нём найдёшь озорника, а женщины немолодые - всё это девочки седые.

19 июля Примадонна Пугачева, поздравляя Евтушенко с днем рождения, которое он уже 17-й год подряд отмечал на сцене Политехнического музея в Москве, произнесла загадочную фразу:

- К сожалению, Евтушенко сегодня не формат. К счастью, он сегодня не формат.

Он может себе это позволить - быть таким, какой он есть. Так было всегда.

Еще совсем юного Евтушенко исключили из Литературного института за поддержку романа В. Дудинцева «Не хлебом единым». В 1968 году он написал стихотворение «Танки идут на Прагу» и обратился с письмом протеста к властям.

- В моих стихах не было ничего антипатриотического. Я никогда не был антисоветчиком. Правда ведь всегда патриотична.

Нас сильно гнобили, и я пришел пригласить Михаила Шолохова послушать наши стихи: «Вам понравится!» Он вроде бы заинтересовался, а потом написал письмо, что наших стихов не читал, но их не одобряет. Я растерялся: «Как же так? Он был таким искренним со мной!» Те, кто хорошо знал Шолохова, не удивились: «У него много искренностей. С тобой он одну включил, с ними - другую».

Шолохов сказал мне: «Зачем ты написал «Бабий яр»? Такое оружие своим врагам дал. У меня в столе (он постучал по поверхности) много всего лежит. Но я же не печатаю! Зачем врагов радовать? - вспоминает Евгений Александрович. - Мне, правда, показалось, что когда он стучал, звук отдавался пустотой.

Поэт как идея

- Вы, как и Пушкин, считаете, что гений и злодейство - вещи несовместные?

- Несовместные. Может, только на коротком этапе. Гнусные люди всегда знают, что они гнусные. Совести уже нет, но остается в душе такой черный уголок, он болит, как болит ампутированная рука. И все силы уходят на преодоление этой боли.

В чем суть моего конфликта с Бродским? Мир узнал о его процессе благодаря журналистке Фриде Вигдоровой, которая его застенографировала и передала за границу. За это ее выгнали с работы.

К его освобождению из тюрьмы приложила руку Компартия в лице секретаря райкома того места, где он отбывал заключение. Он из «Голоса Америки» узнал, что на его территории сидит знаменитый поэт, приехал в тюрьму с бутылкой водки, салом, попросил Бродского почитать стихи. И тут же велел освободить поэта от тяжелой работы, отобрал три стихотворения и, рискуя карьерой, опубликовал в местной газете. Он постоянно писал в Москву, что, мол, Бродский взялся за ум и нуждается в снисхождении. Но никогда, ни разу он ни словом не обмолвился об этом.

Анатолий Рыбаков прямо спросил его: «Почему вы никогда не сказали этим людям «спасибо»?» Он не ответил... И тогда Рыбаков сказал: «Может, я ваши стихи и буду читать, но говорить с вами - нет, не буду».

- Почему Бродский так поступил?

- Такой характер. Не хотел никому быть обязанным. А то, что ему помогала Компартия, могло повредить образу борца с режимом, который из него начали лепить. Гордыня - это нехорошее качество.

- Вы преподаете американцам русскую литературу? Она им понятна?

- Все зависит от того, как преподавать. У нас есть люди, которые ничтоже сумняшеся считают, что в Америке нет культуры. Чушь! Если бы в Америке был один только Хемингуэй, уже достаточно. А ведь и кроме него было много хороших писателей - Артур Миллер, Джон Стейнбек, с которым мы дружили…

Один Марк Твен чего стоит! У меня, кстати, есть трость Марка Твена, мне подарила ее еврейская семья в благодарность за «Бабий яр». А я передал ее в свой музей в Переделкино.

В Америке такие же проблемы, как в других странах. Там есть интеллигенция, есть неинтеллигенция, есть коммерческое искусство, которого и у нас полно. В небольшом городе Талса, штат Оклахома, где я живу, две-три тысячи человек изучают русский язык.

Американский заработок позволяет мне издавать антологию руской поэзии. Это моя миссия. Американцы, которые знают русскую классику, никогда не позволят себе относиться к нашей стране свысока. Стихи могут все...

- Что такое национальная идея?

- Поэт - это и есть национальная идея. Толстой и Достоевский - наша национальная идея! Никакие светлые идеалы будущего не стоят слезы невинно замученного ребенка - вот идея.

- Какой ваш главный недостаток?

- Такой же, как и достоинство, - неуемное любопытство.