Лидер «Пикника» Эдмунд Шклярский: - Собираемся пойти в 30-дневное паломничество!

Тур «Пикника» называется «30 световых лет» - в честь 30-летнего юбилея самой мистической группы на нашей рок-сцене. Ну а как иначе? Только у них - странные фигуры на ходулях, женщина - виолончель, вампирские и древнеегипетские темы. Перед московским концертом мы встретились с лидером группы, Эдмундом Шклярским, и задали ему интересующие нас вопросы.

- Я читала, что вы в 1991 году участвовали в пешем паломничестве к Папе Римскому в польский город Ченстохова...

- У нас было много свободного времени, и мы с удовольствием воспользовались этой возможностью. Мы шли от Партии зеленых. Там допускались молодые люди до 25 лет, а нам уже было 30. А от партии зеленых можно было идти в любом возрнасте.

- А сейчас вы способны на такие вещи?

- Мы обсуждаем сейчас похожий вариант, только там 30-дневное паломничество. Там 780 километров надо пройти. За четыре недели. Потому что все эти вояжи в комфортных условиях – это и надоедает, и уже понятно, что это не дает тебе никаких эмоций. Кроме того, что ты вкусно поел. Есть такая идея – пройти дорогой первых пилигримов. Начинается где-то во Франции и заканчивается на побережье Атлантики. Главное – выкроить время.

- Лично вам это зачем надо?

- Честно говоря, не знаю. Поскольку от того путешествия, хотя оно было и довольно давно, остались позитивные впечатления, хоть физически это было довольно малокомфортно. Поскольку спали где придется – то на сеновале, то в каких-то монастырях...

- Не опасно разве?

- Там толпа идет. Дорога нормальная, ей худо-бедно полторы тысячи лет. И все это время люди по ней ходят. Не мы первые, не мы последние. Но мы еще не прошли. Мы морально готовы.

- В вашем творчестве для меня много символов, знаков. Это читается в оформлении альбомов. А как с этим обстоит дело в жизни? Есть какие-то символические вещи, которые играют для вас какую-то роль? Знаки какие-то?

- Есть суеверия. Денежные знаки. Если черный кот переходит, сознательно хочется это обойти. Или опередить его. Возвращаться не хочется. Есть набор каких-то чисел, которые так или иначе играют роль. Допустим, меньше чем за определенное число мы не играем (смеется). Часто выпадает число 13 – вагон или место. Каждый человек своими выдумками живет. Выдумал себе числа и живет ими.

- Наташе Королевой дарят плюшевых медведей, Диме Билану – розы. А что дарят вам поклонники?

- На круглые даты нам дарили съестные подарки. Пряники, торты. У нас очень позитивная публика. Мы любим поклонников, потому что они дарят в основном что-то вкусное, что-то вовремя могут принести. Есть вещи такие прикладные.

- А из «богатых» подарков?

- Картины часто дарят, Мы просим, чтобы картины были маленькими. Большую картину возить сложно. Звезду один раз подарили. Но она далекая.

- Женщины на форумах интересуются, есть ли у вас жена. И комментарии, что вы, Эдмунд, чуть ли не наш секс-символ. Как вы относитесь к такому званию?

- Интернет рождает возможность не всегда здоровую. То, что человек раньше скрывал, он теперь ищет себе единомышленников и в них черпает себе силы. То, что написано в Интернете, я воспринимаю как игру. Она может быть опасная, не опасная, но это игра и карнавал. Насчет секс-символа - кроме юмора, это никак не воспринимается, даже применительно вообще к кому-то другому. Так же, как бывает, в передачах часто расхожую фразу повторяют: «в актера или актрису влюблялись все». Ну был этот актер, актриса. У каждого была своя жизнь. И никто в нее не влюблялся или в него на самом деле. Эти штампы ни к чему. Это играет только плохую службу.

- А «Битлз»?

- Они не были секс-символом. По породе. Так же, как актеры. Скажем, Стриженов. Он не просто секс-символ. Есть порода у человека. Лицо. Это просто порода людей, которым надо быть на сцене. Но их не так много, их по пальцам можно перечесть.

- Многие сложно относятся к теме военных песен. Иногда можно песню переделать так, что она уже совершенно о другом становится. Расскажите о вашей работе над альбомом «Три судьбы», состоящем как раз из таких песен.

- Была сверхзадача – не испортить песни. Понятно, что они будут сыграны по-своему. Мне нравится, как исполняет чужие песни Джо Кокер. Даже иногда больше, чем оригинал. И битловские песни у него шикарно получаются, и «Animals». Если можно было бы вот так же исполнить, не нарушив общую драматургию, песни народные, то будем считать, что задача выполнена. Но это покажет время.

- Сейчас многие говорят, что хорошо бы ввести некий худсовет. Потому что качество нашей музыки стало достаточно низким, если не сказать хуже. Действительно ли это так?

