2018-04-02T14:40:52+03:00

Евгений Евтушенко - о событиях на Украине: «Если бы во мне даже не было украинской крови, я бы переживал как русский человек»

Великий поэт около пяти часов провел в «Комсомолке» - отвечал на вопросы радиослушателей и телезрителей в эфире Радио и ТВ «КП», общался с нашими читателями и журналистами...[видео]
Поделиться:
Комментарии: comments71
Фото: Евгения ГУСЕВА
Изменить размер текста:

К нам на прямой эфир Евгений Евтушенко приехал в буквальном смысле с колес. В 2 часа ночи они с женой Марией прилетели из Швейцарии, где присутствовал на открытии своей выставки, только к 4 утра добрались домой, а в 10 уже засобирались в «Комсомолку».

«Мне страшно, мне не пляшется, но не плясать нельзя»

- Я, как всегда, очень соскучился по Родине! – эти слова Евтушенко были первыми, как только включились камеры. - Я не мыслю себя и жизнь свою без общения с читателем. И потому, как только прибыл в Россию, сразу же поехал в глубинку нашу. Побывал в Твери, Владимире, Брянске, Томске. Потом в Москве выступал в разных местах. И, конечно, в каком-то смысле историческое явление - выступление поэта в Думе. Мне очень там понравилось. Замечательно читала наизусть мои стихи Людмила Швецова, заместитель председателя Госдумы. Просто блестяще, превратилась в девочку-комсомолку давних-давних лет! И были очень хорошие разговоры. Мудрые. И много молодых лиц - очень здорово, что молодежь интересует литература и история своей страны, потому что литература – лучшая история!

Но много говорить на эту тему нам не пришлось: с первых же минут передачи слушатели и зрители активно включились в диалог. Звонки в студию не смолкали...

- Здравствуйте, Евгений Александрович. Это ваш коллега по Союзу российских писателей Виктор Рассохин из Орла. В свое время вы поддержали меня. Теперь я автор 30 книг! Мы отсылали их вам в Переделкино. Они дошли?

- Да. Они дошли. Огромное спасибо.

- Вышла ли Антология русской поэзии под вашей редакцией и где ее достать?

- Вышли 1-й и 2-й тома, они тяжелые – по два кило каждый! Уже продаются в крупных книжных магазинах. Сейчас выходит 3-й том, заканчивающийся Ахматовой. И, между прочим, Ахматова стоит на третьем месте после Пушкина по количеству произведений, включенных в «Антологию». 82 стихотворения! Подобных изданий еще не было.

После встречи с журналистами «Комсомолки» Евгений Александрович подписал всем свои книги, а еще очень обрадовался, что в зале были даже дети. Фото: Евгения ГУСЕВА

После встречи с журналистами «Комсомолки» Евгений Александрович подписал всем свои книги, а еще очень обрадовался, что в зале были даже дети.Фото: Евгения ГУСЕВА

- Я Екатерина Николаевна из Воронежа. Евгений Александрович, а стихотворение «Первая женщина» - это факт вашей биографии или собирательный образ, олицетворяющий судьбу всех невест, не ставших женами?

- Вы не забывайте, рядом Мария сидит…

- … или судьбу всех вдов, не дождавшихся любимых с войны?

- Спасибо, что вам это стихотворение нравится. Там не выдумано ничего. Это реальный факт моей биографии. В стихах абсолютно все написано так, как было.

Героиня стихотворения именно такой и была. Я же ее обманул… Я притворился, что гораздо старше.

- “Шестнадцать есть?" Набравшись духа,

я сдунул с губ небрежней пуха:

"Давно уж было... В январе..."

Знаете, мне почему-то кажется, что эта пасечница и сейчас, став старушкой, жива. И что до сих пор то, что у нас было, считает каким-то своим грехом. А это не так. Не было никакого грехопадения, была история познания прекрасной сущности женщины.

Поскольку жена Маша сидела рядом и внимательно слушала мужа, мы не удержались от вопроса, не ревнует ли она Евгения Александровича к другим женщинам? На что Маша с легкой улыбкой ответила:

- Иногда. Но не к литературным героиням.

