2016-08-24T02:27:29+03:00

Перевал Дятлова: За свою ошибку они заплатили жизнью... Часть вторая

Наши журналисты продолжают изучать дневниковые записи собкора газеты «Уральский рабочий» Геннадия Григорьева, который в 1959 году наблюдал за поисками группы Дятлова, погибшей в горах Северного Урала
Поделиться:
Комментарии: comments395
Геннадий ГригорьевГеннадий Григорьев
Изменить размер текста:

СЧАСТЛИВЫЙ ИВАНОВ

На другой день были выборы. Я до семи часов побывал на избирательном участке, а в 7 ч. 30 м. с летчиками у полковника Отортена (Так называли в шутку полковника Ортюкова, - Ред.) на аэродроме.

В три часа в кабинете аэропорта набросал о выборах и передал в Свердловск, в редакцию. На следующий день, 2 марта, снова утром уехал на аэродром. Улетевшего в лагерь помощника прокурора Иванова я считал самым счастливым человеком. Давно пора ехать домой, стареют материалы, собранные о гидролизном, Северном руднике, Полуночном, а я не могу отцепиться от аэродрома.

Геннадий Григорьев с манси Степаном Куриковым и его женой.

Геннадий Григорьев с манси Степаном Куриковым и его женой.

Скорей бы нашли остальных, тогда бы поехал домой. Ведь от редакции попадет. Каждый день в моей голове все сильней и сильней развивается и растет рассказ о этой девятке.

Я никогда в жизни не видел этих ребят и девчат, которые погибли, но я их так полюбил, мне их так жалко, и эта любовь, и жалость с каждым днем растут. Есть еще одна цель, на нее меня подсадил полковник, не пускает в лагерь. Завтра снова еду на аэродром.

О САПЕРАХ

- Зачем саперов с миноискателями?

- Вдруг пуговица, часы на руке и труп найдем.

ПРИЕХАЛИ РОДСТВЕННИКИ

3 марта. Возвращаются вертолеты. Послышался гул. Показались вдали один, потом второй вертолет. Один, говорят, не высадил солдат на смену тем. Другой высадил. И должен взять трупы. Приехали двое родственников. Профессор-отец и сестра одного.

От авторов: Отец Рустема Слободина - Владимир Михайлович и сестра Саши Колеватова - Римма.

Место посадки оцепили. Мало кого пускают.

- Тише, тише! - рвутся родственники.

Заходит на посадку. Принесли носилки?

Выгружают трупы. Все в снегу. В шерстяных носках, х/б. Носки обгорели. Волосы во льду, снегу. Закрыли простынями и на носилках ставят в грузовую машину.

***

Летчики рассказывают, что там такой ветер и одному вертолету не удалось сесть. Ветер бросает вертолет на скалы. Он поднимается и снова делает заход на посадку. Ему давали несколько ракет прежде, чем он нашел место посадки. Вертолет шатало, качало. Солдаты быстро выскочили и начали грузить трупы.

После полета генерал, который прилетел сегодня из УралВО, собрал летчиков и советовались о полетах дальше. Летчикам в спешке доставили из столовой обед, и они снова полетели. Они забрали миноискатели с солдатами, трех мастеров спорта из Москвы и продукты. Вообще все военные очень простые и добрые. Да и из других все ко мне относятся пока неплохо. Только вот один помощник прокурора области Иванов обещает одно, а делает другое.

ВЕЩИ ПОГИБШИХ

Мы с Вишневским А.М (заведующий кафедры физического воспитания УПИ, - Ред.) и Плетневым Николаем Федоровичем (заместитель директора института по учебной работе, - Ред.) утром 3 марта переписывали вещи погибших, которые лежали в кладовой аэродрома. Они были все смерзшиеся, переваленные снегом. Вишневский выносил один рюкзак за другим, а я писал, что в них. В рюкзаках - шерстяные и тонкие х/б носки по несколько пар, спички, пленки, банки со сгущенным молоком, в пакетах разные каши, сухари, в одном мешочке есть мандаринов несколько штук. Есть чеснок. Лыжная мазь, баночка вазелина. В одном рюкзаке из пластмассы небольшой ежик. Зачем и кому он? Во многих рюкзаках блокноты, но чистые или с записями разных формул, телефонов, адресов. Эти записи сделаны еще в институте.

