Не пекли бы пирожное в моргах, если пресса имела бы власть

Вот что-то мне интересно стало – как много неравных браков (когда молодые со стариками) заключается по Москве? А главное, как скоро юная половина вдовеет в подобных браках?

Еще в 90-е годы (недавно про то писал) довелось мне немало походить по квартирам – шабашить на сборе подписей за разных там депутатов, изучая попутно паспорта граждан. Что меня удивило в те времена. Заходишь, бывало: «Бабушка, распишитесь вот здесь за счастливое будущее. …Ага, и дедушку вашего позовите с паспортом». Она: «Магомет, поди сюда!». Выходит на кухню детина, годящийся ей во внуки, паспорт дает. А там и штамп о регистрации брака с этой бабулей, и прописка Магомета на данной жилплощади! Иль другая квартира – дедушка ветеран со своею женою-«внучкой» Оксаной из-под Полтавщины. А у Оксаны уже и не первый брак с дедушкой москвичом, предыдущий супруг почил недавно…

Согласитесь, все это наводит на смутные размышления и требует некого изучения.

И вот прихожу я на днях в один из московских загсов.

- Ну и что, что вы журналист? – говорит мне заведующая, - вы же не следователь из прокуратуры, и мы не обязаны вам давать никакой статистики…

И в другом из московских загсов отвечали примерно также. Что пресса им не указ, а ежели журналист и чего-то хочет, то должен согласовать где-то там на самом верху.

А и правда, кто такой у нас журналист, чтобы ему давать подобные сведения без разрешения из Кремля? Пусть пишет про свою Пугачеву, а делами серьезными должны заниматься следователи.

В идеале оно бы, конечно, так, да только следователи столь загружены, что им и в голову не придет изучать подобное. И потому аферистам разных сортов у нас раздолье.

Если спросить полицейских наших: почему не справляетесь с криминалом? Они ответят заученно: потому что общество равнодушное не помогает. Да какое там общество, ежели журналист с удостоверением не имеет права никуда сунуть нос!

Например, несколько лет назад общественность мне сообщила, что в подмосковном поселке Середниково, чуть ли не в морге туберкулезной больницы, в грязном подвале гастарбайтеры выпекают пирожные и коврижки для продажи в московских кондитерских. В милицию и прокуратуру общественность не заявляла, считая силовиков продажными, потому и донесла журналисту. А что он может тот журналист? Его пустят в больницу? Его, конечно, пропустят этак через неделю-две, после согласования, подписания всех бумаг. Разумеется, в этом морге он уже не найдет и следов пекарни.

Я тогда, правда, пробрался туда хитрым образом, хоть и нескоро. Написал. Начальники потом объяснили, что это рабочие просто готовили для себя торты на намаз…

Пусть никого и не наказали, но хоть читатели были упреждены, и пекарню, думаю, на время прикрыли. Ныне, возможно, в этой больнице также пекут пирожные, только кто же проверит?

Вот наш национальный лидер в последние времена призывает выносить толковые предложения на высокий государственный уровень. Так в этой связи я бы что предложил – круглосуточно пускать журналистов во всякие учреждения, которые не являются секретными. Ежели, например, позвонил гражданин сознательный в городскую газету и сообщил, что в школу такую-то завезли просроченные продукты. Или – в подвале детского сада такого-то заведующая поселила таджиков…. – то в таких случаях никакие бы сторожа-охранники не имели бы права встать на пути у людей с журналистскими удостоверениям и с видеотехникой.

И был бы тогда от прессы очень высокий прок. А то журналистов в стране огромный переизбыток, а пользы от их работы – мизер, поскольку им никуда нельзя без долгих согласований и ожидания разрешений.

Интересно, что скажут читатели и коллеги по этому поводу?