- Лидия Александровна Тенякова из Москвы. Евгений Александрович, мы с вами практически ровесники. В апреле этого года мне исполнилось 80. В 42-43 году во время эвакуации жила под Красноярском. «О, свадьбы военные…». Это так близко и так памятно. Очень знакомо мне было.

- Спасибо вам огромное, что вы помните это. Эти свадьбы военные, когда солдаты прямо из-за стола уезжали на фронт защищать страну, эти первые поспешные свадебные ночи, ставшие единственными для многих женщин, навсегда потерявших своих едва состоявшихся мужей… А у некоторых, представьте, и этой ночи не было… Девушки-вдовы, чудовищное порождение войны… Когда я плясал на военных трагических свадьбах, я впервые для себя сформулировал задачу поэта: «Мне страшно, мне не пляшется, но не плясать нельзя». Если поэт не может спасти конкретного человека, то он хотя бы должен облегчить его страдания.

- Валентина Борисовна из города Курска на связи! Добрый день, Евгений Александрович! Я бы хотела поблагодарить вас за стихи, которыми мы поражены были еще в юности. И всю жизнь несем в себе восхищение вашим талантом. Однажды я проезжала через станцию Зима, откуда вы родом, и написала такое посвящение.

Кто из россиян не понимает,

Пускай оценит этот факт:

Как мог взрасти в холодном крае,

Столь обжигающий талант.

- Спасибо вам большое! Я очень переживал, знаете, то, что было связано с именем вашего города. И посвятил этому трагическому событию одно из лучших, на мой взгляд, своих стихотворений. (Речь идет о гибели в Баренцевом море экипажа затонувшей подводной лодки «Курск» в 2000 году. - прим. Авт.)

Счастливые новобрачные. Евгений Евтушенко и его Маша за свадебным столом. 31 декабря 1986 года.

Счастливые новобрачные. Евгений Евтушенко и его Маша за свадебным столом. 31 декабря 1986 года.

«Вы хорошо писали о Ленине, о Сталине...»

Вообще звонили беспрерывно, и некоторые слушатели очень эмоционально переживали, что не успеют пообщаться с поэтом. Как, например, Галина Владимировна Литвинова из Подмосковья:

- Алло, «Комсомолка», да соедините же меня с поэтом Евтушенко! Я давно здесь жду! Давайте я буду говорить! Послушайте! (Читает):

Настя Карпова, наша деповская,

Говорила мне, пацану:

Чем же я им всем не таковская,

Пристают они почему?..

Это мое самое любимое ваше произведение! Я знаю много стихов ваших наизусть! У меня к вам вопрос. Вы сначала писали хорошо о Ленине. Писали хорошо о Сталине. Я помню такие строчки:

Уберите Ленина с денег,

Так цена его высока.

- Вообще-то эти строчки написаны Андреем Вознесенским, но не суть важно. Я прожил очень большую жизнь. Есть люди-хамелеоны, которые как угодно, так и занимаются слаломом между различными периодами истории. Этих людей я не люблю и не уважаю. Но нельзя у человека отнимать право на его эволюцию, на его повзросление. И это не означает предательства или измены чему-то, каким-то идеалам. Я, например, до сих пор остаюсь одним из последних социалистов-идеалистов. И эта вера во мне не могла быть поколеблена даже такими преступлениями, которые совершил, к сожалению, Сталин. Да и Ленин тоже… Было время, когда мы противопоставляли Ленина Сталину. То есть, думали, что Ленин был добрый дедушка, а Сталин его предал. Вот так. У нас такая была точка зрения. И вдруг открылись архивы, и мы увидели, что, оказывается, первый указ о создании первого концентрационного лагеря для политических заключенных на Соловках был подписан вовсе не Сталиным, а Лениным! А Сталин тоже много подписал смертных приговоров людям совершенно невинным. Все эти новые знания не могли не влиять на наше мировоззрение.

Заботливая жена Мария успевала  и вести диалоги с читателями, и ухаживать за мужем. Фото: Евгения ГУСЕВА

Заботливая жена Мария успевала и вести диалоги с читателями, и ухаживать за мужем.Фото: Евгения ГУСЕВА

- Меня зовут Надежда, я из Томска.

- Я только что у вас был. Вы были на моем выступлении?

- К сожалению, нет, я была на даче.

- Огород предпочли поэзии?

