«Голос» уже не торт*, пацаны

Наргиз Закирова

Я помню восторженные визги, которые после старта первого сезона издавали... Да я же первый и издавал. Мы верили, что «Голос» зажигает новые звезды. Чистые и искренние, чей талант, наконец, если не смоет, то хотя бы разбавит мутную эстрадную пену, пахнущую тухлой рыбой и которую показывают по телеку в дни больших государственных праздников. Я надеялся, что появится кто-то совершенно неожиданный, рушащий основы, от чьих песен будет перехватывать дыхание. Как появились когда-то Пугачева, Агузарова, Земфира - выразительницы смутных желаний своего поколения, жанны д'арк на костре популярной музыки, готовые умирать на сцене - только для того, чтобы я понял, что они чувствуют.

Что в итоге?

Одни, как Севара, по-прежнему выступают в клубах. Просто теперь дороже стоят и, помимо Москвы, окучивают провинцию. Про победительницу прошлого года Дину Гарипову известно, что она больше не чурается яркого макияжа (мелькнула неузнаваемой красивой птичкой во втором «Голосе») и корпоративов на крупных промышленных предприятиях. Что она поет, помимо What If, мало кто знает. Я просмотрел штук тридцать различных версий музыкальных рейтингов по итогам 2013-го - ни в одном из них никакой Дины Гариповой нет. А большинство участников первого «Голоса» вообще сгинуло без вести.

В пятницу, 27 декабря, в финале второго сезона главного музыкального шоу страны, сойдутся четверо артистов. Лучшие из лучших. Гела Гуралиа - печальный андрогин, исполнивший Earth Song Майкла Джексона так, что не было никакой надежды на то, что песня когда-нибудь закончится. Сергей Волчков - прекрасный вокалист, скромный, обаятельный молодой человек, уверенно идущий по стопам Магомаева. Проблема в том, что Магомаев у нас уже был. Наргиз Закирова, умело снимающая кальки с чужих хитов. И, наконец, Тина Кузнецова - единственная из финалистов, о ком известно, что она не только поет, а еще и сочиняет музыку.

Очень возможно, что к весне мы с трудом вспомним их имена.

«Голос» не ищет артистов. Ему нужны вокалисты. Поэтому все яркое, но, может, не такое голосистое, остается за бортом. У Нани Евы с ее нежным, обволакивающим тембром очень скромный диапазон и она «Голосу» оказалась не нужна. Как не нужна была Севара - узбекское чудо с раненой душой - Агутину в прошлом году.

Но парадокс в том, что сами по себе отличные голоса - это скучно. Их вагоны, голосов этих, по всей стране. Зайдите в любую консерваторию, любое музучилище - да там сотни, тысячи отличных вокалистов. В юности я пару дет жил в музыкальной общаге - там яичницу на общей кухне жарили под арии из «Аиды». Какие давали верхние «ля»! Обычное было дело.

Простите за банальность, но певец без внутреннего мира, без персональной рефлексии - это поющий автомат. Как вроде бы прекрасен был вылетевший в полуфинале Шарип Умханов. Все, что другие делают, вылезая из кожи вон, он творил легко, без всякой натуги. Чеченский соловей! И всегда с одним выражением лица. Казалось, в это время он думал о чем-то своем. Например, поет Still Loving You, а сам размышляет: брать потом в «Макдональдсе» к картошке кисло-сладкий соус или нет.

В «Голосе» так и не случилось артиста, который совершил бы революцию на эстраде отдельно взятой страны. Участники шоу вообще не собираются ломать существующие порядки, они под них активно подстраиваются. Первый канал, которому, видимо, приходится реагировать и на запросы старшего поколения, такой конформизм периодически приветствует. А еще есть скучающие депутаты Госдумы, которые возмущаются тем, что в шоу мало русских песен. Отчего ж? В последнем выпуске, например, пели песню из репертуара Яака Йоалы. Мы, старожилы, еще помним: этот горячий эстонец был дико популярен 30 лет назад. 30 лет. Назад. Ну какая, к черту, революция?

Меж тем времена звезд, взращенных композиторами и авторами текстов, давно прошли. Посмотрите, что в мире творится. Авторами-исполнителями раньше были одни только рокеры, а сейчас и попса - сплошь акт личностного самовыражения. Британка Адель пишет себе сама. И карамельная Лана Дель Рей тоже. Да что говорить: даже Джастин Бибер - и тот! Нет-нет да черканет эпохальное собственноручно. И у нас не по-другому. Можете сколько угодно смеяться над Еленой Ваенгой, но секрет успеха певицы прежде всего в том, что ее песни - это ее персональный внутренний мир, а не придуманный маститым поэтом-песенником под дорогой коньяк.

Из четверки финалистов «Голоса», пожалуй, только Тина Кузнецова известна тем, что давно пишет сама и настолько хорошо, что Первый канал разрешил ей премьеру собственной песни. И ведь хит получился: «Ваню» только на YouTube послушали больше 300 тысяч раз.

А выдающимся образом «зарубежку» петь - это в караоке хорошо. «Поздравляем, у вас 900 баллов» и все такое. Вы мне душу выньте да положьте. Катарсиса хочется, понимаете?

В общем, не верю я больше в «Голос». Но последний выпуск сезона посмотрю. Надежда умирает последней: а что, если для финала не осталось уже компромиссов? Вдруг Наргиз перестанет бегать к АБ за благословением - для революции нужна ярость и смелость, а не чье-то согласие? Вдруг Гела, наконец, очнется, а Волчков догадается, что великой советской песней эстрада не заканчивается? Вдруг Тине позволят еще раз побыть свободной?

А иначе знаете что? В третьем сезоне в жюри будут сидеть Николай Басков, Григорий Лепс и Стас Михайлов. Маститые певцы, кумиры миллионов. Говорю это без иронии. Правда же кумиры.

Просто я думал, что «Голос» - это про другое.

___

*(«уже не торт» - сленговое выражение, иронически переосмысливающее старческое брюзжание по поводу нежелательных изменений чего-либо. Происходит от «уже не тот», родилось в результате опечатки).