Только в рюкзаке Зины Колмогоровой сохранился дневник. Я его переписал потом. Когда я переписывал дневник, мои губы шептали: «Зина, милая, я никогда не видел тебя, но мне так жалко тебя». Во всех рюкзаках кусочки от породы со следами пирита. Вишневский говорил, что это кресалы для зажигания огня от искры, если отсыреют спички. Я ему возражал, видя, что это керн, который достают геологи из скважин на 2-ом Сев.руднике. Он не согласился. Но я когда читал дневник, убедился, что прав я. В одном рюкзаке записная книжка с надписью «Сашеньке Колеватову» для дневника, но он чист, ни одного слова в нем. Нашли портмоне с документами, деньгами, карандашом. Несколько дневников еще на месте гибели забрал прокурор Темпалов.

От авторов: Опять какие-то странности - почему Темпалов забрал только часть дневников, а часть оставил? Сохранились ли где-то забранные дневники? И, главное, какие в них были записи?

- Девочки, наверное, это, - вынимая шерстяную варежку голубого цвета из рюкзака, говорил Вишневский. Попадались кружки, чашки, ложки, 2 фляги. Целая металлическая банка с пленками. В ней штук 20 пленок. Небольшая печка в вещмешке и в ней складные трубы, проволочка. В рюкзаке Золотарева тетради с новыми песнями и песнями туристов. Здесь же 8 пар ботинок, старенькие одеяла. Пила, 3 топора. Шурупы, свечи, электрофонарики, один с динамо.

Смотришь на все это и удивляешься, как они все несли. Да еще 65 кг груза на лабазе найдено. «Железные ребята».

С печальными, скучными лицами мы все перебирали и записывали. Потом все сложили в угол кладовой и укрыли вещами, которые похуже. Вишневский забрал письмо, портмоне, деньги, дневники и часы.

От авторов: Любопытно, что можно было вот так просто забрать предметы, которые, вероятно, могли бы быть и вещдоками. Ведь версии преступлений не отбрасывались. Не найдены к тому времени четверо туристов. Еще одно подтверждение халатности расследования.

БЕСЕДА С ЯРОВЫМ

От авторов: Юрий Яровой - турист, журналист газеты «На смену». Единственный из представителей прессы, кому удалось побывать на перевале в самом начале поисков.

В лагерь Яровой был заброшен вместе с другими на поиски. Вернулся 3 марта. Вместе с Ивановым и 4 трупами на вертолете. Здесь были недовольны, что он вернулся, хотели, чтобы он был там.

- Ты что же, надо мораль.дух поддерживать, а ты вернулся, - сказал полковник Ортюков, встречая его.

Он там пробыл с 27 февраля по 3 марта с фотоаппаратом, хорошо по-туристски одет. Мне он кое-что рассказал. Во-первых, не советовал туда лететь, будто в моей одежде только замерзнуть, что и бойцов послали без шлемов и масок, что они там зябнут.

Нашли 3 трупа туристов института. Дятлов был полузадут и двое также. Зину нашла собака. И палатку нашли туристы. Тут же подошли манси. Они там ленятся работать. Кроме Степана Курикова никто не ходит на поиски и спят в палатке.

Когда ребята (поисковики, - Ред.) пришли, то они рвались, потому что надеялись спасти своих товарищей. Потом, когда увидели трупы, несколько приуныли. Но все-таки, видя, что многих продуктов нет, питали надежду, что остальные живы и торопились искать. Но потом, когда нашли лабаз с продуктами, все упали духом, настроение упало. И стали искать мертвых.

Палатка порвана и порезана ножом. Это видно потому, что разрыв не вдоль, как ребята могли, а наискось. Вопрос, почему они выскочили из палатки, разумеется, волнует всех. В лагере только об этом и говорят. Вот как вечером соберутся в палатке и только разговор об этом. Высказывают сотни различных предположений, но ни в одно никто не верит.

- Все убиты тем, что они ищут не живых, а мертвых, - сказал Яровой.

В лагере у участников очень плохое настроение. У них одно решение: бросить поиски и уехать отсюда. Студенты даже не подходили к трупам своих товарищей.

