2018-04-02T13:57:18+03:00

«Мы не деньги считаем, а погибших товарищей»

Спецкоры «Комсомолки» Александр Коц и Дмитрий Стешин прошлись по руинам Мисраты с одним из спонсоров ливийской революции [фото и видео]
Поделиться:
Комментарии: comments49
Изменить размер текста:

«Повстанцы в 30 километрах от Сирта с запада», «Каддафи сбежал в Бан Валид», «Мятежники захватили Бен Джавад» - все это новости последнего дня. Названия этих населенных пунктов вряд ли что скажут не только российскому, но и любому обывателю в мире. Однако, когда произносится слово «Мисурата», невольно вздрагиваешь.

Мисурата, таинственный город в 200 километрах от Триполи. Все полгода войны в Ливии он не сходил с информационных лент. Мистическим образом окруженная с трех сторон Мисурата, практически в полной блокаде умудрялась удерживать наступавшие с трех сторон правительственные войска. Да еще и давать сдачи.

Все это время о происходившем в Мисурате было мало что известно — попасть в нее можно было только с моря, и репортеров, побывавших там во время боев, можно пересчитать по пальцам. Учитывая, что и журналистская братия понесла здесь потери — в этом городе погибли три известных западных фотографа, еще двое были ранены. Именно Мисурата стала основном символом борьбы для повстанцев по всей стране. И именно это настораживало, потому что уж больно смахивало на грубую агитку о городе-крепости, сдерживающей натиск многотысячной орды правительственных войск.

Изображения на стенах говорят сами за себя

Изображения на стенах говорят сами за себя

И поначалу нам показалось, что «разрушенная Мисурата» - это один из мифов многослойной информационной войны, развернувшейся в эти месяцы с обеих сторон. Едва въехав в Мисурату с запада мы увидели цветущий город с гуляющими по нему людьми, с открытыми продуктовыми и вещевыми лавками, с работающим электричеством и водопроводом — мы специально зашли в одну из гостиниц. И не обнаружили ни одного пулевого «кратера» в стене.

- Вы хотите увидеть разрушения? - поднялся с дивана худощавый, но подтянутый мужчина с радиостанцией в руке. - Я вам покажу. Только ответьте сначала, почему русский народ поддерживает Каддафи?

- Видите ли, - начинаем аккуратно подбирать слова. - Мы пережили Чечню, и люди, захватившие оружие и повернувшие его в сторону федеральных сил, у нас называются незаконными вооруженными формированиями.

- А если бы у тебя в России на твоих глазах солдаты убили бы всю семью, ты бы взял в руки оружие?

Не дожидаясь ответа он приглашает нас на «экскурсию». Наш новый знакомый Мохамед Эглео — один из тех, кого сторонники Каддафи называют спонсорами революции . Крепкий бизнесмен, коренной житель самого богатого гророда Ливии, не только не жалел личных средств на борьбу против Каддафи, но и сам взялся за автомат. Сейчас он говорит, что Ливия свободна. В боях за Мисурату он потерял жену, двоюрдных брата и сестру, а также племянника.

- Я знаю, кто их убил, и у меня была возможность отомстить родне убийцы, - заверяет Мохамед. - Но я убивал только в бою.

- В Триполи нам рассказывали, что именно Мисурата спонсировала революцию, это правда?

- Отчасти. Да, так случилось, что в Мисурате сконцентрировано основное производство страны, если не считать нефтедобычу. Соответственно и все крупные предприниматели жили здесь. И это всегда мозолило глаза Каддафи и его окружению. Здесь ведь как было — либо ты с ним, либо у тебя «отжимают» бизнес. Мы в Мисурате всегда держались вместе, поэтому нам удавалось отбиваться от государственного рэкета. И когда начались волнения, капитал поддержал повстанцев. Мы решили окончательно избавиться от тирании и стать по-настоящему свободными. Поговаривают, капитал просто решил дорваться до власти...Нет, наше дело было помочь сбросить режим, власть нам не нужна. Думаете нам не предлагали власть? Каддафи сулил нам любые посты, лишь бы мы выступили на его стороне. Он ведь понимает, что у кого Мисурата, тот и победит. Мы решили остаться с народом.

- Как вам удавалось обеспечивать город продуктами, водой, медикаментами?

- Это же экономический центр страны, здесь сотни складов со всем необходимым. За полгода мы ни разу не испытывали нужды в продуктах. Причем все бизнесмены между собой договорились, что свою продукцию будут отпускать бесплатно. После войны посчитаем, кто кому сколько должен. На все время боев у нас была отменена торговля. Торгашей мы... просто выгоняли из города. Жестоко.

- Но в интернете есть ролики и пожесче, где повстанцы например расстреливают солдат без суда и следствия, отрезают головы наемникам. Прям Аль-Каида какая-то.

- Да, были единичные случаи, сейчас мы стараемся избавляться от таких людей. Война почти закончилась,мы хотим мира. У меня есть информация, что сразу после окончания Рамадана, сдадутся 40 высокопоставленных соратников Каддафи.

-???

- Я знаю, что говорю. Через день вы в этом убедитесь сами.

Мисурата стала ливийским Сталинградом. В уличном музее выставлены обломки снарядов и бомб, обрушенных на город.

