Суд об убийстве Юлии Соломатиной: «Я распилил ее болгаркой. Потом мы с мамой закопали останки возле церкви»

На скамье подсудимых 26-летний минчанин и его 49-летняя мать.

Фото: Виктор ГИЛИЦКИЙ. Перейти в Фотобанк КП

- Полностью признаю свою вину, от дачи показаний в суде отказываюсь, - заявил 26-летний Павел Цинявский и после этого не проронил ни слова.

В четверг, 22 января, суд Фрунзенского района начал рассмотрение резонансного уголовного дела. На скамье подсудимых 26-летний минчанин и его 49-летняя мать. Напомним, молодого человека обвиняют в убийстве Юлии Соломатиной, а женщину - в сокрытии преступления и уничтожении документов.

Молодого человека обвиняют в убийстве Юлии Соломатиной.

Фото: Виктор ГИЛИЦКИЙ. Перейти в Фотобанк КП

Когда конвоиры завели Цинявских в клетку, мать сразу отвернулась спиной к залу, опустила голову. Рассмотреть ее было невозможно. Сын же сидел прямо с отсутствующим взглядом. Создалось впечатление, что присутствующие на суде его вообще не интересовали. Он все время смотрел в одну точку.

На процесс пришла мама убитой Юлии Соломатиной, она постоянно закрывала лицо руками, тяжело вздыхала, говорила тихо, порой плакала. Присутствующим на суде было непросто услышать подробности дела.

- В ходе ссоры обвиняемый, находясь в алкогольном опьянении, ножом ударил Соломатину по руке, а затем задушил ремнем. Потерпевшая скончалась на месте. (…) Обвиняемая Цинявская (мать Павла. - Ред.) активно участвовала в уничтожении трупа особо циничным образом. Она расчленила труп, сварила внутренние органы Соломатиной, останки перекрутила на мясорубке, - зачитывал обвинение прокурор Сергей Кротов.

Обвиняемый в чудовищном убийстве - безработный минчанин. Перебивался временными заработками, работал тамадой на свадьбах. Стоило ему выпить, как поведение становилось неадекватным.

Когда конвоиры завели Цинявских в клетку, мать сразу отвернулась спиной к залу, опустила голову.

Фото: Виктор ГИЛИЦКИЙ. Перейти в Фотобанк КП

Его мать, 49-летняя Галина Ивановна, души не чаяла в сыне и вместе с ним пошла на преступление. Женщина работает уборщицей в общежитии, после развода с мужем сразу же снова вышла замуж. Сегодня в суде никто из родных Цинявских не появился, мужа женщины тоже не было.

И хоть сам обвиняемый от дачи показаний отказался, прокурор зачитал его допросы во время расследования уголовного дела.

Отвечал парень односложными предложениями, ему было трудно подобрать точные определения. Павел постоянно повторял: «Вот вы понимаете… Вот я увидел… Вот я понял…»

- Мы познакомились с Юлей ВКонтакте. Я общительный такой человек, стали переписываться где-то недели две. Говорили откровенно на сексуальные темы, потом созвонились, договорились встретиться. В тот день мать и отчим были в деревне, в отпуске. Я купил три бутылки водки, мед. Вот это и пил. Сколько? Наверное, две бутылки. Вечером с другом пошел встречать Юлию в метро (это должна была быть их первая встреча. - Ред.) Она не приехала. Вернулся домой. Я мало что помню, был сильно пьян, не знаю, сколько было времени, что на мне было надето. Потом позвонила Юля, я назвал адрес, она приехала. Мы сидели в комнате, выпивали. Потом я в грубой форме предложил ей заняться сексом, она отказалась, я грубо отреагировал, полоснул ее ножом по руке. Понимаете, когда я пьяный, то неадекватный, меня может бесить все. Мы замотали ее руку бинтом, потом снова произошел конфликт, не помню какой. Я набросил на нее ремень, стал душить, а потом сидел и смотрел, как она бьется в конвульсиях, - рассказывал следователям во время допроса обвиняемый.

Сначала, кстати, у него была другая версия произошедшего: мол, он случайно толкнул девушку, она ударилась виском о стол и умерла. Сразу же после убийства Цинявский позвонил своей матери:

Мать обвиняемого, 49-летняя Галина Ивановна, души не чаяла в сыне и вместе с ним пошла на преступление.

Фото: Виктор ГИЛИЦКИЙ. Перейти в Фотобанк КП

- Понимаете, мать для меня самый близкий и родной человек. Сказал, чтобы она срочно приехала. Я ей сказал: «Ты меня прости, но давай спрячем тело». Она была в шоке, не хотела. Потом я еще сходил в магазин, взял пиво, и мне надо было какую-то штуку к болгарке. Я взял болгарку, кухонный нож и стал расчленять труп. Мать собирала все в таз, что я порезал, носила то в ванную, то на кухню и перекручивала на электрической мясорубке. Потом мы все сложили в сумки, стали выбрасывать по контейнерам. Останки отнесли к церкви на ул. Притыцкого (на окраине Минска. - Ред.) и всю ночь жгли. Я потом еще зашел ВКонтакте, видел, что Юля была онлайн, читал комментарии. А через три дня мне позвонила ее мать. Я струсил, поехал со своей мамой в Ждановичи (на рынок. - Ред.), купил спальные мешки, припасы. Сели на электричку и уехали в сторону Молодечно. Мы скрывались по лесам. Сколько дней - не помню. Я сломал свой телефон и матери - чтобы порвать связь. А потом понял: вот так жить нельзя, совесть меня съедает. И решил написать явку с повинной. Мы приехали к родственникам в Витебскую область, попрощались с ними, и я сдался в местном РУВД, - рассказал во время допроса Павел Цинявский.

Ожидается, что после обеда в суде допросят его мать и маму Юлии Соломатиной.