- Вам, так одному, без подготовки туда лететь не следует, - закончил свою беседу Яровой. - Может очень плохо кончиться для всех. При том там недружелюбно встречают не туристов, их считают обузой. Так и относятся к помощнику прокурора.

Мы с ним шли по тихой улице Ивделя. Яровой был счастлив, что он выбрался оттуда. Он даже не скрывал от меня этой радости, но сказать не мог. А мне все-таки после его рассказа и предупреждения туда хотелось попасть. Правда, сейчас ни трупов, ни палатки погибших там нет, но все-таки там я для рассказа увидел очень многое. Из его рассказа я все-таки узнал, хотя поверхностно, картину жизни и поисков у лагеря. У него есть записи, он мне ни одну не зачитал. Конечно, многое приберег для себя. Тоже, наверное, что-нибудь станет писать и сделает быстрее моего.

От авторов: Следует обратить внимание, что Юрий Яровой, который спустя семь лет выпустит книгу «Высшей категории трудности», где объяснил трагедию дятловцев буйством стихии, в данном случае такого предположения не высказывает.

***

Город наполнен разными сплетнями и слухами о гибели студентов. К руководителям комиссии по розыскам пришли жены офицеров, которые там, на поисках. Они умоляли, чтобы их мужья написали письма и послали с вертолетом, - убедиться, что мужья живы.

Где бы ни останавливался: в столовой, гостинице, на улице, в магазине - всюду слышно, что народ только об этом говорит. Вот сейчас слышу в коридоре громкий голос:.

- Кто-то их убил? Манси на молебной горе. Бельгийцев в Антарктиде нашли, а тут не могут.

5 МАРТА. НАШЛИ ЕЩЕ ОДНОГО

Радиотелеграмма из лагеря, 18 часов:

«Итог работы за день. Снова снег, ветер, метет. 15 м. Скорость ветра. Видимость плохая. Группа Шестопалова прощупывала участки около кедра. Всего пройдено 500 на 250 на 150 (это треугольник). Прощупывая участок между Колмогоровой и Дятловым, нашли первый труп под снегом - 15 см. Это Рустик Слободин. (Отец его профессор уехал вчера. Был здесь, - Григорьев). Одет плохо. Голова лежит к Колмогоровой. Одет в черный свитер. Хлопчатобумажные брюки, на нем 3 носка, на одной ноге черный. Лицо в нескольких местах имеет ссадины. Имеется рана на кисти руки. На руках часы «Победа». Остановились без четверти 9. Лежит согнувшись головой в сторону горы. Составлен план работы на завтра. Со щупами ходило 30 человек. В палатке круглосуточное дежурство. Оружия больше, чем хватает. Площадка для вертолета готова. Труп сфотографирован».

***

Рустик все время был с Зиной Колмогоровой. Она писала о нем в дневнике. И нашли их недалеко друг от друга.

***

Анатомирование четырех трупов. Пищи в желудке нет. Они ее принимали 6-8 часов назад. На теле только ссадины, на голове тоже. Смерть наступила от 100% замерзания.

Одежда. Колмогорова одета лучше всех. Она одевалась во время их паники, так как на ней куртка лыжная наизнанку. Она в ковбойке, лыжном костюме, на голове две шапочки. Она, наверно, шла к палатке и ушла дальше всех. Они чего-то испугались и бросились из палатки.

***

Разрез палатки изнутри. Наверное, они его сделали, так у них был нож, о чем говорят надрезы на сломанных сучьях кедра. Но нож не нашли.

***

Группа, двигаясь по склонам высоты 1079, была застигнута стихией. В борьбе с которой, попав в условия ураганного ветра и метели, потеряв ориентировку, погибла.

(Версия: у одного расколот череп, может он это получил во время похода и они вынуждены были разбить палатку, застигнутые темнотой и низкой температурой. Группа остановилась, потеряв ориентировку. Были вынуждены разбить палатку на склоне горы).

У Слободина есть трещина на черепе. Когда это получилось? Или во время похода и они из-за него остановились, или когда он падал во время урагана.

