2018-04-02T14:13:02+03:00

За книгу, найденную на помойке, можно получить полтора миллиона долларов

В последнее время на рынке антикварных книг и артефактов цены уверенно ползут вверх [видео]
Поделиться:
Комментарии: comments25
Изменить размер текста:

Из-за границы то и дело поступают сообщения о том, что где-то на чердаке случайно нашли эскиз Рембрандта, стоящий сотни тысяч долларов. Наверное, точно так же где-нибудь на стене квартирки в Челябинске может висеть вывезенный каким-нибудь офицером во время войны небольшой Рубенс - и владельцы каждый день на него привычно смотрят, не понимая, что за сокровище у них в руках…

Ну ладно, картины - это все-таки слишком экзотично. Но представим себе, как на пыльной книжной полке стоит "Евгений Онегин", и члены семьи говорят друг другу - "Дедушка очень гордился, что у него есть такая книга, это первое издание". И никто не подозревает, что реальная стоимость этого "Онегина" - сотни тысяч долларов.

Представим себе, что человек выбрасывает на помойку или сдает в макулатуру книги, на которые можно купить себе домик у моря где-нибудь в Португалии. Представим радость другого человека, который разбирается в книгах чуть лучше и вдруг находит бесценный экземпляр. Или представим третьего, который посвятил этому всю жизнь и бегает в поисках бесценных старых изданий…

Об этой стороне букинистики - романтической и в то же время экономической - мы поговорили с Сергеем Бурмистровым, главой "Дома антикварной книги в Никитском", экспертом по культурным ценностям Министерства культуры РФ, вице-президентом Российской гильдии антикваров-книжников.

Храните деньги в «бумажном золоте»

- Такое бывало – что человек случайно обнаруживал у себя в чулане старую книжку и выяснял, что она стоит больше, чем вся его квартира?

- Один старый собиратель из Киева мне рассказывал: был у них там библиофил, чьей голубой мечтой было найти самое первое издание «Евгения Онегина». Этот роман сначала выпускался в тетрадках на протяжении нескольких лет, с 1825-го по 1832-й, по мере написания. Сейчас эти тетрадки - фетиш любого собирателя. Пойдя на киевский рынок, библиофил купил полный комплект за 3 тысячи рублей… Таких историй гуляет много. Но все они кажутся неправдоподобными, учитывая, что сегодня рыночная стоимость такого комплекта может доходить до миллиона долларов.

Нужно понимать: экземпляров, которые потенциально могут стоить миллион, осталось считанное количество. Пушкина ведь в 1820-е и 30-е покупали для того, чтобы читать, «Онегина» зачитывался до дыр. А для библиофила очень важно состояние книги. До миллиона долларов в цене доходят «девственные» экземпляры, будто только что вышедшие из печати, с сохраненными обложками. Цена на сильно обрезанные экземпляры, в переплетах 19-20 века - стоит в три-пять раз меньше. Я знаю человека, у которого был «девственный» комплект «Онегина». Он его продал в России.

- Наверное, такие книги – идеальный объект инвестиций…

- Конечно. «Бумажное золото» не падает в цене. Даже если вы сегодня придете с миллионом долларов и объявите, что хотите полный комплект тетрадок «Онегина» в идеальном состоянии, предложения не потекут рекой. Вряд ли редкие владельцы нетронутых временем экземпляров будут готовы с ними расстаться даже по очень заманчивым ценам, ведь как говорят старые антиквары, купил – нажил, продал – потерял. Мой знакомый продал его просто потому, что понадобились деньги, или потому что захотел купить другую книгу – это нормальная ситуация для коллекционеров.

Причем, как правило, подобные продажи происходят не через аукционы, а через частных дилеров или антикварные галереи. Человек, покупающий такую книгу, не хочет афишировать свою покупку, человек продающий – тоже. На Западе проиходит тоже самое. Думаю, более 50 процентов подобных сделок проходит втайне от общественности.

- Почему? Не хочется платить налоги? Или не хочется, чтобы потом за тобой ходили и спрашивали, - где ключ от квартиры, где книги лежат?

