Премия Рунета-2020
Россия
Москва
+28°
Boom metrics
Политика7 августа 2014 10:40

Игорь Андропов: "Отец не собирался так рано уходить"

Наш корреспондент Александр Гамов рассказал зрителям "Прямого эфира" ("Россия 1") о своих встречах с сыном генсека
.
Игорь Андропов

Игорь Андропов

5 августа программа "Прямой эфир" на телеканале "Россия 1" с Борисом Корчевниковым была посвящена Юрию Андропову. В передаче принимали участие Владимир Жириновский, Лариса Васильева, Леонид Млечин, Людмила Чурсина, Владимир Конкин, Борис Клюев и другие. Среди участников был и наш журналист Александр Гамов, который в свое время напечатал в "Комсомольской правде" несколько интервью с Игорем Андроповым, сыном бывшего председателя КГБ СССР и генерального секретаря ЦК КПСС.

Публикуем фрагмент "Прямого эфира"...

"Борис Корчевников:

- ...Внук Юрия Андропова говорит, что на его жизни родство с таким дедушкой никак не отразилось. А отразилось ли оно на жизни Игоря – сына от второго брака? Игоря уже нет в живых, но с ним хорошо общался много лет обозреватель «Комсомольской правды» Александр Гамов. Александр, как отразилось на судьбе Игоря такое родство и такая фамилия?

Александр Гамов:

- Ну, вы знаете, я с ним был знаком лет пятнадцать. Как отразилось на его судьбе? Прежде всего, я ему задавал вопрос, помогало ли имя отца. Он мне рассказывал, что Юрий Владимирович был против, чтобы он стал дипломатом, всячески противился этому. Но тем не менее, он закончил МГИМО…

Потом работал послом.

Меня не этот вопрос интересовал, когда я с ним общался. Мы последний раз с ним общались за два года до смерти. Много о чем говорили. Это как раз один из последних снимков Игоря, когда был очередной юбилей Юрия Владимировича Андропова.

Мы в «Комсомолке» придумали, как бы его получше отметить, поинтересней. Предложили Игорю Андропову поехать на Лубянку. И не пожалели. Потому что, во-первых, нас удивила Лубянка. Игорь Юрьевич внешне очень похож на отца. Когда он шел по коридору, там по стойке смирно выстраивались чекисты. И мы провели в кабинете где-то около часа примерно. Именно с этим кабинетом была связана очень интересная история у Игоря Андропова. Он тогда впервые мне рассказал о том, что был случай, когда отец вызвал его на Лубянку. Это был 1968 год. Игорь Андропов заканчивает МГИМО, собирается на стажировку в Англию. Утром звонит помощник и говорит: «Юрий Владимирович тебя вызывает». Он позвонил отцу. Отец сказал: «Да, приезжай. Об этом удобней поговорить на Лубянке».

В течение пяти минут он ему объяснил, почему ему не следует ехать в капстрану. Потому что интерес к имени Андропова очень большой. И был еще момент один. Они стали разговаривать о Чехословакии. Какие события грядут в Чехословакии. И отец сказал: там могут быть разные варианты, много разных вариантов.

Еще что мне запомнилось из этих интервью, которые были опубликованы в «Комсомольской правде», что Игорь Андропов был невыездным в капстраны очень долгое время, по крайней мере, до смерти отца и до того времени, как он стал послом – официальная должность, он ни по туристической путевке, ни на стажировку никуда не мог ездить.

В интервью Игоря звучала такая мысль, что это была тяжелая человеческая драма

В интервью Игоря звучала такая мысль, что это была тяжелая человеческая драма

Был такой интересный эпизод. Когда однажды на даче Игорь Андропов отцу говорит. Он его в интервью называл Ю.В. все его из близкого круга так называли. Он говорит: «Смотри, что происходит. В каждой газете Брежнев, во всех теленовостях Брежнев». «Неужели вы там, в Политбюро, в КГБ и так далее, этого не видите и не знаете, что делать?» На что Андропов жестко сказал: «Ишь ты, умник такой, мы об этом говорим периодически. Я даже лично говорил об этом Леониду Ильичу». «И что?» - спрашивает Игорь у отца. «А то, что он полтора месяца мне не звонит». Был такой эпизод.

Еще был интересный случай. Я у него спросил: «Когда вы последний раз живым отца видели?» Он сказал, что был в заграничной командировке, в декабре 1983 года они с отцом долго разговаривали, в том числе и в ЦКБ. Андропов по три-четыре часа находился там в лежачем положении, работал. Я спросил: о чем вы говорили с ним, о болезни? Он говорит: «Нет, о крылатых ракетах, могла начаться война». И он говорил о перспективах этого всего. Я спросил: «Когда вы в следующий раз увидели отца?». Он сказал, что за два дня до смерти. Юрий Андропов без сознания, до того, как умереть, неделю находился. За два дня до смерти Игорь приехал, отец был уже без сознания. Видимо, его вызвали.

