Премия Рунета-2020
Россия
Москва
-9°
Boom metrics
Политика17 февраля 2015 22:00

Бойцы «Беркута»: Тот запах горелой резины до сих пор не отстирывается

Ровно год спустя бывшие спецназовцы МВД Украины, работающие теперь в Москве, рассказали «КП», как противостояли толпе в центре Киева
Боевики майдана закидывали бойцов «Беркута» булыжниками и «коктейлями Молотова». Милиционеры горели на глазах у всего мира. Но именно их обвиняли в нападениях на майдан, а не наоборот...

Боевики майдана закидывали бойцов «Беркута» булыжниками и «коктейлями Молотова». Милиционеры горели на глазах у всего мира. Но именно их обвиняли в нападениях на майдан, а не наоборот...

Фото: АП

За столом, напротив меня пьют чай трое новых сотрудников спецназа московской полиции: 21-летний Анатолий, 29-летний Евгений и 38-летний Роман. Анатолий в украинском «Беркуте» был милиционером-кинологом, Евгений - командиром роты, а Роман служил в штурмовой группе.

За минувший год земляки успели получить работу, российское гражданство, перевезти в Москву свои семьи.

Разговор был нелегким и начался с просьбы не показывать лица и не упоминать фамилии. У них на Украине еще остались родственники.

НЕ ЗАБЫТЬ ЛИЦО ЖЕНЩИНЫ, БРОСАВШЕЙ В НАС КАМНИ

- Что вспоминаете при слове «майдан»?

Анатолий: - Злые окрики. Нам кричали, что мы убийцы. Предлагали перейти на сторону майдана. Горящие бутылки с зажигательной смесью бились о щиты. Перед глазами лицо женщины, которая бросала камни и убегала.

Евгений: - Как «правосеки» выдергивали наших пацанов и избивали.

Роман: - Запах горелой резины - дышали ей почти месяц. Привез в Россию некоторые вещи оттуда. Они не отстирываются, и запах не дает забыть этот кошмар.

- Кто стоял против вас на майдане?

Анатолий: - Когда мы их задерживали, у них не оказывалось с собой документов. Говорили, что «они ничего не делали, просто проходили мимо». Потом выяснялось, что их нанимали в селах Западной Украины, где трудно найти работу. Доставляли автобусами в Киев, расселяли, кормили, а потом еще платили за хулиганские акции.

ОНИ СТРЕМИЛИСЬ ПРОБИТЬ ШЛЕМ, РАНИТЬ, УБИТЬ

- Чувствуете вину за то, что не разогнали майдан, который привел к развалу Украины?

Роман: - Никто из нас тогда не мог даже представить, что так все произойдет. Мы выполняли приказы и не могли вести себя иначе.

Евгений: - Стараюсь даже не думать об этом.

- Приходилось лично задерживать участников майдана?

Анатолий: - Задержал мужчину с длинной палкой, на конце которой была цепь с гарпуном. Он бил ей по шлемам, а когда гарпун пробивал каску, он срывал ее и бил опять. Когда обыскивали его, увидели, что сам он был в бронежилете.

Роман: - Перед нами стояла толпа с флагами. Древки были деревянные. На верхушке торчал 10-сантиметровый заточенный гвоздь. Таким орудием они стремились пробить шлем, ранить, убить.

ПОБИТЫХ, ПОРЕЗАННЫХ РЕБЯТ ОТБИВАЛИ У ТОЛПЫ С БОЕМ

- Сами пострадали на майдане?

Роман: - Во время последних атак чувствовали себя как спартанцы. Среди сослуживцев было много битых. В столкновении подвернул ногу, отошел в тыл. Присел, но, к счастью, не успел снять шлем. Страшный удар в защитное стекло. Первая мысль - прилетела пуля. Вытащил из дырки в шлеме стальной шарик от подшипника. Такими майдановцы стреляли из рогаток. Если в первые дни майдана мы с нежеланием брали щиты, то в последние недели с ними не расставались.

Евгений: - Пацаны мои горели у меня на глазах... Звучали бессмысленные приказы. Представьте: перед вами десятитысячная толпа, а вам приказывают зайти в нее, чтобы задержать человека. Мы послали десятерых, а из толпы вернулись семеро. Троих пацанов избили, порезали ножами, и даже когда приехала «Скорая», их еще долго не хотели отдавать медикам. Отбивали с боем.

МОГЛИ РАЗОГНАТЬ. НО ПРИКАЗ БЫЛ «СТОЯТЬ»

- Кто, по-вашему, режиссировал майдан?

Роман: - Горожане нам рассказали, что активистов майдана видели то в немецком, то в американском посольстве, то в местном офисе бандеровцев.

Евгений: - Мы могли разогнать майдан, если бы не наше руководство, которое приказывало нам «стоять» на месте. Мы могли бы моментально перекрыть митингующим подвоз еды, оружия, стройматериалов. Не пришлось бы кого-либо разгонять - майдан разошелся бы сам. Но такого приказа так и не отдали.

- Кто все-таки стрелял на майдане? Кто убил почти сотню человек?

Анатолий: - Стрелять? Нам даже активно защищаться не разрешали! Евгений: - В МВД Украины в декабре 2013 года на Яценюка и прочих оппозиционеров были собраны уголовные материалы, которых бы хватило, чтобы отправить их всех в тюрьму. А в январе эти дела приказали прекратить - выходит, была у них с Януковичем договоренность? Вот эта безнаказанность и привела к братоубийству и войне. Думаю, что к кровавым провокациям имеют отношение иностранные спецслужбы, а стреляли активисты «Правого сектора» (радикальной организации, запрещенной на территории РФ. - Ред.).

