Пианист Денис Мацуев: «Российские педагоги уезжают в Китай - это может стать катастрофой в нашей музыке»

Получив в конце прошлого года звание народного артиста России, музыкант приехал в гости к «Комсомолке», чтобы рассказать о себе, о том, что происходит в мире высокой музыки.

- Денис, в вашей жизни приятные новости идут, что называется, косяком. Звание народного - хотя как в современной культуре где бы то ни было классический пианист может быть народным, я не знаю. У вас новый сайт да еще и фильм на Первом канале, 14-го на Старый новый год выходит. 16 дисков уже есть, в этом году еще 4 будет. Как вы себя в бронзе ощущаете?

- Да никак. Абсолютно. Как говорил Николай Иванович Петров, наш потрясающий пианист, «ты сейчас стал мэтр 92!». Он был человек с потрясающим чувством юмора. Мне очень не хватает его. Уходят уникальные личности, с которыми ассоциируется русская фортепианная школа. А звание «народного» осталось с советского прошлого. И это замечательно. Вот народный артист Америки, скажем, что это такое? Я обожаю играть в своей стране. И не только в Москве и Петербурге, но и в других 110 городах, и в некоторых я побывал 20-25 раз. И каждый раз - это как урок. Наша публика - самая сложная в мире. Невозможно с сразу завести с ней романтическую историю, с первого раза она не поддается. Нужно много раз приехать - это как ухаживание за девушкой, которая не с первого раза ответит тебе согласием. Вот так и гастролирую уже 18 лет. И счастлив. Беда лишь в том, что у нас почти нет залов с хорошей акустикой. Потому что каждая филармония – это бывший Дом культуры, где раньше шли политсовещания. России нужно 10-15 настоящих залов, как воздух. Это сложно объяснить, это химия, как в любви, которая происходит между музыкантами и публикой.

- Ходит легенда, что после конкурса Чайковского в 1998-м, где вам досталась победа, Борис Николаевич Ельцин, награждая вас в Кремле, вытащил из кармана толстенный конверт с долларами и пробасил: «Вот тебе, Денис, доллары американские, - а потом хвать вас за плечи и говорит – а, хочешь, пойдем в Грановитую палату, я тебе дам померить шапку Мономаха?

- Не совсем так (смеется). Хотя про доллары - правда. Он тогда подарил мне часы от Президента России, которые, правда, потом у меня украли, когда ограбили квартиру. Но потом, на свое 75-летие, Борис Николаевич подозвал меня к себе и говорит: «Знаю, что у тебя те часы украли, па-а- нимаешь, на такие же – точь в точь» (и по голосу и по выражению лица Денис при этом - вылитый Борис Ельцин! - прим. авт.). И потом сказал фразу, которую я запомнил на всю жизнь: «Вас в России единицы. Так что смотри у меня!» И я понял – все, невыездной. Ельцин был потрясающим, с уникальным чувством юмора, очень любил классическую музыку.

- У вас актерский талант! Я сразу вспомнила, что вы выдаете на своих концертах невероятные джазовые импровизации.

- Джаз - моя вторая страсть! Папа мой замечательно играл джаз, и я пытался за ним повторить, когда семья собиралась вместе - с бабушками, с дедушками. Но я не чистой воды джазмен, я просто такой увлекающийся.

- А это правда, что вы на концертах так увлекаетесь, что можете разломать инструмент? Что в вашем случае непросто. Это же все-таки не скрипка, а рояль.

- Было один раз, в Париже, рояль поехал вперед и дальняя ножка подломилась и я еще упал со стула. Была зловещая пауза. Потом бешеная овация. Журналисты написали, что это запланированный номер был. А это просто темперамент такой. Как говорил Рихтер, романтическую музыку одним интеллектом не возьмешь. Ее нужно брать кровью. Шопена Рахманинова, Чайковского - всем телом.

Тут у «Комсомолки» - а интервью проходило в нашей телестудии - оказался рояль в кустах. Ну не рояль прямо, а роялишко, на три октавы, без педали. И мы очень-очень попросили Дениса сыграть кусочек из его любимого Первого концерта Чайковского для фортепиано с оркестром. Денис Чайквского не стал играть, зато исполнил «Караван» и спел «Славное море, священный Байкал» - потому что он же из Иркутска родом.

- Я помню детство. Помню, какая была погода, помню даже тот запах, который был на улице. Был снег, наш мороз сибирский, когда можно в валенках пройтись, и слышен настоящий хруст снега, без влажности. Тайгу люблю, сосны и кедры. Я помню все свои детские запахи - Ангары, которая протекала рядом с моим домом, омуля байкальского. Я люблю не только хороший парфюм, но и запах чистого сибирского воздуха.

