«Белое солнце» сквозь тысячу черных точек

«Белое солнце пустыни» снималось в хаосе

Но роль могла от него ускользнуть – да и весь фильм мог рассыпаться буквально на глазах. Вся история его пути к зрителю была сложной и довольно неприятной. Глядя на экран, никогда об этом не скажешь, – но и свидетельства очевидцев никуда не денешь.

«Белое солнце» должно было стать советским вестерном (тогда еще не существовало термина «истерн»), но никто не понимал, как это осуществить. Андрей Кончаловский, намучавшийся с положенной на полку «Асей Клячиной» и уже задумавшийся об эмиграции, принимал в проекте самое горячее участие: фильм про борьбу с басмачами был обречен на успех. Вот только он,– и кто бы то ни было другой – не понимал, вокруг чего завертеть сюжет.

Положение спас комбриг, с которым беседовал сценарист фильма Валентин Ежов. Тот рассказал, что басмачи зачастую бросали в пустыне свои гаремы. Несчастные, беспомощные женщины оставались куковать у колодца, дожидаясь верной смерти, а красноармейцам приходилось их спасать. Вот так и родился сюжет «Белого солнца».

Режиссера выбирали мучительно долго. Предлагали Андрею Тарковскому – тот в ужасе отшатнулся, ему про басмачей было неинтересно. Предлагали литовцу

Витаутасу Жалакявичюсу («Никто не хотел умирать», «Это сладкое слово – свобода!») но и тот не хотел снимать про басмачей. Возникали самые неожиданные кандидатуры – напрмер, режиссер «Девчат» Юрий Чулюкин. В конце концов всплыла кандидатура Владимира Мотыля. Она всех устроила, и сам Мотыль согласился.

Съемки

«Белое солнце пустыни» снималось в хаосе. Судя по рассказам, никто не мог понять тональность фильма, и никто не мог понять, придется ли он по душе киноначальству.

Главную роль должен был играть Георгий Юматов. Он накануне помог своему товарищу, кинорежиссеру, купить автомобиль. Товарищ в этом самом автомобиле и разбился. Юматов, узнав об этом, ушел в глубокий запой – он, понятно, без причины винил себя. Работать с ним было невозможно. И тогда вспомнили про другого кандидата на роль – Анатолия Кузнецова, непьющего и вообще положительного. Он пробовался с самого начала, просто нервный Юматов показался более интересным.

Женщин в гарем отбирали по всему Советскому Союзу, по принципу «кто больше понравится». В гарем попали и продавщицы, и проститутки, прямо настоящие проститутки – у них, в конце концов, была фактура.

Название

Название «Белое солнце пустыни» возникло отнюдь не сразу. Рабочими вариантами были «Пустыня» и «Спасти гарем». Потом возникли сложности: «Спасти гарем» точно не прошло бы железный занавес цензуры, у которой гарем ассоциировался с чем-то неприличным.

Катерина Матвеевна

Образ, пришедший Владимиру Мотылю в голову совершенно внезапно, во сне,точнее, после пробуждения: он вдруг понял, что Сухов должен тосковать по конкретной русской бабе, а иначе, без этого волшебного клея, ничего не срастется. Письма товарища Сухова к Катерине Матвеевне по просьбе Мотыля написал Марк Захаров.

Брежнев

«Белое солнце» довольно долго считалось сомнительным фильмом – но потом пошел слух, что космонавты просматривают его в Звездном городке перед полетом. Брежнев, заинтересовшись таким слухом, заказал просмотр у себя в резиденции, «Это же глубоко патриотический фильм, почему его не видит советский зритель?» – воскликнул он после просмотра.И дорога «Белому солнцу» оказалась открыта.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Прощайте, товарищ Сухов На 84-м году жизни скончался актер Анатолий Кузнецов, запомнившийся поколениям зрителей главной ролью в «Белом солнце пустыни» Анатолий Кузнецов сыграл в кино несколько десятков ролей, начав в дремучие 50-е фильмом «Опасные тропы» про то, как в тайге разоблачают диверсанта. Потом он пытался разрушить роман директора ресторана (Лариса Голубкина) и журналиста (Олег Борисов) в комедии Эльдара Рязанова «Дайте жалобную книгу». Изображал влюбленного милиционера в «За витриной универмага» и – годы спустя – полковника милиции в «Пяти минутах страха». (читайте далее)

Прощайте, товарищ Сухов

На 84-м году жизни скончался актер Анатолий Кузнецов, запомнившийся поколениям зрителей главной ролью в «Белом солнце пустыни»