- Увы, я не знала. Я, конечно, трепещу от того, что классик фактически разговаривает со мной! Конечно, нас всех беспокоит то, что происходит сейчас на Украине. Вы что-то будете писать по поводу этого?

- Сразу, как только случилось кровопролитие на майдане, я написал стихи. А затем я написал другое стихотворение, которое назвал «Почти сон», оно тоже было напечатано во всех газетах – и на Украине, и в других странах. Это о том, как украинские солдаты (был такой эпизод в Крыму) встретились с российскими военнослужащими… И вот тогда они как-то нашли общий язык, не стреляли друг в друга, просто пожали руки и разошлись…

Вся политика меньше, чем жизни детей.

Но когда жить сумеем, когда же –

без продажи оружья –

продажи смертей,

чьей-то совести самопродажи?

И услышим ли мы в день прозрения свой

тишину,

слезы счастья не спрятав,

как беззвучный расстрел всех неначатых войн

из невыстреливших автоматов?!

Конечно, хотелось бы, чтобы так и случалось на белом свете. К сожалению, история пошла по другому пути. И, конечно, я очень страдаю от того, что происходит кровопролитие на Украине.

Если бы даже во мне не было украинской крови, я бы это переживал как просто русский человек. Потому что есть что-то неразделимое в нас. И я все-таки продолжаю верить в то, что мы вернемся к человеческим отношениям, основанным и на сердце, и на разуме.

- Я Константин. Евгений Александрович, мы гордимся, что первым городом в России, который Вы посетили в этот приезд, стал наш Владимир. Вы большую радость нам принесли. И спасибо за то, что вы пять часов – или даже шесть! - читали нам свои стихи! И я хочу попросить от имени всех владимирцев: станьте голубем мира, помирите нас с Украиной. Только вы можете это сделать!

- Я запомню ваши слова. Обещаю вам, что я, как поэт, сделаю все, что в моих силах.

«Научите меня, пожалуйста, как простить обиду?»

- На связи Евгения из Москвы. Я выпускница 607-й московской школы…

- Я хорошо помню эту школу, из которой меня так звонко исключили за якобы поджог школьных журналов с отметками!

- А вы не поджигали?

- Нет, ничего подобного. Это сделал другой человек, он потом признался. А директор школы, исключивший меня, кстати, фронтовик, человек очень хороший, совершил педагогическую ошибку. Потому что он исходил из логики, а не из сердца. Логически – да, у меня были очень плохие отметки.

- В этот день он две двойки получил, - шепнула нам Мария.

- Директор думал, что это я свои двойки сжег. Он попросил меня извиниться перед всем классом. Он назвал меня трусом, когда я отказался это признать, и исключил из школы. Это было сталинское время, 48-й год. И меня после этого никуда вообще не брали. К счастью, сложилось все как нельзя хорошо. Я уехал в геологоразведочную экспедицию, и пошла другая жизнь, я увидел очень много того, чего я бы, может быть, не увидел бы никогда в жизни. И на Алтае, и в Казахстане, в экспедициях. Тогда я заработал на свою первую пишущую машинку, сам, чем очень гордился.

- Это Валентина из Калининграда. Евгений Александрович, дорогой, я с волнением смотрю передачу и хочу вам напомнить вечер в вокзальном зале города Калининграда (читает свои стихи),

Дело было в пятницу... хлещет,

Словно веткой по лицу, Евтушенко вечер...

- Замечательно! Спасибо, что вы прочли эти стихи. Скажите в Калининграде, что я действительно выступал в нем преступно давно…

- Людмила из города Сочи. Евгений Александрович, вы, наверное, единственный поэт в нашей стране, при встрече с которым я поцеловала бы руку.

- Целовать руку мне не надо! – предостерегающе выставил ладонь поэт. - Хотя, (немного озадаченно) в последнее время таких желающих почему-то появляется все больше…

- Когда был всеобщий дефицит, и особенно на литературу нашу, на книги, я за сумасшедшие деньги покупала ваши сборники. Я благодарю вас за то, что вы есть. Еще хочу спросить вот о чем. Научите меня, пожалуйста, как простить обиду, которую я не могу от себя отпустить, многолетнюю, тяжелую? Дайте мне совет. Вам я верю.

