Почему ТВ играет в ящик?

Мне кажется, как-то многовато покойников появилось на ТВ.

Включаю телевизор, Первый канал: показывают фильм о Высоцком. Пил, наркотики, Марина Влади... Какая-то актриса Театра на Таганке вспоминает, что «Володя не успел отыграть последний спектакль, но ни один человек не сдал билет»...

Все это я слышала и читала примерно двадцать раз: бард, бывший совестью эпохи застоя, умер в 1980-м, и при всем уважении к масштабу личности сказать что-нибудь новое о нем невозможно. Биографию поэта вдалбливают мне каждое 25 июля, в день его смерти, и, между прочим, нынешний 2011 год не был исключением. А тут еще «поддержка» фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой» в кинотеатрах...

Но за что же мне это опять - спустя всего несколько месяцев?

Недобрым словом поминая рекламную стратегию Первого канала, щелкаю пультом, переключаю на «Россию». Там документальный фильм «Крушение СССР». Почти все действующие лица уже ушли из жизни, а сами факты сотни раз мусолились во всех видах... При всем уважении к Дмитрию Киселеву, сделавшему масштабный проект, снова ощущение пережеванной каши. Ну что нового можно сказать о последних годах СССР после многочисленных ток-шоу Руцкого, Кургиняна и Чубайса? Эту тему - как мы потеряли великую Родину - обсасывают столько времени, сколько мучает боль потери. Ветошь, полуистлевшие события и персонажи...

Новый анонс: «12 декабря исполнилось бы 70 лет со дня рождения незабвенного доктора Ватсона, актера Виталия Соломина»...

В последние годы появилось вот это «бы»: раньше чествовали тех, кто живой. Я не за короткую историческую память, но разве не предосудительно каждый год копаться в жизни усопшего? И, откровенно говоря, не скучно? И сколько лет мы будем это делать?

Великих покойников немало, даже если считать одних актеров - сотни и даже если отмечать круглые даты рождения и смерти каждого, эфир будет занят целиком. А ведь еще есть режиссеры, дирижеры, композиторы, конструкторы и ученые, и пошедший по этому пути канал «Культура», на мой взгляд, уже превратился в склеп со степенными рассказами: «В пятьдесят третьем он сделал постановку в Театре Ермоловой, потом переехал в Ташкент...»

- А мы не создали ничего нового за двадцать лет, - сказал уважаемый мной человек, когда я поделилась с ним своим недовольством. - В России не появилось ни великих актеров, ни научных свершений, ни общенародных строек, а самое главное, не родилось новых идей. Мы проедаем наследие СССР, еще и еще раз достаем из чулана побитые молью свершения, трясем ими: «Смотрите, что у нас было...»

Было. А теперь - нет.