О СЕБЕ. ПОПРОСИЛСЯ В ГОРЫ

8 марта вернулся в Краснотурьинск. В понедельник, 9 марта, сообщил редакции, что я осведомлен во всех этих делах и если надо какую справку, то дам. Вечером меня вызвал заместитель редактора И.С.Гагарин и предложил подготовить об этой трагедии материал. Я сказал, что мне надо согласовать с членами комиссии. На другой день я с планшеткой на боку, фотоаппаратом в кармане (И.Г. дал старую лейку) спешил на вокзал, а в 12 ночи отбыл в Ивдель.

12 часов утра 10 марта я был в Ивделе. 11 марта днем читал комиссии заметку, написанную в вагоне при свете фонарика. Они мне предложили написать несколько по-другому. Они были правы.

Я снова у Ортюкова попросился в горы. Он ответил, что если это попросит моя редакция, он беспрепятственно выбросит меня туда. Я пошел на телефон и обо всем этом позвонил в «Уральский рабочий». Особенно настаивал на том, чтобы редакция попросила Ортюкова выслать меня в горы.

12 марта весь день работал, с нетерпением дожидаясь звонка. Написал пару информаций и вот звонок. Мне ответили, что писать пока ничего не будем, а мне там делать нечего и надо возвращаться домой. Я удивился, что меня напрасно сгоняли в Ивдель. Мне даже как-то стало легче: я все возможности использовал, чтобы там побывать и, убедившись, что мне в горы попасть невозможно, спокойно стал работать. Вечером позвонил Зине, что 13 марта выезжаю и 14-го буду дома.

Утром 13-го встретился с полковником в гостинице. Речь завел о своем полете в горы.

- Ну, собирайся, полетели, раз ты настырный такой, - сказал он добрым голосом, хлопнул меня по плечу. - Я сегодня еще туда лечу.

Мы с ним пошли в столовую, потом отправились вместе с другими на аэродром. Я сидел в кузове грузовой машины, денек стоял такой, что меня пробирало почти насквозь: шинель старая, на ногах сапоги. На аэродроме полковник сказал, что я в такой одежде там замерзну.

Это слышал завхоз аэродрома Андрусенко Иван Гаврилович. Он мне дал совершенно новую свою фуфайку, ватные брюки, унты и мне был не страшен никакой ветер и мороз.

Вместе с нами летела часть группы альпинистов Политехнического института, которая должна была сменить на поисках уставших солдат.

НА ПЕРЕВАЛЕ

Вылезаем, фотографируем и идем к месту, где была палатка. Дальше в облаках виден сам Отортен. Побывали на гор 1079. Погода тиха, гора словно во льду. Так спрессован снег. Вокруг обледенелых камней воронки. Идти так скользко, что я, увлекшись фотоаппаратом и блокнотиком, чуть не сломал ногу. На склон горы поднимаются отдельные карликовые изогнутые березки.

Спускаемся к лесу. Не верится, что вчера в этих местах шли поиски, а сегодня ни малейшего следа. Ветер нагоняет облака, они все чаще закрывают солнце, от которого снег так искрится и блестит, что режет глаза.

О ЧЕМ ШУМИТ КЕДР

Мы молчаливо стояли у большого старого кедра, где несколько дней назад нашли два трупа. Подул ветерок, кедр таинственно зашумел. Я долго прислушивался к его шуму словно стараясь понять, о чем он рассказывает. Кругом кедра высокие чахлые березки. С кедра обрезали сучья. Некоторые найдены далеко. Их унесло ветром. Надрез перочинным ножом по березке, но ее не удалось срезать. На трупах, как рассказали нам, были обгорелые белые шерстяные носки. Глазницы задуты снегом, над головами выдут снег. Я представлял, слушая шум кедра, как умирали здесь Кривонищенко и Дорошенко. На березках мох. Недалеко от кедра куст рябины. На рябине несколько сухих листочков и еще не обклеванные птицами ягоды. Сейчас солнце, тихо, но набежит ветерок и таинственно зашумит кедр. Он единственный свидетель жуткой смерти людей. Он закрывал их от ветра, он давал им дрова для костра. Он все видел, но опять замолчал. Может, сейчас набежит ветерок, и он опять заговорит. Ветви на нем ярко-зеленые, местами свисают космы густого моха. Некоторые ветви сухие. Опять все сильнее и сильнее зашумел кедр. Где-то прокаркал ворон.