Игорь Андропов: "Отец не собирался так рано уходить"

Игорь Андропов: "Отец не собирался так рано уходить"

В интервью Игоря звучала такая мысль, что это была тяжелая человеческая драма. С одной стороны, груз ответственности гигантский за страну, за ситуацию в мире. Тогда была сложная ситуация в Соединенными Штатами. С другой стороны, он понимал безысходность своего положения, он знал, что скоро уйдет.

Несмотря на то, что завещания никакого не было, Юрий Андропов пытался повлиять на Политбюро ЦК КПСС, чтобы заседания Политбюро вел все-таки Горбачев. Но тогда было два вторых человека – и Черненко, и Горбачев. Андропова не слушались, и все-таки вел Черненко. Потому что Горбачеву было 50 лет, а всем остальным 70. Вот это была драма..."

ИЗ ИНТЕРВЬЮ ИГОРЯ АНДРОПОВА "КП"

О Сахарове и Солженицыне

- Гонения на Сахарова и Солженицына – на совести Андропова…

- Здесь не все так просто. Андропов воспринимал Сахарова как бы в двух проекциях. Он видел в нем и гениального физика, и критического мыслителя. Но Ю.В. был председателем ГКБ. И этим все сказано. Это определяло его действия. Ведь Андропов существовал не в вакууме, а в очень четкой системе, которая не принимала Сахарова.

С Солженицыным вопрос еще более сложный. Александр Исаевич был бельмом на глазу у всего руководства. И в силу своей позиции, и в силу своего размашистого антисоветского стиля. Но даже в этом случае Ю.В. воспринимал его неоднозначно, и здесь в его позиции была некая раздвоенность. Он относился к Солженицыну, с одной стороны – как к явному оппоненту системы, с другой – как к художнику. Ю.В. считал исключительно талантливым «Матренин двор». Он весьма серьезно отнесся к «Одному дню Ивана Денисыча» и признавал, что это вещь актуальная и острая. Ю.В. лично, в общем-то, вполне принимал «Раковый корпус». Но трудно было ожидать, что у писателя, мыслителя Солженицына и у политика Андропова будут какие-то реальные точки соприкосновения.

По рассказам отца мне известно, что вопрос о Солженицыне очень долго обсуждался до его депортации, существовали разные «варианты». Думаю, в тех условиях отъезд Солженицына за границу был не самым худшим вариантом.

Интерес к имени Андропова очень большой

Интерес к имени Андропова очень большой

Но скажу откровенно: для самого Андропова все происходящее и с Сахаровым, и Солженицыным стало довольно сложной внутренней коллизией. Ибо у Ю.В. были моменты истины, когда он мог посмотреть на ситуацию со стороны и задаться вопросом: как оценят ее люди, наши соотечественники через годы, через десятилетия?

...Не раз возникали всякого рода эксцессы с Театром на Таганке. Андропов принимал на Лубянке Любимова, вел с ним очень обстоятельные разговоры. Известны случаи, когда Ю.В. вступался за этот театр...

О "насаждении дисциплины"

- ...Я уже служил в МИДе, а напротив нашего здания - гастроном "Смоленский", где милиция буквально отлавливала несчастных женщин, которые при тогдашнем дефиците продуктов прибегали в обеденный перерыв, чтобы что-то купить. Я рассказал об этом отцу. Он тут же при мне - это было на даче , позвонил Федорчуку, министру внутренних дел.

"Досадно, что меня сейчас ассоциируют с этими драконовскими мерами по насаждению дисциплины, - сказал как-то отец с горечью. - Если говорить о стратегической перспективе, то дело не в этом, а в коренной перестройки экономики, общества".

О том, почему больной отец согласился стать генсеком

- ...Став генсеком, отец отдавал себе отчет в том, что уже не в силах в полном объеме решить проблемы, стоявшие тогда перед страной. Но у него была возможность хотя бы дать толчок процессу обновления, стать его катализатором. Думаю, вряд ли он представлял себе, что судьбой ему отведено только год и три месяца. Да и врачи не рисовали перед ним безысходной картины. Болезнь стала прогрессировать в последний год жизни...

"Помогли" ли Андропову уйти из жизни?

- Много было слухов, они и сейчас ходят, о том , что Андропову "помогли" уйти из жизни... На сей счет в литературе - и в художественной, и в мемуарной - немало разного рода версий...

- Я отношусь к этому так, как и следует относиться к слухам. Хотя в данном случае все объясняется ностальгическим настроением: дескать, человек, прийдя к власти, что-то попытался сделать, не воровал, взяток не брал, вот его и "убрали".

Что же касается всякого рода фактов, содержащихся в литературе... Они не свидетельствуют о том, что по отношению к Ю.В. Могло быть совершено что-то злоумышленное и в лучшем случае напоминают какие-то отдаленные версии.

Последним толчком к обострению болезни отца была очень неосторожная и совершенно случайная простуда во время отдыха в Крыму. Но, конечно, я согласен с тем. Что большинство вопросов, связанных с жизнью и деятельностью Ю.В., особенно в последние месяцы, пока остаются без ответов и требуют более тщательного исследования.

("Отец не собирался так рано уходить", "Комсомольская правда" - еженедельный выпуск, 10, 17 июня 1994 г.)