- Многие не хотят афишировать уровень своих доходов. Не из-за налогов даже, а просто существует, особенно у старых собирателей, некоторая историческая память. Они помнят, как после революции реквизировались частные коллекции. Поэтому не хотят, имея хорошие коллекции, публиковать их каталоги и в принципе о них рассказывать… А вдруг тебя возьмут на заметку и в случае чего придут, чтобы эти вещи отправить в музей или продать за границу? Любой коллекционер - человек с определенной сумасшедшинкой. Были случаи, когда один из собирателей узнавал, что у второго есть та или иная книга - и просто не давал ему прохода. Как отец Федор из «Двенадцати стульев», отовсюду вылезал и предлагал все большие, совершенно безумные суммы или другие книги на обмен…Есть, конечно, открытые коллекционеры, публикующие каталоги своих собраний, популяризирующие библиофильскую деятельность. Но есть действительно те, кому не нужно славы, достаточно обладать раритетом. Да, увидеть редчайшие книги в Ленинской библиотеке может любой. Но совсем другое дело – знать, что сокровище стоит у тебя на полке, ты можешь его достать, подышать на него и поставить обратно. Библиофилы книг из своих собраний не читают. Берегут.

«Блокнот Венички Ерофеева без эмоций не прочтешь, - говорит Сергей Бурмистров. - Писатель и в быту не стеснялся в выражениях».

«Блокнот Венички Ерофеева без эмоций не прочтешь, - говорит Сергей Бурмистров. - Писатель и в быту не стеснялся в выражениях».

Сокровища в макулатуре

- Наверняка же есть люди, которые целенаправленно охотятся за книгами. То есть ходят по рынкам в надежде найти бабушку, которая вынесла продавать старинные издания, или, допустим, рыщут по помойкам…

- Конечно. Антикварный бизнес достаточно элитарный. Людей, которые занимаются поиском коллекционных вещей, не очень много. И еще в дореволюционной России существовало такое понятие, как «холодный букинист» - это человек, который поставлял интересные книги для магазинов, для собирателей. Он постоянно в движении, ходит и по блошиным рынкам, и по помойкам, и по частным квартирам, и улов его может быть совершенно неожиданным. И сейчас нам на аукцион приносят вещи частные дилеры, «холодные букинисты».

Однажды мне принесли достаточно толстый каталог промышленного американского оборудования 1939 года, который практически на каждой странице был испещрен пометками Сталина. Тот почти каждое описание машины комментировал: это нужно попробовать скопировать, это обязательно закупить. По легенде, этот каталог нашли на помойке бомжи, потом принесли частному дилеру, продали буквально за копейки. Постепенно книга двигалась: от «холодного букиниста» - к магазину, оттуда – к другому магазину, в какой-то момент кто-то понял, что комментарии – сталинские…Экспертиза подтвердила. И...

И это нормальная история. Это позволяет многим книгам выжить.

В постперестроечное время, когда многие библиотеки были расформированы, на помойки выкидывали книги совершенно уникальные, стоившие безумно дорого. Их некоторые подбирали, чувствуя, что это интересно. Хранили дома. Но потом, в силу того, что вещь непонятная и ненужная, приносили в магазин, оценивая, допустим, долларов в сто и не подозревая, что вскоре она будет продана за многие тысячи долларов.

- Бывает, что книги просто крадут из библиотек. Но их можно потом продать?

- Коллекционеры, особенно серьезные, библиотечные штампы не любят. Это признак возможного криминального прошлого книги. Даже к штампам дореволюционных библиотек некоторые относятся недобро, хотя уж с ними-то проблем никаких… Вообще, тут уж ответственность каждого продавца – брать или не брать книгу с явным или сведенным штампом. С одной стороны, доказать, что книга криминальная, если не прослеживается конкретная кража из конкретной библиотеки, практически невозможно. С другой стороны, и продать ее потом практически невозможно. Цена падает во много раз.

- В советское время в пункты сбора макулатуры приносили множество книг. Наверняка были люди, которые договаривались с заведующими этими пунктами и отбирали ценные книги?

