Зоська Верас дружила с Богдановичем и учила белорусскому языку Короткевича

Зоська Верас была центром притяжения белорусов. 1978 год

Мы, наверное, очень богатая на таланты и яркие личности нация, поскольку позволяем себе забывать людей, которые прожили жизни ради белорусской идеи. Что вы, уважаемые читатели, знаете про Зоську Верас? А ведь она, прожив почти век (умерла на сотом году жизни), сделала для нашей истории больше, чем многие видные исторические деятели. Ну, к примеру, она была в числе тех, кто в 1916 году принимал Максима Богдановича в Минске, заботился о нем. Зоська Верас (тогда еще юная девушка Людвика Сивицкая) была движима идеей белорусского Возрождения. Это только одна маленькая страничка ее долгой и такой удивительной жизни. Почти 70 лет прожила она в небольшом глинобитном домике в Панарском лесу под Вильней.

Поэт и литературовед Михась Скобла стал составителем вышедшей книги «Я помню ўсё», в которую вошли воспоминания и почти четыре сотни писем писательницы, переводчицы, мемуаристки, просветительницы Зоськи Верас.

- Мне посчастливилось встретиться с ней в ее Лесной хатке - в далеком 1987 году. А пока готовил эту книгу, просто влюбился в эту удивительную женщину, - признался Михась.

- Ее воспоминания о Максиме Богдановиче издавались еще в советские времена?

- Да, но в цензурованном виде. Людвика Сивицкая (псевдоним Зоська Верас закрепился за ней с 1918 года) с приехавшим в Беларусь поэтом очень подружились, на протяжении всех пяти месяцев, пока Максим жил в Минске, они виделись каждый день, ходили вместе на работу в Товарищество помощи жертвам войны. Сохранилась записка, написанная рукой Богдановича и адресованная Людвике: «Сягодня пачуў, як Ваша мама сказала: «бедная мая дзяўчынка». Увесь вечар думаю аб гэтым і да нічога не магу дадумацца. Жывем як чужыя». В воспоминаниях Зоськи Верас есть масса любопытных историй. К примеру, о том, как Богданович отказывался пить чай с сахаром, каждый раз откладывал его для детей из белорусского приюта. И собрал целую наволочку сахара!

Людвика Сивицкая (Зоська Верас) в роли Ганки в пьесе "Модны шляхцюк". 1910 год.

ПЫТАЛАСЬ СБЕРЕЧЬ ПЕЧАТЬ БНР

- Сложно представить, сколько событий пережила Зоська Верас. Одних войн, если не ошибаюсь, шесть.

- Она умерла в октябре 1991-го. Всем нам, ее знавшим, очень хотелось, чтобы она дожила до 100-летия, чтобы встретила юбилей в окружении близких и друзей. Зоська Верас - одна из интереснейший фигур в белорусской истории ХХ столетия. Про нее можно романы писать и фильмы снимать. Белорусы склонны к тому, чтобы быть наблюдателями: мол, «мая хата з краю». А Зоська Верас всегда оказывалась в самой гуще событий. Взять хотя бы переломные для Беларуси годы - 1917 - 1918. Она была делегатом Первого Всебелорусского съезда - первого такого представительного народного собрания, на которое собрались представители со всей Беларуси. На съезде ее избрали секретарем, и она вела подробный протокол. Теперь это бесценный исторический документ.

- А он сохранился?

- Да, за сохранность этого документа она очень переживала, а передавать кому-либо было рискованно. Представьте советские времена, многие делегаты съезда были репрессированы, события, происходившие в Минске накануне БНР, считались крамольными. А у Зоськи Верас в Лесной хатке, в каком-то потайном сундучке лежит протокол, написанный ее рукой. От времени бумага уже начинает рассыпаться. И она осторожно начинает разузнавать в письмах, кто может сделать копии. Понятное дело, это должен быть надежный человек. Тогда даже пишущие машинки были на учете. Наконец такой верный человек нашелся - руководитель виленского клуба «Сябрына» Валентин Стэх. В воспоминаниях Зоськи Верас о тех временах немало очень интересных деталей. К примеру, как она генералу Киприану Кондратовичу - тоже делегату Первого Всебелорусского съезда, приколола на грудь бело-красно-белый флажок.

- Читая ее воспоминания, понимаешь, что мы в 1918 году были действительно в одном шаге от независимости.