Анатолий: - Стрелять... Нам даже активно защищаться не давали.

ЗА ДЕНЬ УРНУ КЛЯУЗ ДРУГ НА ДРУГА НАБРОСАЛИ

- Как оцениваете правление Порошенко и его команды?

Роман: - Созваниваюсь со знакомыми и не верю ушам. На Украине сейчас все пишут друг на друга кляузы. Недавно в Краматорске перед горисполкомом украинские военные установили стеклянную урну, написали, что туда можно бросать жалобы на тех, кто поддерживает сепаратистов. Через день урна была полная!

Евгений: - Близкие живут в напряженности - топор можно в воздухе вешать, повестки разносят как смертные приговоры, все друг от друга прячутся.

Анатолий: - У меня на Украине остались двое друзей, но и с ними стараюсь о политике не говорить. По всем каналам там идет реклама: надо «освободить Донбасс от русских террористов».

Роман: - Война везде одинакова: четче видны худшие и лучшие качества человека. Но на Украине на поверхность одновременно вылезли фашизм, национализм, бандеровщина, чьи-то бизнес-интересы, амбиции. Я сам 1976 года, помню СССР, было нормальное детство. Я с удивлением вижу украинцев, которые хоть и старше меня, но отказываются вспоминать эти годы, отказываются думать о будущем своих детей.

ПОКА ПО ЗУБАМ НЕ ДАШЬ, НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИТСЯ

- Если бы случилось вернуться на год назад, что бы вы сделали?

Роман: - Я пытался что-то изменить, но, когда понял, что бесполезно, уехал в Москву. Люди, которые замыслили эту войну, все просчитали: закачали деньги, настроили общественное мнение. Вот пример: до евромайдана по Украине прокатился автомайдан. Так нам запрещали даже смотреть в сторону этих автомобилей. Они сначала, как и в Москве разные «антихамы», боролись со взятками, хамством на дорогах, парковками. А потом резко поменяли окраску. Уже после майдана моих сослуживцев стал отлавливать спецназ и возить на допросы к таким вот общественникам. Тогда я понял, что делать на Украине больше нечего.

- Вы уже познакомились с российской оппозицией на Манежной площади. Что скажете: есть симптомы майдана?

Анатолий: - Мне нравится, что любые попытки раскачать общество в России пресекаются. Мы тут на митингах сразу выделяем провокаторов, удаляем их из толпы, отправляем в райотдел.

Роман: - Нравится, что действия полиции тут поддерживает как власть, так и в целом народ на улице. Добро должно быть с кулаками.

- Вернулись бы на родину, если бы Порошенко сменил другой президент?

Анатолий: - Туда я уже не вернусь - сплошной негатив там.

Роман: - Хотел бы видеть Украину спокойной и процветающей. Но служить буду только народу России.

Евгений: - Наши семьи уже сделали выбор. А Украине желаю только добра.

Вряд ли на майдане думали, что их «революция» обернется гражданской войной (на фото - высота Саур-Могила, за которую шли одни  из самых кровопролитных боев в Донбассе).

Вряд ли на майдане думали, что их «революция» обернется гражданской войной (на фото - высота Саур-Могила, за которую шли одни из самых кровопролитных боев в Донбассе).

Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ

ВОПРОС ДНЯ

Чему научил нас майдан?

Михаил ДЕЛЯГИН, директор Института проблем глобализации:

- Тому, что негодование людей против плохого общественного устройства может не только улучшить, но и ухудшить положение и даже уничтожить государство. Мир узнал, что нацизм жив. Актуальное политическое явление либерализм - нынешняя реинкарнация нацизма.

Алексей МУХИН, директор Центра политической информации:

- Это пример того, как иностранное государство может при соответствующей подготовке легким толчком не только сменить власть, но и ввергнуть страну в гражданскую войну. При этом лишь располагая информацией о внутренних противоречиях в обществе и рассчитывая на алчность действующих политиков.

Виталий ТРЕТЬЯКОВ, декан Высшей школы телевидения МГУ:

- Всегда считал украинскую землю своей, как и полагается в России. То, что происходит там сейчас, как говорится, врагу не пожелаешь: в армию забирают всех подряд, раз в два дня хоронят троих детей, а лидеры клянчат у всего мира деньги.

Иван ЖУКОВ, доцент кафедры политологии Омского госуниверситета:

- Тому, что братские народы - это не константа. Чтобы русский и украинец называли себя братьями, нужна постоянная работа властей, этого желающих.

Владимир БОРТКО, режиссер, народный артист РФ:

- Мы должны внимательно следить за положением в стране, за настроением наших жителей и сделать все, чтобы никогда в России подобного не случилось. Пусть руководители просыпаются утром, мажут бутерброд и думают, что нужно делать, чтобы у нас такого не произошло.

Константин БАХАРЕВ, первый вице-спикер парламента Крыма:

- Главный урок для всех крымчан в том, что нужно оставаться верными своим жизненным принципам и заветам наших отцов. Благодаря этому мы сейчас имеем мирное небо над головой.

Ростислав АНТОНОВ, организатор гуманитарной помощи жителям Донбасса, Новосибирск:

- Майдан показал нам, что свою страну надо беречь. Это не значит, что нужно во всем слепо поддерживать власть. Ее нужно критиковать, защищать свои права, но только в рамках закона. Проблемы решать на выборах, а не на площадях.

Анна, слушательница Радио «КП» (97,2 FM):

- Весь мир понял, что слабой нацией можно управлять, как марионетками. Теперь все знают технологии проведения таких майданов. Главное - вовремя понять и не допустить.