- Да. Я знаю библиофилов, собравших с помощью пунктов приема макулатуры великолепнейшие библиотеки, которые сегодня собрать уже невозможно. Представьте, например, журналы 1830-х или 1840-х годов – они внешне не очень красивые, не переплетенные. Сегодня такой журнал-многотомник представляет огромную редкость. А для того времени это была просто нагрузка на небольшую хрущевскую квартиру. Непонятные какие-то брошюры… И вот пионеры и бабушки шеренгами несли все это в пункты сбора макулатуры, чтобы обменять на Дюма. Конечно, большинство таких вещей попадало на полки к собирателям.

Мне рассказывали такую легенду. Еще в 20-е или 30-е годы одному из видных книгопродавцев и собирателей поручили разобрать книги – видимо, из реквизированной частной библиотеки. Ерунду отправить в макулатуру, ценные экземпляры - в музеи и государственные библиотеки. Себе он, конечно, ничего взять не мог. И ему встретилась не переплетенная книга «Путешествие из Петербурга в Москву» 1790 года. Он очень сильно разволновался, но что делать? Под пиджак ее не спрячешь. Поэтому он отложил книгу в макулатуру и подумал: закончится рабочий день, он что-нибудь придумает и вернется за ней.

Куда-то он отлучился, а потом пришел назад – и узнал, что макулатурщики уже приехали и все забрали. Он метнулся к окну, увидел отъезжающую машину с макулатурой. И понял: если бросится ее останавливать, все поймут, что дело нечисто… Но у него дома уже был свой экземпляр Радищева, и он решил, что этот экземпляр теперь, с уничтожением найденного, станет еще более ценным. Чем ему еще было утешаться? Разве тем, что на пункте сбора макулатуры был другой специалист, который все-таки заметил эту книгу и спас ее от превращения в бумажную массу.

Почти весь тираж первого издания книги Радищева был уничтожен по приказу Екатерины II. Уцелевшие экземпляры стоят от $500 тыс. до $1,5 млн. А автограф Пушкина - до полутора миллионов...

Почти весь тираж первого издания книги Радищева был уничтожен по приказу Екатерины II. Уцелевшие экземпляры стоят от $500 тыс. до $1,5 млн. А автограф Пушкина - до полутора миллионов...

Как Ельцин чуть не отдал Библию Гутенберга

- К сожалению, в макулатуре все-таки погибло множество ценных книг. Если говорить о Европе, то там в XIX или XX веках антиквариату было как-то спокойнее, и в силу этого сохранились большие коллекции, огромная масса книг. К тому же сейчас там существует институт комиссионеров, тесно работающих с риэлторами. Люди продают недвижимость, переезжают, - и перед этим зовут людей из специальной службы, которые оценивают мебель, книги, советуют, что и за сколько можно продать. Я думаю, что в больших городах России – Москве, Санкт-Петербурге - за этим тоже будущее. Потому что огромное количество квартир расселяется, выселяется, и многие вещи оказываются на помойке в силу безграмотности их владельцев.

- Но к вам с улицы приходят люди, не ваши постоянные клиенты, с ценной литературой?

- Да. Это часто случается. Попадаются ценные книги, но процентов 95 не интересны ни нам, ни собирателям: с их точки зрения это ширпотреб. При этом люди мало ориентируются в истинной цене книги: они могут залезть в интернет, увидеть, как что-то подобное выставлено на продажу за 100 000 рублей – но не понимать, что это безумное предложение висит в сети уже лет восемь, и покупателя до сих пор не нашлось, потому что реальная цена книги – 5 000. Ты все это объясняешь, а люди думают, что ты их обманываешь…

Именно поэтому мы впервые в России объединили комиссионную и аукционную систему продажи книг. Аукционная продажа делает сделку абсолютно прозрачной, на аукционной площадке встречаются покупатели, которые в борьбе за книгу или автограф формируют оптимальную стоимость предмета. Были случаи когда цены на аукционе взлетали до космических высот – ни у кого не хватило бы смелости предложить такую цену, сдавая предмет просто на комиссию в магазин.