- Это понимали и большевики. Поэтому съезд в Минске был брутально разогнан, а почти все члены Рады БНР впоследствии уничтожены. Долгое время придворные историки вбивали нам в голову, что БНР возникла при поддержке немцев. А немцы, войдя в Минск, конфисковали кассу БНР и выбросили Секретариат БНР из Губернаторского дома. Зоська Верас описывает, как она хотела печать из стола забрать, а какой-то кайзеровец ее за руку схватил. Понятно, что Белорусская Народная Республика была провозглашена вопреки и немцам и большевикам.

ЗНАЛА ВСЕ БЕЛОРУССКИЕ РАСТЕНИЯ

- Когда пытаешься рассказывать кому-нибудь о Зоське Верас, невозможно найти одно определение.

- Согласен. Она была хорошей писательницей - поэтом и прозаиком, начала печататься в «Нашай Нiве» еще в 1911 году, почти одновременно с Янкой Купалой и Максимом Богдановичем. Она была лексикографом - в 1924 году издала белорусско-польско-латинско-русский словарь, которым и в наше время пользуются языковеды, поскольку лучшего просто нет. У Зоськи Верас и сегодня можно поучиться белорусскому языку. Скажем, мы все привыкли говорить «маці-і-мачыха», а по-белорусски это - «падбел». Зоська Верас следила за чистотой белорусского языка и часто выговаривала за русицизмы и Владимиру Короткевичу, и Яну Скрыгану, и Янку Брылю. Короткевич признавал безупречный авторитет Зоськи Верас, называл ее «наш батанiчны бог». А чтобы меньше делать ошибок, переписал себе вручную весь ее словарь! Но зато как радовалась Зоська Верас, когда Короткевич в своих произведениях исправил «касцёр» на «вогнішча», а «кіпрэй» на «малінавы скрыпень»!

- А откуда она так хорошо знала белорусский язык?

- Зоська Верас была филологом от Бога, от природы. Она ведь даже не имела высшего образования. Единственное ее образование - курсы для пчеловодов и огородников в Варшаве. Ее родина - Гродненщина, Белосточчина, Сокольщина (теперь это Польша). Там и сейчас очень хорошо говорят по-белорусски. Как у музыкантов есть абсолютный музыкальный слух, так у Зоськи Верас был абсолютный языковой слух.

А еще Зоська Верас была издателем и редактором - издавала в Вильне три журнала: «Заранку» и «Пралескі» для детей и «Беларускую борць» для пчеловодов. Последний выходил почти 10 лет и пользовался огромной популярностью. Зоська Верас собрала книгу рецептов «Лечебные травы». Обращаюсь к потенциальным издателям - издайте ее и не прогадаете...

РЕПРЕССИИ В БЕЛАРУСИ НАЧАЛИСЬ С МУЖА ЗОСЬКИ ВЕРАС

- Про личную жизнь в воспоминаниях она пишет как бы вскользь…

- Потому что на первом плане у нее была жизнь общественная. А жизнь семейная началась с драмы. Первый муж Зоськи Верас, публицист и министр в Раде БНР Фабиан Шантыр был в 1920 году расстрелян большевиками. О расстреле она узнала из газет, когда у нее на руках уже был маленький сын Антон. Фабиан его ни разу даже не увидел.

Первого мужа Фабиана Шантыра расстреляли в 1920 году

- А почему она перебралась жить в лес?

- Ну, это не совсем лес. У Лесной хатки был городской адрес - улица Ревоню. До окраины Вильни там всего метров пятьсот. Они с матерью купили там землю, построили из глины домик и жили. Может быть, там было поспокойнее. Ведь к тому времени на смену польским репрессиям пришел сталинский террор. В 1926 году Зоська Верас повторно вышла замуж за Антона Войтика, у них родилась дочь.

- А чем она занималась в годы Второй мировой войны?

