Общество4 ноября 2011 2:00

Письма русской эмигрантки: «В Берлине на меня надели наручники и долго возили по каталажкам...»

Мы публикуем отрывки из писем, которые прислала наша читательница Полина, оставшаяся после 16 лет скитаний без дома, без паспорта и крыши над головой

Рубрика «С другого берега» недавно появилась на нашем сайте. В ней мы решили рассказывать о том, каково приходится россиянам в других странах. Где же и кому за бугром жить хорошо? К чему приводят «столкновения культур» и легко ли найти общий язык с «аборигенами»? В каких удивительных местах вам довелось побывать?

Присылайте свои истории, снимки, видео автору рубрики Наталии Грачевой: grat@kp.ru

«Нас с сыном не раз отправляли с границы в тюрьму»

Родом я из Средней Азии. 20 января 1995 года я с небольшой сумкой в одной руке и с ладошкой 8-летнего сына в другой приехала в Германию по частному приглашению. Один немец уговаривал меня приехать два года.

Что тогда творилось в Казахстане - полная разруха, все предприятия закрыты, массовый выезд русских, массовый выезд немцев, народ толчется на базаре...

У меня сохранилась таможенная декларация, которую я заполняла при выезде на границе. Антиквариат отсутствует, золото отсутствует, наличная сумма... 6 дойчмарок. Это была безысходность. Я бежала без оглядки, ничего не соображая в тот момент.

Через год мы с сыном от немца ушли в женский дом (это охраняемые закрытые «общежития» для женщин, попавших в беду и не имеющих крыши над головой. - Ред.). Этот негодяй куда-то девал мой советский паспорт. Я его трясла как грушу. Дело доходило почти до драк. А однажды я у него нашла списки женщин, которых он планировал пригласить. Женщины и девушки были из России, из Прибалтики, с Украины, из Средней Азии. Работал конвейер - одну приглашает, вторая на подходе.

В женских домах города Берлина мы прожили четыре года. Но вечно жить там мы не могли, надо было где-то устраиваться, определяться, нужна была стабильность. Девчонки из администрации дома устроили мне встречу с одной дамой, которая «знала все». Она мне сказала: «Немцы наелись иностранцами по самое горло. Где еще можно попытаться получить вид на жительство - это в Скандинавии, в Норвегии».

Нас три или четыре раза возвращали с датско-немецкой границы. Это было еще до вступления Скандинавии в Шенген. Контроль сильнейший, причем двухсторонний.

Без удостоверения личности и думать нечего прорваться через границу. Нужен аусвайс (удостоверение. - Авт). Одна русская немка согласилась дать свой - не за просто так, конечно. Фотография на аусвайсе и близко к моей морде лица не подходила. Глаза зеленые, нос картошкой. Ну с глазами проще (хвала развитому рынку) - покупаем зеленые линзы. С волосами тоже - я стригусь, крашусь. А вот нос. Как изменить нос? Выход один: набить его ватой.

В день отъезда мой сын был белым как стена. И чем ближе приближался вечер, тем белее становился он. Поезд Берлин - Осло отходил в 11 вечера. И вот мы стоим на платформе, еще пока пустынной. Понемногу подтягивается отъезжающий народ. У меня в носу шмат ваты, нечем дышать. Дышу ртом. Без десяти одиннадцать подходит поезд, народ загружается.

Поехали. Я - так было задумано, срежиссировано, так сказать, - выставляю на столик перед собой банки пива, бутылку коньяка. Едем, едем - вроде все спокойно, паника улеглась. Никита сидит рядом, занимается своей электронной игрушкой. За окном ночь. И вот поезд останавливается. Платформа. Фонари. Полицаи. Много. Я быстренько откидываюсь к окну, создаю позу спящего человека. Со стороны это должно было выглядеть так: ну, приняла немка на грудь энное количество алкоголя (дело обычное), ее теперь хрен добудишься. А еще они во хмелю буйные бывают. Никита мне шепчет:

- Мама, у тебя вата из носа торчит.

Поправляю мизинцем, пока еще до нас не дошли проверять документы (сейчас смешно вспоминать, но тогда было не до смеха). Подходят к нам. И мой сын на чистом немецком заявляет полицаю:

- Пожалуйста, маму не будите. Она устала. Вот ее аусвайс.

У меня сердце в горле бултыхается. Слышу, полицай шепчет: «О'кей». Потом спрашивает:

- Куда едете?

- В Осло, к маминой подруге на пару дней.

Пошуршали. Кнопочки Никитиной игрушки запикали. И пошли дальше.

В Норвегии мы получили отказ...

Как я стала зечкой

2008 год я почти весь провела в тюрьме. Сначала в немецкой, где мне довелось походить в кандалах (да, да! - в наше время - и кандалы...), а потом в шведской. Так что я - европейская зечка со стажем.

О тюрьмах - чуть подробнее. Возвратилась я в Берлин из Скандинавии и отправилась в Ауслендербехерде - немецкое миграционное ведомство. Там меня благополучно и арестовали. Погрузили в автозак, надели на руки «браслеты» и долго возили по городу по разным каталажкам и «обезьянникам», пока наконец вечером не привезли в «пенал» без окон и дверей. Выдали армейское одеяло, подушку и простыню.

