Цинковый гроб на ночном перроне

В военкомате ей сказали, что служить он будет недалеко от дома. Но сначала должен окончить учебку в Омске. Там в конце сентября случилась беда - Саша сильно заболел (менингит и пневмония) и попал в городскую больницу скорой медпомощи (БСМП). Состояние его с каждым днем становилось все хуже, и потому командиры вызвали Татьяну Георгиевну в Омск. Она застала сына в коме. Но примерно через неделю, к великой радости матери, сыну стало лучше. И Сашу перевели в реанимацию местного военного госпиталя. А там один из врачей как на духу признался Федоровой, что в их заведении нет ни соответствующего медоборудования, ни опытных специалистов, ни нужных медикаментов.

- Если так, то зачем же вы перевели сюда моего тяжелобольного сына из БСМП? - спросила у него женщина.

Военврач ответил что-то невнятное о «новой системе».

Тем временем Саше снова становилось все хуже, и через пять дней он умер...

Изможденная страшным горем мать рвала на себе волосы. А зав. отделением успокаивал ее по-своему: «Все матери - истерички»...

Еще и пригрозил: «Второй труп мне здесь не нужен»...

Из Омска на родину она везла сына в цинковом гробу. Ее сопровождал капитан Дмитрий Глебов. В Минеральных Водах их никто не встретил. Гроб несколько часов лежал на перроне. Рыдающая мать поливала его слезами на виду у сотен пассажиров. Глебов мотался по вокзалу в поисках коменданта. Когда нашел его, комендант огорошил капитана сообщением, из которого следовало, что телеграмме о прибытии «груза 200» даже не придали значения. Похоже, что ее просто забыли в ворохе железнодорожных бумаг...

Лишь после этого у чиновников зашевелились остатки совести.

Татьяне Георгиевне помогли по-людски похоронить сына.

Некоторые строки ее письма в редакцию «Комсомолки» размыты - они явно окроплены горючими материнскими слезами. Женщина задает много резонных вопросов, которые выворачивают наизнанку и холодное бездушие некоторых армейских чинуш и врачей, их преступный формализм и профессиональную беспомощность. «Почему Сашу перевели из реанимации БСМП в госпиталь без моего ведома и согласия?»... «Почему в госпитале не нашлось даже элементарных лекарств для умирающего сына?»... «Почему Саша умер 18 октября, а в документах о смерти записано, что 25-го?»... «Почему Родине нужны наши сыновья живые, а вот мертвые никому не нужны?»...

Читая эти вопросы растерзанной неутешным горем матери, я почему-то думал, что они давно мне знакомы. Может, потому, что не раз брал в руки вот такие же обжигающие письма от матерей и отцов умерших или убитых в армии пацанов? Может, потому, что Федотовых у нас еще много?..

Мне тут и о другом думалось. Очень похоже, что Сашу Федотова не спасла, а добила безумная реформа военной медицины. Ибо много, преступно много и авантюрно вышвырнула она из частей и гарнизонов «лишних» людей в белых халатах, в несметных количествах проредила ряды профессиональных военврачей, стоявших в одном строю с солдатами и офицерами.

И посадила военную медицину на голодный паек - как по медоборудованию, так и по лекарствам. А итог вот такой - еще одна свежая солдатская могила на кладбище под Ставрополем...

Электронный адрес автора: baranez@kp.ru