Как отучить военных материться?
Баранец:
- Добрый вечер, уважаемые слушатели «Военного ревю». Со мной в студии кто бы вы думали?
Тимошенко:
- А как обычно – полковник Михаил Тимошенко. Здравствуйте, товарищи!
Баранец, Тимошенко:
- Страна, слушай!
Баранец:
- Темы у нас будут разные. Веселые и грустные, злые и добрые. По вашей просьбе, неожиданной просьбе, уважаемые радиослушатели, мы сегодня ночью с Михаилом получили огромное количество писем, о чем бы вы думали? Продолжить тему о том, как можно искоренить мат в армии. Вы знаете, что готовится брошюра, с помощью которой это стилистическое зло военные руководители и намерены очистить армию от сквернословия. Я нисколько не шучу, поскольку тема серьезная. Миша, можно я последний раз скажу нехорошие слова, потому что я тоже военный, я не хочу пример сквернословия.
Тимошенко:
- Скажи последний раз.
Баранец:
- Когда я был юным лейтенантом, у меня был блокнотик, где я собирал шедевры армейской словесности. И вот тогда в одной из казарм я нашел старшину, о котором ходили легенды. О стилистических изысках которого. Там звучала такая фраза. Миш, в казармах, ты помнишь, мастику надо было растирать, чтобы полы блестели. Была такая ручка.
Тимошенко:
- Швабра была специальная с утяжелением.
Баранец:
- Там были четыре трака. И боец вместо того, чтобы рационально намазать пол в казарме, он каким-то толстым слоем его намазал. Старшина под подковочках пришел, упал. И сказал знаменитую фразу: «Эй, ты, хрен, на хрена до хрена нахреначил? Отхреначивай на хрен!» Фраза звучала в несколько другом исполнении. Вы догадываетесь, в каком. Но я тогда тоже подумал, а что происходит с нашим армейским языком. Теперь тебе слово.
Тимошенко:
- Я могу сказать насчет армейского языка. По сравнению с морским языком это жалкое однообразие. Чего стоило окончание большого петровского загиба, где было сказано: «Через крест мать гроб через лоб в душу и вот ты понимаешь какое дело». А перед этим 27 слов. Боцманы знали наизусть. Но это ж могли породить только, понимаешь, в воспаленном мозгу моряки парусного флота, где-нибудь заштишевшие в районе экватора. Вот они, бедняги, изнемогают от жары, пресная вода кончается, а ветра-то все нет.
Баранец:
- Я сегодня подумал: вот рядовой, танкист, забивает пальцы в траки. Такой тяжелой кувалдой. И вдруг он выронил эту кувалду и уронил сержанту на большой палец. Все это на бетоне происходит. Я думаю, что сержант скажет так: «Уважаемый рядовой Миша Ковалев, соизвольте, пожалуйста, выровнять траекторию вашего ударного инструмента». Это мы для затравочки, для разогрева объявили одну из наших тем. Конечно, сегодня можно говорить и о Сирии, и о «Боинге». Лишь бы это было связано с армией. У нас уже первый звонок.
Ростислав:
- Александр Лукашенко сказал как-то, что его офицеры должны получать доплату от России к своему жалованью. Вопрос: не является ли это военной проституцией Республики Беларусь?
Тимошенко:
- Сразу хватил!
Баранец:
- Вы знаете, я уже, наверное, буду каждую передачу начинать с того, что, товарищи офицеры, мы должны показывать обществу умение оперировать фактами. Вот сейчас мы не можем говорить о том, правда это или нет. Возможно, это какой-нибудь пьяный слушок. А мы оскорбим одного из президентов Союзного государства.
Тимошенко:
- А если даже это правда, то вполне понятно, почему. В белорусской армии денежное довольствие меньше, чем в российской. А вроде как они на передовом рубеже. Кто у нас на связи?
Александр Александрович:
- Добрый вечер. Я по поводу мата в армии. Тем более на флоте. Мой отец – кадровый офицер флота советского. Я сам служил в советском флоте. Я был маленький, отец меня взял на корабль. Я от него в детстве мата не слышал, не знал. Но я в то время уже и сам ругался, и знал, что это такое. И как-то неожиданно я так попал, он меня не видел, он раздавал «подарки» сослуживцам. Я был шокирован! Я такое услышал. Насколько благородно ведут себя офицеры в своем кругу, в кругу семьи, в кругу друзей. И насколько они отличаются в боевой обстановке. Это две большие разницы. И там без мата потом по жизни, я понял, существовать невозможно. Здесь воспитание. Никакими указами этого не добьешься. Это должно быть с детства, с рождения.
Тимошенко:
- Знаете, какая любопытная вещь? Американцы в свое время проводили исследование. Дабы обосновать некие неуспехи своих сухопутных войск и морской пехоты, они утверждали, что вот для того, чтобы управлять в бою, в английском языке приходится применять слова не менее чем из 9 букв, а русские в боевой обстановке переходят на совершенно секретную специальную лексику, где самое длинное слово состоит из 5 букв. А вообще в основном – три.
Андрей:
- У меня сегодня праздник – первый раз до вас дозвонился. Регулярно слушаю вашу передачу. Я по поводу сегодняшней темы. Я сам проходил сборы, закончил военно-медицинскую академию. Мне кажется, невозможно искоренить это.
Александр:
- По поводу мата в армии. Я служил 30 лет назад. И сейчас как раз вспомнил своего командира дивизии полковника Виктора Михайловича Барынькина. Я не знаю, жив-здоров он?