Прекрасный пример тому переписка двух столпов космической науки – Королева и Циолковского. На одном из наших аукционов тоненькая брошюра Циолковского, подаренная Королеву с развернутой дарственной надписью великого калужского ученого стартовав с нескольких десятков тысяч рублей была продана более чем за полмиллиона рублей.

- Вам наверняка рассказывали какие-то детективные истории про редкие книги…

- Есть история – даже две - про Библию Гутенберга, с которой началось книгопечатание в Европе, величайшую редкость. Одну историю мне рассказывали в Ленинской библиотеке, вторую – в отделе редких книг библиотеки МГУ. Там есть экземпляры Библии, после войны вывезенные из Германии. Конечно, хранятся они под постоянным надзором в сейфе за семью печатями.

Во времена Бориса Николаевича Ельцина, который очень сильно любил дарить подарки своему другу Гельмуту Колю, в Ленинке раздался звонок: Ельцин собирается в Германию, надо взять с собой Библию, чтобы передать в дар канцлеру, будьте добры доставить ее в администрацию президента.

Но в Ленинской библиотеке тогда шла инвентаризация, и когда пришли за Библией (сегодня цена на рынке 25-30 млн. долларов - Ред.), сотрудники сказали: «У нас сейчас полный бардак, вот все наши фонды, миллионы книг - идите, ищите сами». Они не рискнули.

Вероятно, потом они пошли за вторым экземпляром в МГУ. Но там смогли позвать на помощь влиятельных людей из научного и творческого мира, которые устроили небольшой кипеж, пригрозив, что предадут дело огласке. Таким образом Библии Гутенберга и удалось сохранить в России...

Медкарта Высоцкого и блокнот Ерофеева

- К вам попадают не только книги, но и автографы, любопытные документы. Чей автограф сегодня считается самым ценным?

- Конечно, Пушкина. За ним - Гоголь, Лермонтов и Достоевский. В цене политические деятели XVIII-XIX веков. Разумеется, Петр I. Екатерина II, Павел I, Николай II. У нас на аукционе проходили документы, подписанные Сталиным, Брежневым. Были автографы Наполеона. Здесь важно, что за автограф. Если письмо Жозефине - это «клад», а если стандартное распоряжение - не так ценно.

- Сколько может стоить не дежурный автограф Пушкина?

- Некоторое время назад нам предлагали небольшой автограф Александра Сергеевича на книге - буквально несколько слов. Владелец оценил его в $1,5 миллиона. С моей точки зрения, это много. Средняя цена красивого автографа или письма начинается где-то от 500 тысяч долларов. Автограф поставлен на старой бумаге, орешковыми чернилами, которые в сегодняшних условиях изготовить достаточно сложно. В силу того, что подобных реликвий с провенансом (история владения художественным произведением, исключающая подделку - Ред.) крайне мало, думаю, владелец будет долго его продавать. Но продаст.

- А вам приносят нестандартные артефакты? Например, флюорографию Сталина?

- Подобные вещи ценятся среди коллекционеров. Один собиратель рассказывал мне историю: после смерти Высоцкого (а он лечился в той же поликлинике, что и Владимир Семенович), ему позвонила медсестра – с предложением купить медицинскую карту певца. Он замешкался, и когда через несколько дней пришел, карта уже исчезла. Курьезные лоты попадаются. Например, у нас был выставлен пакетик из-под аспирина, на котором было написано «господину Пушкину». Его выписли, скорее всего, внуку писателя.

- У вас за стеклом стоит записная книжка Венедикта Ерофеева. Как она к вам попала?

- Ерофеев лежал в больнице и не мог говорить, у него диагностировали рак горла. Общался посредсвом блокнотов - их было несколько. Этот предоставил нам на аукцион один из уважаемых дилеров - он его приобрел его то ли у наследников, то ли у близких друзей Ерофеева. Эти записи оценены, если я не ошибаюсь, в 1 250 000 рублей.

- Сколько могла бы сегодня стоить медицинская карта Высоцкого?