- Эта обида, видимо, произошла от мужчины. Вы знаете, большинство обид, которые мы причиняем друг другу, происходят не от какой-то злобы. Люди устают, иногда впадают в раздраженность. И выплескивают их на тех, кто ближе. Это и в моей жизни бывает, иногда я на Машу рычу. Хотя я ее обожаю и люблю. Короче говоря, вы подумайте. Если эта обида была не нарочной, случайной, простите ее и никогда о ней не напоминайте. Если же человек обидел нарочно, по злобе - будьте выше этого, и не разрешайте себе обижаться, он этого не достоин.

- Вы знаете, - подключилась к разговору Мария, - в любых взаимоотношениях есть что-то хорошее и счастливое. Помните об этом, а все плохое, негативное, просто оставьте в прошлом, отряхнитесь и идите дальше. Что было – то уже прошло, смотрите вперед, а не назад!

- Александр Александрович из Барнаула, Алтайский край.

- У вас сейчас там беда – наводнение.

- Да, есть такое. Евгений Александрович, вы сказали, что в геологоразведке работали, И ощущение такое, что вы были знакомы с моим отцом – Александр Григорьевич Юдовичем. Он работал бухгалтером в геологоразведке.

- Знаете, я бывал в очень многих местах, почти во всех крупных регионах нашей страны, и за границей столько бывал, в 96 странах. Конечно, всего не упомнишь. Но мне что-то сейчас свербит душу. По-моему, я действительно с ним встречался. Потому что я как раз там, на Алтае, и в Барнауле бывал, и в Змеиногорске, и мне приходилось заполнять всякие бухгалтерские документы, ибо я был завхозом, доставал всякие продукты и так далее. Я, конечно, заходил в разные бухгалтерские офисы.

- Владимир из Москвы. Так повелось, что в нашей стране слова «Россия» и «поэт» зачастую стоят рядом. Взять, к примеру, ваше знаменитое «Поэт в России больше, чем поэт» или строки более молодого автора «Поэты – смертники России, ее нещадной синевы, о снисхождении не просили и не сносили головы». Хотелось бы услышать именно от вас, отдавшего литературе две трети века, кто же все-таки поэты в нашей стране – смертники или пророки?

- Вы знаете, то, что у нас были и поэты-смертники, это, к сожалению, изменить уже невозможно. Но помня о них, читая стихи, мы делаем их бессмертными. Если они живут в нас, и их стихи прежде всего, то они становятся частью нашей совести, я бы даже сказал, национальной совестью нашего народа.

Время передачи истекло неожиданно быстро.

Видимо, звонок Людмилы из Сочи решил прочесть еще одно свое, очень символичное, стихотворение:

- Всем, кто теряет, может быть, веру в жизнь.

Когда опускаются руки,

надеждам былым вопреки,

мы сами вползаем в старухи,

плетемся, кряхтя, старики.

Когда опускаются руки,

то выронить можно жену,

все лучшие книги, науки,

себя самого и страну.

ПОСЛЕ ЭФИРА

КСТАТИ

«Готовлю отчет... И продолжаю мечтать»

Буквально в ближайшие дни поэт улетает обратно в США. На 4 июля запланировано его выступление в концертном зале имени Чайковского.

- Это будет не творческий вечер, - заметил Евтушенко, - а рабочий. Буду отчитываться о своей работе – то есть, читать стихи».

- Евгений Александрович, скажите, какая у вас сейчас есть мечта?

- Моя мечта – мне нужно лет 20. Это моя личная мечта. Лет 20 как минимум, для того чтобы закончить то, что я начал. Я пишу роман, одновременно я готовлю Антологию. Хочу успеть сделать ее презентацию. Еще хочу снять кино...

ИСТОРИЯ В ТЕМУ

О таланте и поклонниках

Евтушенко:

- Я был в 96 странах. И куда бы меня ни забрасывала судьба, меня всюду узнавали. Какой-нибудь, да находился читатель. Хоть один. Есть совершенно неожиданные читатели. Приведу пример. Когда поженились, мы с Машей приехали в Париж. Я там уже был. Она не была. Куда мы пошли? К Эйфелевой башне. Идем по мостику.

Мария:

- Был туман. Мало народа. И идет навстречу высокий такой африканец. Большой. С красивым шарфом. Модным тогда. До пят пальто. И вдруг он ускоряет шаги, бежит по направлению к нам.

