Война была общая, а память о ней у союзников осталась разная

Научный директор Российского Военно-исторического общества Михаил Мягков

В этом году «некруглая» годовщина начала Великой Отечественной войны отмечается на фоне грандиозного празднования 70-летия высадки союзников, в первую очередь США и Британии, в Нормандии 6 июня 1944 года. Для нас это событие воспринимается как открытие «второго фронта». Даже американцев, помнящих, кто был кем, поразило и оскорбило, что в своем торжественном спиче президент США Барак Обама не нашел ни одного слова для первого и главного фронта Второй Мировой войны в Европе. Такого «союзники» не позволяли себе даже в годы «холодной войны». Как складываются представления о той войне в разных странах? Об этом мы говорим с Михаилом Мягковым, научным директором Российского Военно-исторического общества.

УМНЫЕ ПОЛИТИКИ И НЕДОБРОСОВЕСТНЫЕ СОЮЗНИКИ

- Михаил Юрьевич, второй фронт ведь открылся, когда судьба войны уже была практически предрешена?

- Начиная с 1941 года, мы ждали открытия второго фронта. Когда Молотов летал в Лондон и Вашингтон в мае-июне 1942 год, Рузвельт ему обещал второй фронт в 1942 году, было подписано коммюнике о неотложных задачах. Но союзники исходили, прежде всего, из собственных геополитических и стратегических интересов. А именно: начать открытие второго фронта в Европе в то самое время, когда это наиболее выгодно. Когда Германия ослабла, но Советский Союз еще не добил ее настолько, что может самостоятельно столкнуть в Ла-Манш. Тогда будет уже поздно. У них всё это время разрабатывался план «Рэнкин» на случай, если Германия вдруг неожиданно падет под ударами Красной Армии. И тогда они намеревались внезапно высадиться на европейском континенте, чтобы как-то перерезать СССР пути в Центральную и Западную Европу. Такой план на всякий случай.

А Черчилля вообще прежде всего интересовало влияние на Средиземном море, которое являлось ключом к центрам пересечения торговых и военных путей. Это стратегия умного политика, но недобросовестного союзника.

ПОЛИТИКА, ОБРАЩЕННАЯ В ПРОШЛОЕ

- Выступлении Обамы в Нормандии — это идеологический сигнал, или же проявление типичного американского исторического невежества?

- И то, и другое. Для американцев история уже давно орудие идеологической борьбы, которой не должны мешать факты. Обратите внимание — на церемонию пригласили Украину, но не пригласили Белоруссию, хотя республика проявила невиданный героизм и понесла такие людские потери, последствия которых были преодолены только в 1980-х годах. Но в данном случае история стала способом поощрения Порошенко и мести Лукашенко. А подход к истории — уже производное. В Америке есть общая книга для чтения «Патриотическая история Америки». Там о Сталинграде и Москве говорится в двух строчках. Маленький ребенок открывает книжку, где есть карта, где говорится, что русские – доблестные союзники, у них была Москва, Сталинград, но вот здесь Нормандия, огромные силы, невиданная в истории операция. Все вспоминают бравого солдата Райана. Потому что Голливуд здесь тоже играет свою роль. Когда идет образовательное давление снизу, сбоку – голливудское, сверху – официальное мнение, вот и создается впечатление, что именно Америка выиграла Вторую Мировую войну. А в Британском имперском военном музее я видел макеты оружия, солдат. Англичанин при полной амуниции, американец - весь затянутый парашютист. Немец стоит с гранатами, в каске. И русский солдат в телогрейке, в валенках, здесь граната, здесь то ли винтовка, то ли ППШ,. И всех маленьких детей водят в этот музей. Если этот русский солдат такой невзрачный, как он мог хорошо воевать? Хотя телогрейки и валенки для наших условиях были лучшими. А немцы проиграли в том числе и потому, что не имели таких телогреек и валенок.

ГЕРОИ ПОБЕДИВШЕГО НАЦИОНАЛИЗМА

- Сейчас у республик некогда единого СССР свои учебники истории. На что похожи их версии?

- Это что-то непонятное самобытно-доморощенное, с претензией на то, что это будет расценено на Западе как шаг в сторону Европы. Если говорить об участии Украины в Великой Отечественной войне, мы раньше считали, что была единая многонациональная Красная Армия, в которой сражались и украинцы. Более 2 тысяч из них – Герои Советского Союза. А теперь они говорят: Украина воевала во Второй Мировой войне и внесла достойный вклад в победу Объединенных Наций. Хоть стой, хоть падай. Но когда про «Украина внесла достойный вклад» читает школьник 10-12 лет — это зомбирование сознания молодых людей. Будут рождаться поколения людей, которые не будут уже знать о Красной армии, но им все равно нужны будут герои. И им предложат Бандеру. В учебниках говорится, что был Степан Бандера, который воевал против немцев, хотя в конце июня 1941 года на Западной Украине повсеместно звучало «Хайль Гитлер! Хайль Бандера!» И портреты Гитлера и Бандеры висели вместе. И как бы не сложилась его личная судьба, именно он отбирал людей в батальоны, которые ответственны за Львовскую резню 30 июня 1941 года. Все его люди разошлись по полицейским батальонам. И участвовали в карательных акциях. Шли за немецкими войсками, в том числе за 11-й армией в Крым, они ответственны за хатынскую резню.