- Сложно сказать. У нас на аукционе были представлены автографы Высоцкого. Первый, достаточно простой, при стартовой цене в 30-40 тысяч рублей, ушел за 460 тысяч. Люди узнали и стали приносить еще. Второй автограф продался дешевле - за 300 тысяч рублей. А третий - не продался вообще. Перегрели рынок.

- А, если бы к вам попала медицинская карта Высоцкого, что бы вы с ней сделали?

- (после паузы) Я бы купил ее себе и никому про это не рассказал!

- Иосиф Виссарионович, черкните пару строк на память, озолотите ручку!

- Иосиф Виссарионович, черкните пару строк на память, озолотите ручку!

НА ЗАМЕТКУ

Самые дорогие отечественные книги:

- Книги первопечатника Ивана Федорова (XVI век) и его учеников. Их осталось мало. Большинство экземпляров учтены. Но всегда есть шанс, что где-то возникнет еще один. С определенной периодичностью на аукционах и в частных продажах появляется «Острожская библия» Ивана Федорова. Гораздо реже – его «Московский апостол».

- Растут в цене книги первой половины XIX века иллюстрированные известными художниками. Пользуются спросом редкие монографии по русской истории XIX века, по военной истории.

- «Уничтоженные книги». Некоторые классики в начале своего пути не могли пережить критические отзывы, расстраивались настолько, что в порыве творческого безумия скупали тираж и уничтожали. Вот легендарная первая книга Гоголя «Ганц Кюхельгартен» - объект желания любого русского библиофила, редчайшая вещь… Цена одного экземпляра книги, спасшегося от авторского отчаяния, может доходить до полумиллиона долларов.

- Первые книги будущих классиков, вышедшие, когда их никто не знал. Например, сборник стихов Набокова «Горний путь», вышедший тиражом 500 экземпляров, когда автору было 17 лет.

- Интересны все прижизненные издания классиков – Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Островского, Достоевского. Особенно в хорошем состоянии, в издательских переплетах, с автографами.

ЕЩЕ ДВЕ ИСТОРИИ

Татьяна Георгиевна Кудянова, начальник отдела антикварно-букинистической литературы книжного магазина «Москва»:

«Не все то «золото», что старина»

- История знает разные невероятные случаи. Например, когда человек, не зная о цене раритета, отдавал книгу. Потом выяснялось, что книга дорогая, и он, не выдержав такого сильного огорчения, совершал самоубийство, - говорит Татьяна Георгиевна. - Это все описано в литературе. У нас чаще обратные ситуации - люди приносят старые книги, думая, что они стоят состояние. Но это, увы, не так. Хотя, случается разное. Например, два-три года назад к нам пришел парень, принес прижизненное издание лермонтовского "Героя нашего времени». Думал сдать книгу за пять тысяч рублей. Когда же мы объяснили, что это за раритет, и продать его можно за 50 тысяч отнюдь не рублей, он сдавать ее не стал и забрал обратно.

Или вот еще история: шесть лет назад нам в магазин люди стали буквально мешками приносить дореволюционные юридические книги в хорошем состоянии. Оказалось, на Арбате кто-то вывез на помойку редкую библиотеку. Скорее всего, наследники недооценили коллекцию или просто не хотели ей заниматься. Все книги были проданы. Боюсь ошибиться, но, кажется общая сумма получилась около 50 тысяч долларов.

Куда нести свои старые книги

В Москве не так много надежных букинистических магазинов. Помимо "Дома антикварной книги в Никитском" (Никитский пер., д. 4а, стр.1), это букинистические отделы крупнейших книжных магазинов: "Москвы" (Тверская, 8), "Библиоглобуса" (Мясницкая, 6/3, стр.1), "Московского дома книги на Новом Арбате" (Новый Арбат, 8). А также "Антикварная лавка в Калашном переулке "Акция" (Б.Никитская. 21/18, вход с Калашного пер.) и "Читальный зал дяди Гиляя" (Никитский б-р, 8)

"Книга на миллион".В последнее время на рынке антикварных книг и артефактов цены уверенно ползут вверх.

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также