Евтушенко:

- Подбегает, обнимает меня и что-то начинает говорить. Я ничего не могу понять. Хотя немножко и французский знаю. Потом он достал заминированноее стихотворение «На мосту», которое таскал в кошелечке. Поразительно! Я был примерно двадцать лет тому назад в Париже. С огромным успехом читал с Жаком Брейлем и с другими знаменитостями французскими. А этот африканец был тогда студентом. Присутствовал на моем вечере в Сорбонне. Сейчас он работает архитектором в Сенегале. И он мне показал, что все эти годы, с того вечера, носил с собой эти стихи...

...а потом мы приезжаем в Машин родной Петрозаводск. Идем гулять с ее подругами. Смотрю, что-то шевелится такое живое в канаве. Подошли поближе. Человек лежит. Надо поднять человека! Мы его вытащили.

Мария:

- Он был в таком хорошем состоянии...

Евтушенко:

- И вдруг он говорит: «Евгений Александрович, мой любимый поэт!». И читает мне стихи:

Меняю славу на бесславье,

ну, а в президиуме стул

на место теплое в канаве,

где хорошенько бы заснул.

И Маша мне привела пример: понимаешь, говорит, почему тебя так трудно любить многим писателям? При жизни не было такого поэта, столь популярного везде, в стольких странах. Когда «Бабий Яр» вышел, в течение одной недели его перевели его на семьдесят два языка, во всех самых больших газетах печатали. На первых полосах. У кого может быть еще в жизни почти одновременно вот этот африканец на мосту в Париже и в петрозаводской канаве этот милый человек?! У тебя такая фантастическая жизнь. Тебе так повезло...

ПОСЛЕ ЭФИРА:

«Судите обо мне по моей жене»

Евтушенко:

- О человеке можно судить по его жене. У меня были разные жены, но все достойные (Евгений Александрович был официально женат четыре раза: первая жена Белла Ахмадулина, вторая жена - Галина Сокол-Луконина, третья - ирландка Джен Батлер, четвертая - Мария Владимировна Новикова, в браке с 1987 года - РЕД.). Вот посмотрите на Машу. Совершенно ясно, что она не может быть женой плохого человека. Простите, что я через нее говорю комплименты себе. Маша никогда не устраивает мне скандалов.

Мария:

- Надо попробовать, между прочим!

Евтушенко:

- Быт очень проверяет людей. Он уничтожает многие семьи. И любовь уничтожает. Многие браки кончаются - наступает скука. И не о чем разговаривать. Хорошую фразу подсказал Михаил Светлов: «Мне есть с кем спать, мне просто просыпаться не с кем». Понимаете, это очень важно. Когда люди просыпаются, когда есть о чем спорить. Споры – это хорошо. С Машей у меня во многом разные взгляды на литературу, политику. Мне никогда не бывает с ней скучно. И ей со мной. Мы спорим…

- Как вы встретили Марию?

Евтушенко:

- В Петрозаводск меня позвал старый друг. Я сидел и подписывал книжки в телестудии, даже не смотрел в лица людей. Потом увидел... руку, в которую сразу влюбился.

Мария:

- К тому моменту вы разъехались уже (с третьей женой - РЕД.).

Евтушенко:

- Да. Я никогда не мог быть замешан в заговоре с другой женщиной ни против одной своей жены. У меня разваливался очередной брак. У нас болел ребенок. Он был неизлечимо болен. И остался до сих пор. Она вела себя героически, уделяла ему все свое время. Я же делал, что мог. Но я не мог перестать читать стихи. Конечно, это ее задевало. Как я ни пытался ее уговорить, она не хотела оставаться со мной. Уговаривал всех друзей поговорить с ней. Ничего не получилось...

Мария:

- Я тебя заинтриговала. У меня был второй том, а не первый. Я честно объяснила, что не смогла найти первый, поскольку очень спешила.

Евтушенко:

- Она сказала: «Это не моя книжка. Мама заболела и послала меня, чтобы подписать».

Мария:

- Еще добавила: «И, вообще, я люблю Окуджаву!» А ты ответил, что маме книжку не подпишешь, только мне. Подписал. И я пошла домой.