- Сейчас Бандера стал фактически национальным героем, одобренным Киевом. Может быть, и дивизия СС «Галичина» будет реабилитирована?

Это уже происходит десятилетиями на западе Украины. Но, думаю, официальный Киев на это не пойдет из-за аббревиатуры СС. Хотя мне уже встречалась расшифровка «Сечевые стрельцы».

- После распада СССР запад и восток Украины учились по одним учебникам?

- Какое-то разнообразие все же было. На украинском языке учебники – это одно, а на русском языке печатали более-менее здравую историю. В киевских учебниках о Крыме говорилось страшное. Хрущев-де передал Крым в 1954 году Украине, потому что хотел переложить ответственность за репрессии против крымских татар на Украину. Плюс не восстановился Крым после войны, это Россия не могла его восстановить. Полнейший бред, который кушался двадцать лет. В Крыму было сильное местное крымоведение. Там умудрялись правдивую историю о Великой Отечественной войне нормальным языком сказать. А теперь же история будет, по сути дела, тоталитарная. Мы знаем, что в Украинском институте национальной памяти уже есть собственная версия. Картинка такая: все советские всегда были плохие, а бандеровцы – хорошие. Петлюра наверняка у них будет сейчас подниматься как национальный герой. И придется им запрещать Булгакова.

ЛИКБЕЗ ДЛЯ СОЮЗНИКОВ

Пол Крейг Робертс, экс-зам.министра финансов США: - Америка лжет все более нагло

Если кто не верил, что западные «лидеры» живут в искусственном, выдуманном мире, составленном из собственной лжи, то празднование 70-летия высадки в Нормандии развеяло последние сомнения.

Слова, донесшиеся оттуда способны лишить вас разума. Обама и его карманный песик Камерон (премьер-министр Великобритании — ред.) описали десант в Нормандию 6 июня 1944 года, как «величайшую освободительную силу, которую когда-либо видел мир» и приписали своим странам все заслуги в победе над Гитлером. О Советском Союзе и Красной Армии не было сказано ни слова.

На самом деле, Германия проиграла Вторую Мировую войну в Сталинградском сражении, которое продолжалось с 23 августа 1942 по 2 февраля 1943 года. А девятнадцатью месяцами ранее величайшая сила вторжения, которую когда-либо видела наша планета напала на Россию на фронте протяженностью в тысячу миль. 3 миллиона ударных войск, 7 500 орудий, 19 танковых дивизий с 3 тысячами танков и 2,500 самолетов напали на Россию.

К июню 1944 года от этих сил мало что осталось. Красная Армия все перемолола. Когда так называемые «союзники» высадились во Франции, у Германии почти не осталось сил для сопротивления. Войну с Германией выиграла Красная Армия.

По другую сторону фронта

«Это настоящая адская котловина. Русские преследуют нас по пятам...»

Олег НАЗАРОВ, доктор исторических наук

Начало Великой Отечественной войны глазами захватчиков.

Первые дни войны чаще всего называют «катастрофой 22 июня». Но не будем забывать, что именно тогда начался путь к Победе. Свидетельствую враги.

Горный егерь Зигфрид Эрт: «Мы думали, что война быстро закончится. После наших успехов во Франции и в других местах мы не думали, что она долго продлится».

Генерал Люфтваффе Вальтер Швабедиссен: «Русские ВВС своей упорной решительностью и гигантскими жертвами (вспомним их тараны!) смогли предотвратить свое полное уничтожение и заложить предпосылки своего будущего возрождения».

Старший ефрейтор 5-й роты 35-го мотополка 25-й мотодивизии Герман Шварц : «1 июля. Мы не верили своим глазам: это русские занимают нашу главную оборонительную линию. И вот наступил настоящий ад. Стреляют со всех сторон, спереди, справа и слева. Это настоящая адская котловина. Русские преследуют нас по пятам…Батальон собирается, вернее, собираются остатки. Из 7-й роты осталось только 16 человек. У нас не хватает 50. Ни одного живого офицера».

Генерал Гюнтер Блюментрит: «Поведение русских войск даже в первых боях находилось в поразительном контрасте с поведением поляков и западных союзников при поражении. Даже в окружении русские продолжали упорные бои».

Генерал-фельдмаршал Эвальд фон Клейст: «Русские с самого начала проявили себя как первоклассные воины, и наши успехи объяснялись просто лучшей боевой подготовкой. Обретя боевой опыт, они стали первоклассными солдатами. Они сражались с исключительным упорством, имели поразительную выносливость и могли вести военные действия без многого, что считается необходимым в армиях других государств. Их командование быстро извлекло уроки из своих поражений в начале войны и вскоре стало высокоэффективным».