- Это загадка, которую я не разгадал до сих пор. Ни одного документа, ни одной фотографии. Когда я встречался с ее внуком Ярославом Войтиком, который живет в Вильне, то спрашивал его об этом. Он пошутил: «Может, она в своем лесу и не заметила, что война была…» Думаю, что заметила - в Вильне в годы войны выходили белорусские газеты, жили и творили белорусские писатели, тот же Франтишек Алехнович. К тому же сын Зоськи Верас Антон Шантыр и зять Левон (сын бывшего премьера БНР Антона Луцкевича) после войны были арестованы и приговорены к 10 годам лагерей. Оба они были в батальоне «Дальвиц» (состоял из членов Белорусской краевой обороны, созданной на территории оккупированной Беларуси. - Ред.). Сын Антон вернулся из ГУЛАГа тяжелобольным и умер относительно молодым. Не удивительно, что вокруг Зоськи Верас объединялись белорусы, прошедшие сталинские лагеря. Они сами себя называли «виленскими недобитками».

ЛЕСНАЯ ХАТКА – БЕЛОРУССКАЯ МЕККА

- А как вы попали в ее хатку?

- Перед самым распадом Советского Союза я служил в армии как раз в Литве, неподалеку от Вильни, был фактически оккупантом Литвы, нас литовцы так и называли «десантос оккупантос». Даже в самоволку хотел съездить к Зоське Верас. Но не вышло. Когда демобилизовался, историк Анатоль Сидаревич сказал: «Надо с тебя стрясти советскую солдатскую пыль». И мы поехали в Вильню. Представьте, идете вы по красивому лесу и вдруг на взгорье видите хатку-мазанку. Я больше никогда в Беларуси не видел мазанок. Хатка простояла около 60 лет и сгорела в 1990 году, когда хозяйка там уже не жила. Кстати, найти ее было не так просто. Обычно всех гостей в Вильне встречал Левон Луцкевич. Мы же отправились без провожатого, на свой страх и риск - и нашли. А Владимир Короткевич однажды проблуждал в лесу целый день и так и не нашел хатку. Потом Зоська Верас писала ему: «Наш Панарскі лес просіць у вас прабачэння».

В Лесной хатке Зоська Вера прожила почти 70 лет.

- А в Беларусь она не хотела переехать?

- Виленский край - этническая белорусская земля, она себя эмигрантом не считала. Вильню и Виленщину подарил Сталин литовцам в 1939 году. Правда, когда Зоську Верас принимали в Союз писателей, возникла проблема. Она ведь никогда не имела постоянной работы, у нее не было трудовой книжки, стажа. Ей никто не платил пенсии. А писатель в советское время имел право на 100 рублей пенсионных. И тогда Нил Гилевич предложил ей вступить в писательскую организацию. Но в Союз писателей Зоську Верас не могли принять, поскольку она не была прописана в БССР. Выход из сложной ситуации нашел историк Генадзь Кахановский - он прописал ее у себя в доме в Молодечно. Ее приняли в союз, оформили пенсию, в 1985 году издали единственную книжечку в 46 страничек «Каласкі».

- Зоська Верас до последних дней сохраняла память и разум?

- Когда мы с ней встречались, ей уже шел десятый десяток. Она только плохо слышала, ей нужно было писать записки. А память у нее была феноменальная. Только за послевоенный период Зоська Верас написала более 6000 писем! В каждом письме она что-то уточняла, кого-то поправляла, что-то вспоминала. Когда я готовил книгу к печати, проверял названия, даты, фамилии. Думал, ну где-то она должна ошибиться, не может человек помнить в деталях события, которые происходили 70 лет назад! Но я не нашел ни одной ошибки! Зато и другим она ошибок не прощала.

Когда Олег Лойка написал роман про Янку Купалу, в котором он принизил Купалу и «Нашу Ніву», а братьям Ивану и Антону Луцкевичам и Вацлаву Ластовскому дал обидные узнаваемые имена, Зоська Верас этот роман так раскритиковала, что автор был вынужден переписать свое произведение заново. Да еще добавил 100 страниц. «Фальшь вредит истории», - часто повторяла Зоська Верас. Эти слова были ее жизненным кредо.

- Зоськи Верас не стало в 1991 году, через месяц после того, как Беларусь обрела независимость. Как она восприняла это событие?

- К сожалению, последние месяцы она была не в состоянии воспринимать информацию. Думаю, что Зоська Верас порадовалась бы независимости, ведь она была членом Рады БНР и всю жизнь отдала для Беларуси. Последние два года она уже почти ничего не видела, но продолжала вслепую писать свои письма на разлинованных дочерью листах. Когда читаешь их, поражаешься силе духа этого человека. Зоська Верас была центром притяжения для всех белорусов. Без нее Вильня легче превращается в Вильнюс, в котором остаётся все меньше белорусского.