Глория + Корнелия увидят «медведя»

«Побочные эффекты» - очереднаяоделке Стивена Содерберга, прикидывающаяся фармацевтическим триллером

Нынешний Берлинале - не только про подавление личности, хотя места заключения были представлены в широком ассортименте: тюрьма, монастырь, типовая казахская школа, «диетический лагерь» Зайдля, шикарная вилла Панахи, наконец, психушка, в которой коротает долгие годы Камилла Клодель...

Нынешний Берлинале еще и на удивление женолюбив, феминоцентричен. В некоторых фильмах, как в «Монахине» по Дени Дидро, мужчин практически нет вовсе. В других, где они вроде бы наблюдаются, эти феминизированные, заслуживающие сострадания, никчемные существа являют собой скорее пародию на мужчин. Либо играют совершенно служебную роль, несмотря на попытки звезд типа Джуда Ло обеспечить себе место в центре сюжета. Как в каких-нибудь «Побочных эффектах» - очередной поделке Стивена Содерберга, прикидывающейся фармацевтическим триллером только для того, чтобы оказаться банальным нео-нуаром с высосанной из пальца «шоковой» развязкой.

Герой Джуда в ней - существо абсолютно подчиненное обстоятельствам, которыми рулят две коварные лесбиянки. Видимо, именно за их проделки отдувается другая лесбийская пара в фильме Дени Котэ «Вик + Фло видали медведя», попадающая в медвежий капкан — другого объяснения этому происшествию найти трудно.

Некоторые (скажем прямо, нелучшие) конкурсные фильмы сняты женщинами (провальная «Лейла Фури» подававшей надежды Пии Марэ, «Во имя...» Малгожки Шумовской, простецкое роуд-муви с Катрин Денев «На моем пути» Эмманюэль Берко). В некоторых берлинских картинах мир был представлен исключительно с точки зрения главных героинь (фильмы даже названы их именами - «Глория», «Лейла Фури», неожиданно впечатлившая «Фрэнсис Ха» Ноя Баумбаха и провальная «Лавлейс», показанные в «Панораме»). Наиболее выигрышно в этом контексте смотрелась чилийская картина «Глория» Себастьяна Лелио, вызвавшая сильное раздражение могущественных российских интеллектуалов, но при этом купленная всеми странами и получившая высший балл по опросу мировой критики, поднявшей ее на щит.

Это раритетный на фестивалях образчик кино формата «feel good» - фильма, после которого остается приятное послевкусие, хотя режиссура его не манипулятивна, а сценарий отвергает всякую сентиментальность. В центре - прекрасно сохранившаяся 58-летняя женщина, не то, чтобы сильно, но и не так, чтобы слегка переживающая свое одиночество - не то, чтобы полное, но мужика в доме нет. Сведя знакомство на танцах с совсем дряхлым, не в пример себе, дедушкой, Глория сразу же отдается ему душой и телом (возрастной секс явлен на экране без всякой пошлости, то есть зримо и аутентично, без ханжества).

Но роман не клеется: избранник Глории - типичная рохля, ни два ни полтора, ни рыба ни мясо, он постоянно оглядывается назад и, будучи физически не в состоянии ни на что решиться, не может даже рассказать о новых отношениях своим дочерям. Лучшее, что есть в фильме - это его финал, в котором Глория, в максимально игровой форме отправившая старца ко всем чертям, как и зритель, приходит, наконец, к пониманию того, что для счастья у нее уже давно все есть.

Не хватает только кошки, но соседское животное любезно спускается к ней в квартиру. И сиротливо искавшая себе пару на танцплощадках героиня не без кайфа отплясывает в финале под старую итальянскую песню «Глория» - одна, в гордом одиночестве.

Изнанка женской силы, способной уничтожить вокруг себя все живое, убедительно продемонстрирована в румынской картине «Поза ребенка» Калина Петера Нетцера - еще одной ленте, не получившей одобрения у суровой русской критики, приговорившей ее к постыдному прозябанию где-то в марьинском мультиплексе (по мнению осведомленных коллег, именно в мультиплексах Марьино отлично себя чувствует румынское кино), но вызвавшей шквал одобрения у международной прессы и у представителей кинобизнеса.

Главная героиня, Корнелия (еще одна кандидатка на приз за лучшую женскую роль Люминита Георгиу), - прожженная дама со связями, всеми правдами и неправдами вызволяет своего амебного сына из сложнейшего положения, в котором он оказался, сбив на дороге подростка. В дело брошена самая тяжелая артиллерия - и это при том, что задроченный матерью сын в грубой форме отказывается от ее услуг. Впрочем, что еще остается состоятельной «новой румынке» (едва ли не в первый раз героями фестивального румынского кино стали «богатые», а не «бедные»), если сын не может самостоятельно ни перед родителями погибшего извиниться, ни с ментами договориться, ни взятку свидетелю дать? Бабье царство завершилось выходом на помост королевы: последней картиной конкурса стало традиционное роуд-муви Эмманюэль Берко «На моем пути» с участием неувядаемой Катрин Денев.

Гранд дама европейского кино играет простую нормандскую официантку, которой обрыдла скучная жизнь в маленьком городке и советы 90-летней мамаши, как и полвека назад, запрещающей ей курить. От всего этого Денев бежит на своем «Мерседесе» на встречу экс-победительниц конкурса красоты, попутно восстанавливая разрушенные семейные связи и сводя знакомства с парнями втрое моложе себя.

Но там, где проворная Паулина Гарсия в роли охочей Глории спокойно обнажала свое чуть тронутое возрастом тело, статуарная Катрин Денев предстает по самое горло закутанной в полотенца. Королевский статус Денев, разумеется, совершенно непоколебим, и даже режиссерские усилия Эмманюэль Берко не в силах его пошатнуть, но главной актрисой Берлинале сегодня вечером признают другую немолодую женщину.