Утром я встала, вся обкусанная клопами.Опять повезли. В тюрьму Кепеник, где я провела 2,5 месяца своей многогранной жизни. Чтоб ей пусто было! Тюрьма была строгая. В толстенных дверях - глазки, строгий распорядок дня, на прогулки под конвоем - особо не забалуешь. Кормили два раза в день, завтрак в 9 утра, в 12 обед, и все. Ужина не было. Не положено. Контингент женской тюрьмы самый пестрый: вьетнамки, югославки, цыганки, монголки, китаянка, африканки. Из наших - Украина-мать. Из русских была одна я - советская.

Жизнь била ключом. Жизнерадостные хохлушки попадали после облав в зареванном состоянии, но уже через день смот-ришь - она хохочет:

- Та Хосподи! Нехай депортируют, я через месяц опять здеся нарисуюся.

Два самых страшных момента, которые мне довелось пережить в немецкой тюрьме, это кандалы спецназ. Меня и югославку Валиду повезли на прием к врачу. И перед тем как погрузить в автозак, к ногам привинтили кандалы. Машина остановилась на другой стороне улицы, и мы переходили дорогу в сопровождении конвоя, гремя кандалами и вводя в ступор прохожих. Помню изумленные глаза какого-то обалдевшего дядьки. Завели в подъезд. Дом старый, ступеньки высокие, приходилось выворачивать ноги, опираясь на перила, чтобы поставить ногу на следующую ступеньку. Зашли в холл. Ожидающие приема немки враз заткнулись, и в комнате воцарилась оглушающая тишина. Деликатная Валида убрала свои ноги подальше под стул. Вредная я, наоборот, выставила их вперед да еще подобрала повыше брюки - нате любуйтесь. Мне не стыдно. Я ничего дурного не сделала. Пусть будет стыдно вам. Полицаям из конвоя я пообещала, что когда-нибудь напишу об этом в книге.

Теперь про спецназ. Эти бравые ребята шерстили и трясли женское отделение тюрьмы Кепеник воодушевленно, с огоньком. С собаками, с дубинками и автоматами, от них было черно в коридоре. По стенкам метались красные точки. Ор, грохот, плач. Одну старую вьетнамку, постоянно лежавшую от недомоганий на постели, сдернули и так приложили к косяку, что она обмякла и скатилась по стенке. Перевернули все. Обыскали до трусов всех. А виной тому были петарды, которыми какие-то шутники или дети баловались в соседних жилых домах...

Наталия Грачева.

Наталия Грачева.

Послесловие Наталии Грачевой:

- Невероятная история, но, похоже, правдивая. Причина того, что случилось с Полиной, - очень жесткие законы и в неменьшей степени и халатность европейской бюрократии.

Пересечения границ без документов, конечно, были главной ее ошибкой: в глазах закона она уже была рецидивисткой. Но что ей было делать? Сколько она должна была ждать окончательного решения властей, когда жила в женском доме? В Казахстан она возвращаться не хотела, и ее можно понять. Да и не могла уже к тому времени: у нее не было никаких действительных документов.

Возможно, просидев еще пару лет без работы и собственного жилья в заведении для попавших в беду матерей с детьми, она в конце концов и получила бы вид на жительство. Но она наивно поверила в то что в Северной Европе законы мягче и разрешение можно получить быстрее. Если бы...

ЧИТАТЕЛЬСКИЙ ФОРУМ

Эти записки мы заранее опубликовали на сайте kp.ru, где люди стали оставлять свои отклики на историю несчастной женщины. Приводим лишь крохотную часть из них.

Татьяна:

Пишет она ярко, но хорошего в том, что она пишет, мало. Дело вкуса, но лично мне такие люди несимпатичны.

Ред:

Безусловный писательский талант у Полины! Нужно ей книгу писать. Или сценарии.

Зина:

Мы все так ратуем за соблюдение законности в России, где, к сожалению, это пока еще не есть реальность, но совершенно не­адекватно относимся к законодательству других государств, где законы эти работают (может, не так, как кому-нибудь хотелось).Чисто гипотетический вопрос: что было бы с Полиной и сыном, окажись они в соседней Киргизии, или Белоруссии, или Эстонии?

Федя:

«Цивилизованная» Европа учила нас, русских, уму-разуму и будет учить. Этот отвратительный снобизм у них в крови.

Елена Викторовна:

Всегда стараюсь держаться подальше от таких неуравновешенных людей, как эта Полина. И все-то у нее чересчур, все через край!

Юрий, г. Маркс, Саратовская обл.:

Вот если бы настырностью этой русской тетки можно было заразить поголовно всех россиян, то мы жили бы в другой стране, и толпы прозревших шведов, может, ломанулись бы к нам. Но сие, к великому сожалению, реально возможно лишь в виде больной фантазии. С нее надо взять пример. Это как раз то, чего не хватает среднему российскому философствующему пофигисту.

Ну а дискуссия продолжается, и вы можете в ней поучаствовать

Все письма Полины читайте на сайте