Давайте в Новом Году мы все станем волшебно красивыми, и пусть всё вокруг станет красивым, и пусть Красота в нашей жизни будет считаться нормой, а некрасота – аномалией. На эту тему много сказано и написано, но, как ни странно, канонического определения не существует.
Ровно год назад я уже писал о том, что в разные эпохи и в разных культурах представление о, например, женской красоте было различным: какая-нибудь Твигги или Ида Рубинштейн, вероятно, показались бы Петру Первому (не говоря уж об императоре Цинь Ши-хуанди) жуткими уродинами. Или вот я в четырехлетнем возрасте, когда еще не давят конвенции и стереотипы, влюбился в одну девочку. Она казалась мне ослепительной красавицей – потому что нос у нее был не такой, как у всех, а похожий на пистолетик. Потом я подрос, мне объяснили, какие носы считаются у людей красивыми, и я ее, конечно, разлюбил.
Однако сейчас я хотел бы поговорить не о женской и вообще не о физической красе – а о Красоте. Красивая жизнь, красивый поступок, красивое поведение – разные люди вкладывают в эти понятия совершенно различный смысл.
Представления о красивом и некрасивом определяются множеством переменчивых факторов. Народные депутаты, улюлюкавшие академику Сахарову, от души похохотали бы, если бы кто-нибудь тогда сказал им: «Посмотрите, как красив этот картавый сутулый очкарик»....
...Ладно, не будем брать злободневно-политические примеры, чтобы не переругаться в канун нового года. Раз на носу Рождество, лучше вспомним, каким жалким и безобразным казался жителям Иерусалима некий распятый преступник. Значит, что же: Красота – исключительно в глазах смотрящего? Что кажется ему красивым, то и есть Она?..
Полную версию колонки читайте в блоге писателя.