Мисурата стала ливийским Сталинградом. В уличном музее выставлены обломки снарядов и бомб, обрушенных на город.

Экскурсия по ливийскому «Сталинграду»

Мухаммед заправляет нашу машину бензином под завязку. В нынешней Ливии это царский подарок — канистра бензина стоит 200 баксов, если найдешь, где купить.

Беда всех ливийских городов, через которые прокатилась война – миллионы острых, зазубренных осколков валяющихся на асфальте. Обычная картина – по улице на ободах ковыляет машина, и хозяин, высунув голову из окна, одни глазом тоскливо глядит на спущенное колесо, а другим – на дорогу.

Пытается дотянуть до шиномонтажа, потому что «запаску» он уже поставил, а вторую возят с собой только сумасшедшие. Улицы Мисураты оказались чисто выметенными, и даже помытыми…На этом, приведение города в порядок закончилось. На все остальное – уборку развалин тянущихся с Севера на Юг, до горизонта, потребуются долгие годы.

- Вот мы и пришли.

Заворачиваем за угол и открываем рты.

Мы стоим в створе улицы Трипольской. Одному из корреспондентов «КП», родившемуся в Волгограде-Сталинграде, искать аналогии не нужно. Второму вспомнился Порт-о-Пренс, после землетрясения на Гаити.

Ни одного целого осветительного столба – вологодское кружево, «воздух с сильной примесью металла», ни одного уцелевшего здания. Мохамед Эглео рассказывает, как правительственные войска наступали на город. Сначала, артподготовка, и, не дожидаясь ее окончания – попытка штурма. И так, бесчисленное количество раз.

- Я уже не помню, сколько мы отбили атак, - говорит Мохамед… - Толком, никакой эвакуации из города не было. Люди селились в квартиры с северной стороны многоэтажек, жили по четыре семьи в комнате.

Но танковый снаряд-болванка, прошивает стандартную многоэтажку насквозь. А фугасный снаряд превращает однокомнатную студию в десятикомнатную, размазывая по уцелевшим стенам человеческую плоть.

На задворках Мисураты до сих пор чуть сладко припахивает мертвечиной. И там, картина разрушений тоже не менее впечатляющая. На Востоке не принято скрывать свои победы, поэтому, в центре Трипольской улицы, был устроен музей недавних боев. В центре экспозиции –подбитый танк и бульдозер обшитый броневыми листами.

К финалу боев в Мисурате, такие бульдозеры пускали впереди наступавших – разгребать завалы и баррикады. Экспонаты музея уже настолько привычны глазу, что не вызывают никаких эмоций. Цинки от патронов, части гранатометных выстрелов, снарядные ящики, особо-колоритные осколки, длиннющие ракеты и здоровенные снаряды-чемоданы.

Глаз цепляется за длинную, темно-русую косу с синим бантиком на конце. Провожатые скромно не комментируют этот экспонат, но мы догадываемся , что косу отрезали у кого-то из медперсонала правительственных войск… Что это была за женщина? Ливийка? Украинская санитарка? Их много служило в армии Каддафи в качестве вольнонаемных.

Бизнесмен Мохамед Эглео не жалел ни патронов, ни денег на революцию

Бизнесмен Мохамед Эглео не жалел ни патронов, ни денег на революцию

- Где же вы брали оружие, чтобы противостоять всему этому? - спрашиваем Мохамеда.

Тот неубедительно рассказывает, что добывали оружие у каддафистов в бою. Однако ясно, что вооружения доставлялись по морю — единственной артерии в город, не перекрытой правительственными войсками. В обход эмбарго и резолюций ООН. Неохотно говорит Мохамед Эглео и о роли НАТО в обороне Мисураты. Альянс пресекал любые попытки подтянуть к городу дополнительные силы высокоточными ракетами стоимостью в миллионы долларов.

-Сколько вы лично потратили на революцию? - спросили мы Мохамеда.

-Мы не считали материальные затраты, мы считаем людей, которых потеряли в этой войне, - по-восточному ушел от ответа бизнесмен.

Вряд ли полковник думал, что доживет  до такого позора: гвоздь, забитый в глаз на его портрете, и мешок с вонючим мусором на этом гвозде...

Вряд ли полковник думал, что доживет до такого позора: гвоздь, забитый в глаз на его портрете, и мешок с вонючим мусором на этом гвозде...

Попрощавшись с Мохамедом Эглео мы двинули обратно в столицу, погрязшую в мусоре и нечистотах. По встречке в сторону Сирта двигались нескончаемые колонны с «тачанками», тягачами с танками, зенитками, «Шилками». Переговоры о сдаче родного города Муамара Каддафи, похоже провалились. Или это дополнительный аргумент повстанцев для переговоров?

СМОТРИТЕ ФОТОРЕПОРТАЖ

Мисрата – "ливийский Сталинград" [съемка спецкоров "КП"].Мисурата, таинственный город в 200 километрах от Триполи. Все полгода войны в Ливии он не сходил с информационных лент. Мистическим образом окруженная с трех сторон Мисурата, практически в полной блокаде умудрялась удерживать наступавшие с трех сторон правительственные войска. Да еще и давать сдачи.Руслан РАХМАНГУЛОВ, Дмитрий СТЕШИН, Александр КОЦ

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также