Евтушенко:

– Остановился на машине, когда она шла мимо. Предложил подвезти.

Мария:

- Отказалась. У меня экскурсия была. Я экскурсиями зарабатывала. Студенческие времена.

Евтушенко:

- Потом я позвонил в турбюро. Фамилии не знал. Просто Маша. Больше ничего.

Подошла другая Маша. Я был очень разочарован…

Мария:

- В турбюро дали мой домашний телефон, но неохотно. Трубку взяла бабуля. У нее случился стереоэффект. То есть, один человек говорит с ней по телефону, а другой в это время что-то говорит по радио. И это один и тот же человек. Бедная бабушка! Она мне сунула трубку и сказала: «Сама разбирайся!». Мы долго-долго разговаривали.

Евтушенко:

- Потом провели с ней вечер в каземате - ресторан, где раньше была старая тюрьма. Маша, тебе было тогда 22?

Мария:

- 23.

Евтушенко:

- А мне было на 30 лет побольше. И она мне сказала, что я должен сделать все, чтобы спасти свою семью.

Мария:

- И он уехал.

Евтушенко:

- Попытался. Но у меня ничего не получилось. А потом…

Мария:

- Потом ты мне звонил из Америки. Звонил долго-долго. Мы разговаривали.

Потом вернулся. Рассказал мне, какой ты несчастный. Никто не провожает, никто не встречает. И мне тебя стало жалко. Я сказала, что могу встретить и проводить. Мы встретились 5 июля, а поженились 31 декабря.

В этот приезд в Россию Евгений Александрович «показал» своим почитателям «лучшее свое произведение», как он сам выразился – одного из своих сыновей, Евгения Евтушенко -младшего, замечательного и очень хорошо воспитанного двухметрового красавца.

- Вообще-то у Евгения Александровича пятеро сыновей, - заметила Мария. - А наших с ним общих двое: Женя и Митя. Жене 25 лет, он сейчас заканчивает университет в городе Талса, штат Оклахома, где сейчас проживает поэт вместе с семьей. – прим. авт.), специализируется на политологии и социологии. И, может быть, по экономике немножко, если получится. А наш второй сын, Митя (ему 24 года), в этом году закончил университет, он специалист по английскому языку и английской литературе. Немножечко пишет, очень увлекается телевидением. Три года проработал на университетской телестудии. Он не приехал потому, что должен был сдавать экзамен. А сейчас ищет работу. А еще у нас есть внучка, ей почти три года!

Евтушенко:

- Я хотел бы сказать, что Маша – замечательная женщина! Помимо всего прочего она соединила моих всех детей от разных браков. Они все знают друг друга, дружат. И слава Богу! Маша сейчас вытащила меня из очень тяжелой болезни (8 операций в течение одного года – это тяжелая штука!), несмотря на то, что сама работала в школе. Она по первому образованию медик, была очень хорошим врачом, что пригодилось в последние годы. Ей пришлось проводить много времени в госпиталях, к удивлению американцев… У нас принято, когда жены приходят и спят, где-нибудь приткнувшись в уголочке.

Мария:

- Они мне диванчик поставили, подушки выдали.

Евтушенко:

- Свернувшись калачиком, она лежала, не оставляла меня в трудную минуту.

Я ей посвятил одно горькое стихотворение. Когда я видел, сколько у нее сил уходит на меня, на детей, на работу, я поражался ее мужеству и терпению. Иногда думал: Господи, что я так ее мучаю?

Хочу я тебя разлюбить. Не могу.

Чтоб только совсем отпустить бы на волю.

Когда я от боли уже чуть не вою,

А после впадаю почти в немоту.

Пусть лучше один я все перенесу,

Пусть лучше один я отплачусь, отмучусь.

На что же тебе эта женская участь –

Остаться Аленушкой в темной лесу?

Лишь редкая женщина, кто устоит

При лязге зубов, окружающих в чаще.

Но счастье великой жены состоит

Из мужниных, с ним разделенных несчастий.

Евгений Евтушенко: Если бы во мне не было украинской крови, я бы переживал как русский человек.Великий поэт около пяти часов провел в «Комсомолке» - отвечал на вопросы радиослушателей и телезрителей в эфире Радио и ТВ «КП», общался с нашими читателями и журналистами...КП-ТВ

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также