- Один из конкурсов, которые вы патронируете, так и называется...

- Да, «Звезды на Байкале». Он уже шестой год проходит с блеском в Иркутске, там перебывали все наши знаменитые музыканты. И Гергиев, и Темирканов, и Башмет, и Спиваков, и Виктор Третьяков, и Владимир Федосеев, и балет Большого театра, Георгий Гаранян, которого тоже уже нет. Но првести конкурс - этого мало. Юные участники в бабочках потрясающе играют на рояле, на скрипке, а потом, лет в 16 обычно исчезают с горизонта. Часто уезжают за границу. Я считаю, что наша выдающаяся музыкальная школа растворилась. Педагоги получают копейки, понимаете. В Сибири это 4-5 тысяч рублей. Поэтому они и уезжают в Китай и преподают у наших конкурентов, которые потом побеждают на всех конкурсах. Весь Китай в русских педагогах. Это большая проблема.

- Минувший конкурс Чайковского – две из трех главных премий взяли два корейца. На наших дрожжах, что ли, все выросло?

- Конечно, да. Классическая музыка и, в частности, фортепиано, возведено в ранг национальной политики в Китае. Это как национальная идея, понимаете? Если рождается в семье мальчик, он автоматически идет в музыкальную школу. Частные музыкальные школы – это огромный бизнес в Китае. Раньше они думали, что можно приезжать к нам учиться в консерватории, то сейчас поняли, что выгоднее взять наших педагогов туда. В других странах то же самое. А у нас еще духовики – валторна, гобой, фагот – это просто катастрофа. В консерваториях нет даже набора.

Если, скажем, гобоист уходит из оркестра, за него идет аукцион – кто больше ему даст зарплату. На Дальнем Востоке в наших оркестрах уже играют корейцы. А ведь наша культура и таланты не менее ценны, чем наши недра.

- У вас на сайте даны ссылки на Ютюб – там фрагменты и ваших концертов. А как вы к социальным сетям относитесь?

- Я понимаю, что это тоже нужно….

- Почему? Время убивать?

- Есть и плюсы. Мгновенное донесение информации. Скажем, появилсяи какой-то поразительный концерт - и его может за секунду увидеть огромное количество человек. Я не собираюсь зарабатывать на этом. Просто жаль, что не все могут попасть на концерты в Берлин, Нью-Йорк, Лондон, Париж.

- Я вообще надеюсь, что благодаря таким как вы, все-таки рухнет стена и публика, слушающая только попсу, потечет в академические залы. И на знаменитый конкурс имени Чайковского будут приходить не только профессионалы.

- И я надеюсь. А вы знаете, что Конкурс Чайковского был на несколько лет исключен из ассоциации международных конкурсов за неуплату взноса в сто долларов.

- Какой позор. Что ж, в нашей стране ста долларов не нашлось?

- Это был 94-95-й год.

- То есть, никому не было просто дела? Денис, а что вы скажете о моде сочетать классику и попсу? Дмитрий Хворостовский, например, поет вместе с Игорем Крутым. Такой альянс популярность академического музыканта повышает что ли?

- Не думаю, что кто-то из мэтров нуждается в популяризации. Но я помню, какпели Монтсеррат Кабалье и Фредди Меркьюри. За такое я обеими руками. Не скрою, мне было очень много таких предложений. И если что-то будет на уровне Фредди Меркьюри и Монтсеррат Кабалье, я буду только за. Потому что я рисковый человек, я берегу все талантливое, я первый играл джаз в Большом зале Консерватории… И профессуре, кстати, очень нравилось. Мой профессор Доренский говорил: «что ты сегодня принес?» Я: «сонату Моцарта». - «Нет, говорит, давай сыграй что-нибудь нормальное. Давал мне темы и я играл импровизации весь урок. Поэтому все возможно. И может объявится на вашем горизонте новый Меркьюри...

- Или «Роллинг стоунз».

-Мик Джаггер! Я с удовольствием.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Мацуев Денис Леонидович родился 11 июня 1975 года в Иркутске. Мама - преподаватель игры на фортепиано, отец - композитор, пианист. В 1990 году вместе с семьей переехал в Москву. В 1993 году поступил в консерваторию. В 23 года победил на Международном конкурсе имени Чайковского. Мацуев - президент фонда «Новые имена», руководит конкурсами «Звезды на Байкале» и «Crescendo».