Терпеть нельзя останавливать

Фото: vitaportal.ru

- Бабушка, я терплячая, - доносит до меня семейный эпос детские признания. Мои. Как дитя, взращенное детским садиком круглосуточного наблюдения, школой и продленкой, я получила прививку от инстинкта самосохранения. Где-то глубоко внутри маленькая Ксюша уверена, что главное достоинство - это перетерпеть, потому что так себя ведут герои-партизаны на допросе и вообще почетные члены общества.

Поэтому в большинстве ситуаций в жизни я молча прохожу семь стадий, как по шкале Ликерта: “слегка раздражает”, “немного дискомофортно”, “некомфортно”, “очень неприятно”, “больно” - и впервые вежливо сигнализирую о том, что что-то пошло не так, на стадии ”очень больно”. Все это время я надеюсь, что окружающие заметили и оценили мой подвиг. И понимают, что пока можно потерпеть - я потерплю, а потом сразу перестану. И поскольку следующая стадия - “невыносимо”, то если что-то немедленно не меняется сразу за моей вежливой просьбой, следом выплескивается вся накопленная прежде неприязнь.

Для окружающих это выглядит так: все было нормально, а потом вдруг она взбеленилась.

Но пуще того бывает с этим у врачей. “Доктор, вы льете мне за шиворот раскаленное олово”, - вежливо и спокойно замечаю я. “Ничего-ничего, - отмахивается доктор, привыкший к тому, что пациенты стонут уже от верхних нот аромата больницы. - Потерпите секундочку”. Я терплю секундочку, а потом кусаю доктора за палец.

Ну, это я образно. А не образно происходит вот что: зубы у стоматолога мне приходится лечить без обезболивания. Мой расчудесный стоматолог Максим (сто лет ему в благостной Испании!) меня знал неплохо, и если замечал, что на лбу выступил пот и костяшки пальцев побелели, душа плюшевого медвежонка на ключах, пора прекращать и делать паузу. Но Максим, наверное, теперь лечит зубы нечистым на руку буржуа и благородным мафиози, а я открываю рот для других. Моя новая стоматолог - женщина прекрасная, нежная и настоящий профессионал. Но и они от ошибок не застрахованы.

Во время процедуры, осознав, что терпеть больше уже совсем точно не смогу, я поднимаю руку:

- Простите, у меня болит язык.

- Ой, да ну, ничего страшного, просто немножко дезраствора с инструмента попало.

На минуточку, дезраствор содержит щелочь и в рабочем состоянии относится к 4-му классу токсичности. А у меня даже кожа покрывается красными пятнами от обычной воды с мылом.

- Можно я хотя бы выплюну это? Мне действительно больно, - делаю я последнюю попытку подавить раздражение и вцепляюсь в шарфик.

- Ну потерпите, мне тут вот еще уступчик сформировать.

В итоге весь вчерашний день мой обожженный язык едва ворочался во рту, чертовски болел и не чувствовал вообще никакого вкуса, а едва теплый чай принимал за геенну огненную. Сегодня чуть получше, с той только разницей, что место ожога - пол-языка - побелело. “Капельки раствора” хватило, чтобы напрочь лишить меня аппетита.

Наверное, советское воспитание отлично работает для того, чтобы формировать контуры будущих ячеек общества. Но мне больше по душе другое - которое учит протестовать ясно и четко при первых признаках дискомфорта. Наверное, оттого и выборная система в иных странах работает, и разводов меньше, что никто ничего не считает нужным потерпеть. Даже немножечко.