Недалеко от леса на пригорке с редкими карликовыми березками место гибели Дятлова. Он погиб, обхватив березку. Зину Колмогорову нашли метров в 300-500 от палатки под снегом.

На перевале, где садился вертолет, местами ветер так выдул снег, что мы в сухой шелестевшей траве собирали бруснику. Дальше перевал усыпан огромными выветренными камнями.

От авторов: Нам представляется, что в районе кедра в часы трагедии ветра не было. По нашим суждениям в этом месте никогда не бывает ветра. Дело в том, что когда мы сами были на перевале в марте 2013 года, в районе палатки дятловцев дул очень сильный ветер. Но стоило нам спуститься метров на 500 в сторону кедра, так ветер почти уж не ощущался. А еще километр вниз, и под самим кедром уже полный штиль – спичка не погаснет. Правда, наш автор Григорьев пишет: «С кедра обрезали сучья. Некоторые найдены далеко. Их унесло ветром». Сомнительно, что их унесло именно ветром, ибо чуть ниже мы читаем у того же Григорьева: «Недалеко от кедра куст рябины. На рябине несколько сухих листочков и еще не обклеванные птицами ягоды». Ну и какая должна быть в этом месте погода, ежели на рябине всю зиму продержались несколько сухих листочков? А коли под кедром не было ветра, то почему ребята не смогли здесь развести хороший костер и выжить?

ВЕЧЕР В ПАЛАТКЕ

Лежа на спальных мешках, разговаривали о погибших, как они собирались в поход, как спохватились, что они не вернулись на учебу. Тревогу подняла сестра Колеватова. Вначале меня стеснялись. Потом увидели, как я одной рукой колю дрова, приняли за своего.

Радист Неволин рассказал, что Колмогорова была одета лучше всех. На ней была зеленая шерстяная шапочка, два свитера, ковбойка, теплое нижнее белье, лыжный костюм, на ногах меховые чулки.

Весь вечер говорили о погибших. О том, зачем они на горе разбили палатку и т.п. Сказали, что Игорь Дятлов очень самолюбив, любил командовать. Однажды все так возмутились его поведением, что не стали выполнять его команду. Тогда он ушел ото всех и объявил голодовку. Рядовым он в отряде был хорошим, исполнительным. Все ошибки приписывали ему. Об этом особенно говорили двое, которым приходилось бывать с ним. Отрицательно отозвался о нем и руководитель группы. Он говорил, что это глупо, что группа вышла в 3 часа (имеется в виду - с последней стоянки, - Ред.), когда через 1.,-2 часа здесь было уже темно.

***

Вертолет уходит все дальше. Я смотрю на высокую гору с тупой вершиной. Это 1079 м., где нашли свою могилу девять человек. Далеко виден таежный простор. «Прощайте суровые горы» - шепчу я.

ПОСТСКРИПТУМ

Я собирался написать рассказ. Но жизнь, работа, семья, болезни, фронтовые раны - все это меня отбросило от трагедии, как ураган отбросило, «ураган в горах».

ОТ РЕДАКЦИИ:

Спасибо Вам, Геннадий Константинович Григорьев, за проделанную работу!

ЧИТАЙТЕ ПЕРВУЮ ЧАСТЬ ДНЕВНИКОВ

Перевал Дятлова: За свою ошибку они заплатили жизнью...

Так о трагедии писал журналист Геннадий Григорьев, будучи в 1959 году на месте событий

Чтобы вам было ясно, как в те времена репортерам работалось на перевале, приведем слова одного из следователей по делу Владимира Коротаева, сказанные им уже в перестроечную годину: «Гостиница была полностью забита журналистами. Прокурор области Клинов сказал мне: если только будет что-то опубликовано – всё! Под суд отдадим! А журналистов приехало много. Клинов кулаком ударил: чтоб ни одного журналиста здесь не было! И всех просто сдуло. Остался Яровой, шустрец такой, журналист. Тогда мне было 22 года, ему тоже. Я его затолкал в вертолет, сказал, что без понятых не поеду, по закону не положено. Такое дело и без понятых?! Говорю: это у меня не журналист, а понятой» (подробности)

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Перевал Дятлова: Версии»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также