Владимир Соловьев: Березовский воспринимал людей как расходный материал на большой шахматной доске

Владимир Соловьев: Березовский воспринимал людей как расходный материал на большой шахматной доске

Фото: Вадим ШЕРСТЕНИКИН. Перейти в Фотобанк КП

Журналист и телеведущий Владимир Соловьев прокомментировал специальному корреспонденту “КП” Александру Коцу столь неожиданную кончину российского олигарха Бориса Березовского:

- Он был крайне необязательным человеком. Известный афоризм «Деньги были, деньги будут, сейчас денег нет», который я вложил в уста Березовского, и есть мой вывод от многолетнего общения с ним. Он очень любил обещать, но очень не любил выполнять обещания. Я с ним сталкивался, когда он был хозяином ТВ-6. Тогда начались задержки по зарплате, бесконечные проблемы... Он очень огорчался, когда ему говорили, что долги надо оплачивать.

При этом он любил обаять, обожал широкие жесты. Хвастался, что дарил губернаторам определенную марку часов «Патек Филипп»: «Это я так своих губернаторов мечу». Очень любил мистификации, показывать, что только он знает истину в конечной инстанции. Абсолютно не уважал собеседника, был убежден, что обыграет любого. Вел себя как человек, которого мучает отсутствие умных людей в мире. Березовский воспринимал людей как расходный материал на большой шахматной доске его политических амбиций. Поэтому человеческая жизнь для него не значила ровным счетом ничего.

Если говорить о вмешательстве в журналистское ремесло, то мне он ничего не диктовал, у меня просто характер специфический. Он, кстати, плохо чувствовал нюансы и плохо разбирался в людях. В то же время был способен на странные для него поступки. У него долгое время работал Михаил Генделев, которого он считал очень талантливым политологом. А Михаил, кроме всего прочего, был великим русским поэтом. И эту его сторону деятельности Березовский не знал абсолютно.

Генделев в один период времени очень тяжело болел, и Березовский оплатил часть расходов по лечению, хотя перед этим обманул с зарплатой. Но все-таки это был прагматизм - если в данный момент это нужно, он делал. Нет - и бог с ним. Он в один момент мог говорить тебе: «Старичок, это гениально!» И тут же: «Ты ничего не понимаешь, я сейчас тебе все объясню». Как-то он меня пытался убедить стать президентом Российской Федерации. Я ему говорил: «Борис, если мне, журналисту Соловьеву, попадется на зубок кандидат в президенты Соловьев, я от него не оставлю камня на камне». Он мне: «Ты ничего не понимаешь, мы все сделаем сами, ты главное ничего не трогай. Правительство мы тебе назначим, людей мы тебе дадим». Я отвечал: «Отличная работа. Но зачем мне это?» Таких вопросов он просто не понимал, ему они и в голову не приходили.

А бывали и реальные угрозы моей жизни. Когда появилась оперативная информация, что Борис Абрамович, вежливо говоря, кое что планирует, ФСБ предпринимала определенные меры по защите моей семьи и меня. И мне потом люди говорили, что когда зашла речь о «сакральной жертве», я мог бы быть мишенью. И я предупредил ряд людей, которые находились в «мягком рейтинге» Березовского - Иру Хакамаду, Борю Немцова, Ивана Рыбкина. Когда господин Рыбкин вдруг внезапно исчез, все это очень точно попадало в ожидание того момента. Вообще, если посмотреть, то жизненный путь Березовского был обрамлен смертями людей. Причем смерти были разные и большинство из них - криминальные. И на него покушались немало, но он был человеком смелым. Он был убежден, что наверно в чем-то даже бессмертен. Ему казалось, что Бог его хранит.