Девальвация праздников

Я точно помню - было весело. За неделю до 23 февраля девочки собирались в сторонке и совещались, как поздравить мальчиков. «Планов громадье» выливалось в подаренные каждому «защитнику отечества» кружку и открытку. За неделю до 8 Марта мальчики не собирались. Мы точно знали: шоколадка и букетик фиалок.

За неделю до 1 Мая в класс приходил директор школы: «Завтра у нас репетиция праздничной демонстрации. Если какая-нибудь сволочь с нее сбежит...» За неделю до 7 ноября он говорил примерно то же. Правда, перед Пасхой оригинальничал: «Если завтра хоть одну гадину увижу в радиусе ста метров от церкви...» И на вопрос про свободу вероисповеданий: «Молчи, табуретка!» Новый год вообще - святое дело.

Только День Конституции как-то дежурно проходил.

И ведь нравилась нам эта суета. Теперь и не знаю - то ли «так молоды мы были», то ли и правда - «праздник-праздник».

Сейчас... Торжества, спущенные сверху, проходят как-то скомканно. Даже названий новых «красных дней» уж который год запомнить не можем. Подброшенные с Запада типа Дня св. Валентина и Хеллоуина порицаем и рассказываем, что их капиталисты придумали для выкачивания денег из лопоухого населения. Мы выше этого. Только Новый год незыблим. И ему - все внимание.

Вы заметили - подготовка к нему все продолжительнее? Раньше хоть зимы дожидались. Теперь уже в середине ноября начинают выставлять елки, наряжать витрины и имитировать распродажи. Полтора месяца предвкушения, еще полтора - отмечание и ликвидация последствий. Глядишь - зима прошла. Наскоро пьем за 23 февраля и 8 Марта и сразу начинаем готовиться к летним отпускам.

Почему так? В прошлом веке ведь вечер - на подготовку, сутки - на веселье и - на работу с чистой совестью. А потому, что Новый год у нас практически один и остался. Остальное либо устарело, либо не прижилось, либо заполитизировано, либо «со слезами на глазах». А праздника хочется всегда.

Ну, с наступающим...