- Если будет худсовет, в него опять войдут те, кто был тогда. Поэтому это будет еще хуже. Непонятно, кто будет оценивать эту музыку. Но есть аксиомы: диктор должен говорить правильно. Есть СМИ, наверное, газеты должны писать без ошибок. Должна быть нормативная лексика с большого экрана. Если ты хочешь чего-то остренького, ищи в других местах. Но официальная пропаганда должна быть правильно говорящей, излагающей, без жаргона. Чтобы человек знал, как говорить по-русски и в какой стране он живет, и на что ориентироваться. Если мы будем ориентироваться на мат, то тогда, случись чего, в атаку нечем будет вести народ. Они привыкнут к этим словам. И это будет обычное слово. Когда-то я присутствовал на дне города. Организатор – у него маленькие дети, они говорили исключительно матом. Мне это показалось каким-то кровосмешением. Невозможно с детьми говорить на этом языке. Дети могут друг с другом так говорить, потому что они и говорят друг с другом матом. Это для них свой язык. Но когда родители с детьми, нет никакой грани, получается как постельная сцена. Дикая. А худсовет в том виде, в котором он может быть сейчас, лучше бы его и не было. Если туда даже взять уважаемого человека, искусствоведа, по классической музыке, он может вообще это все ненавидеть. Он будет все запрещать. А потом – коррупционная составляющая. Или он искренне будет с этим бороться, как только может. Хотя он в своей области шикарный композитор. Надо просто переждать это время, и все нормализуется.

- Я читала в вашем интервью, что писать на потребу – верный способ себя уничтожить. Но у нас так работает весь шоу-бизнес. И процветают.

- Есть же задача Садового кольца. Человек живет по клубам, окучивает клубы, проживает несколько кругов или один круг и исчезает. Потом появляется другой. Это одна история. Нам такой истории не хотелось никогда. Поэтому мы ориентировались на что-то другое.

- Что, на ваш взгляд, музыкальная безвкусица?

- Сложно сказать. У нас даже внутри группы нет единого мнения. То, что нравится одному, мне кажется, что это совершенно не представляет никакой ценности. Музыка – это какая-то машина времени, которая, если уж ты услышал, сердце встало. Дело вкуса. Детство у всех разное. Кто-то в детстве одно услышал, кто-то… Безвкусица, на примере шансона – для меня, хотя я не являюсь поклонником, Северного я могу слушать даже с удовольствием. А то, что сейчас пишется, это я слушать просто не могу. Это оказывает тягостное впечатление. Ты не знаешь, куда деваться. Иногда едешь в машине, и включат тебе эту шарманку бесконечную, кабацкая история, как будто находишься в кабаке, сейчас тут танцы происходят. Вообще в этой истории правды нет. То, что здесь кажется вкусным, в Монголии скажут – ну на фиг. Мне кажется, безвкусица рождается частично спекуляцией. Человек хочет спекульнуть на чем-то. и он делает поделку. Он видит, что это продается-покупается, давай-ка сделаю. В Китае одна барышня рисует одновременно несколько «Джоконд». И они хорошо продаются. И она на этом живет. Так же и в музыке. Человек понимает, что это сейчас ходовой товар, и я могу заработать. Пока различат, я это продам и буду жить припеваючи.

- Что бы вы никогда не сделали для своей раскрутки?

- Мы очень мало что делаем для раскрутки. Как показала история нашего существования, это не наш метод. Есть некая грань, которую надо чувствовать. Ее можно перейти незаметно. И ты набьешь людям своим присутствием оскомину. Популярность иногда не есть любовь. Как Собакевич: мне лягушку сахаром обсыпь, я ее все равно есть не буду. Порошок рекламируют, а он тебе не нужен. При всем обилии рекламы это работает мимо тебя, потому что это тебе не нужно. Кого-то это только раздражает.

- Кто-то говорит, что никогда не выступает на корпоративах. А вы выступаете?

- Да запросто. В этом ничего плохого нет. Если нас приглашает какая-то фирма, не частное лицо. Тогда мы играем. Незаметно приехали, сыграли, незаметно уехали. И мы понимаем, зачем мы там нужны. Если Мик Джаггер играет у королевы на дне рождения, что-то его заставляет делать это. Когда Пола Маккартни пригласили играть на свадьбе, он сказал, что для него это почетно.

- У вас же танцевальных песен раз-два и обчелся.

- Так танцевать не обязательно. Но танцуют от безысходности.

- А какого плана фирмы вас заказывают?

- Компьютерные попадались. Это еще понятно. Играли для какой-то немецкой компании. Там была публика, которая знала песни наши. Это было удивительно. Нам не попадались такие корпоративы, где мы играем не поймешь зачем. Все равно находится аудитория, которая знает, что там происходит. В Киеве делали байкерский фестиваль. Пригласили кого угодно. Куча команд из Москвы, из Питера. Был стадион – человек пятьсот.

- Не хватает вам в жизни тишины?

- В Карелии очень хорошо в том плане, что все под рукой, не надо никого собирать. Вокруг нет посторонних. И ты на улице, в комфортных условиях начинаешь разучивать песни, на природе.

- Почему так называется альбом?

- Потому что герой нынешней программы – человек, прибывший из пространства времени, отдаленного от нас на эту цифру. Не обремененный никакими знаниями нашего мира.