Баранец:
- Жив-здоров, конечно.
Тимошенко:
- Он в Генштабе служил.
Баранец:
- Начальником ГОУ был, потом зам. начальника Военной академии Генштаба.
Александр:
- Он был командиром мотострелковой дивизии. Это был образец для меня, не только для меня, для всех наших солдат, которые служили срочную службу. И представить, чтобы он матерился, это только какие-то уголовники, может быть. Стремиться нужно к тому, чтобы армия у нас воспитывалась. И хотелось бы, чтобы такие офицеры были. А не то, что сейчас мы наблюдаем, к сожалению. Возвращаюсь в наше Тверское суворовское училище, где матерщина от офицеров идет. И об этом говорят наши сувороцы нынешние. Начинать нужно с воспитания офицеров. Чтобы не проходили люди с наколками, курящие и прочие. Более серьезно подходили к отбору офицерского состава. Что вы думаете об этом?
Тимошенко:
- Мы думаем, что офицеры в том числе получаются и из суворовцев.
Баранец:
- Вы резонно говорите об этом, потому что это давняя проблема армии. Но я немножко шире об этом думаю. Думаю, что воспитание будущего офицера, да вообще гражданина должно начинаться от мамкиной тити. Потому что не может быть такого, что парень курил, ширялся, может быть, до восьмого класса, потом бац – в суворовское училище попал и на следующий день перестал материться. Воспитание суворовцев включено в государственную систему воспитания. Какова в обществе культура. Да, бывают самородки.
Владимир:
- Служил в 1972-1973 году в Бакинском округе ПВО после института. Так вот, от старших офицеров никогда ничего подобного не слышали. Ну, у младших проскальзывало иногда. А вообще военные психологи говорят, что для снижения нервного напряжения употребляются эти выражения. Но у нас была часть многонациональная. Так вот, первое знакомство с русским языком у представителей Средней Азии, Закавказья начиналось именно с мата. И считалось, что так легче усваивается.
Баранец:
- Присаливали немножко.
Владимир:
- Да, это было. А вот дед мне рассказывал, он был участник первой мировой, служил в лейб-гвардейском полку. Вот там строжайше было запрещено и строжайше штрафовали. Но как только прибыли на фронт, сразу среди солдат это дело пошло. Так что я считаю, что неистребимо и пусть остается.
Баранец:
- Я бы согласился с вами: пусть остается в боевой обстановке.
Тимошенко:
- За то, что Великий князь, шеф кавалерии обложил матом заочно кавалергардов, ему пришлось извиняться перед строем полка.
Юрий:
- Здравствуйте. У меня вопрос такой. Дело в том, что, мне кажется, без крепкого слова у нас люди не всегда понимают. Вы правильно сказали: воспитание гражданина начинается от титьки, что семья, дом, работа. Когда он всю жизнь воспринимал только через крепкое слово все, что вокруг него происходило, он придет в армию, и тут как ему объяснить? Мне кажется, офицеры и сержанты просто не добьются результата, если этого не применят.
Баранец:
- Тут надо, конечно, серьезно консультироваться с военными психологами.
Тимошенко:
- Я думаю, что для начала надо решительно искоренить, вплоть до сожжения на костре, всех бывших лекторов общества «Знание», политологов и прочих производителей болтовни. Чтобы люди отличали те слова, которые необходимо понимать как призыв к действию, просто от болтовни. Слишком много у нас болтовни стало в стране.
Алексей:
- Здравствуйте, товарищи полковники. Я немножко не по теме скажу. Я не говорю о нашей армии плохо. Ребятам срочной службы сейчас переходить на зимнюю форму. Им сказали: зимней формы не будет. Покупайте за свои деньги. Зарплата у них хорошая – 11 тысяч срочнику платят. Но все равно это ж им платит государство. А остальное им должны давать.
Баранец:
- Недавно занимался таким случаем. Матери написали, чтобы форму покупали за свой счет. Выехал целый генерал с группой тыловых полковников. И узнали, что это сучье отродье у матери выкачивало деньги. А одет был с головы до ног. Генерал чуть не плакал, показывая мне его амуницию. Боец говорит: да, это мое. Зачем ты делал? Чтобы мамка гроши прислала. Выпить не на что.
Алексей:
- Он у меня даже рубля не попросил. Они получают сами деньги. Он просто говорит, что им сказали: покупать за свои деньги. Ни шапок нет у ребят, ни берцев.
Баранец:
- Это армия или внутренние войска?
Алексей:
- В Южной Осетии какие войска?
Тимошенко:
- Сколько цифр в номере части?
Алексей:
- Пять.
Тимошенко:
- Скорее всего, армейские.
Алексей:
- Учебка была во Владикавказе.
Баранец:
- Звоните завтра. Будем разбираться с этой частью.
Олег:
- Добрый вечер. После 1917 года у нас любили повторять: наша армия рабоче-крестьянская. И дворян там нет. Там нет интеллигенции, которую выбили. Там нет дворян. Там остались в армии рабочие и крестьяне. Вот они между собой и разговаривают на рабоче-крестьянском языке. У меня все.
Баранец:
- Ни одного интеллигента в армии нет – я категорически не согласен.
Тимошенко:
- А вот, допустим, покойник папенька мой, который кончил архитектурный, он кто? Интересно было бы знать.
Баранец:
- Это страшно субъективно.
Тимошенко:
- Который прошел всю войну, из казачьего рода. Вроде бы уж сам бог велел крепким словцом. Он не переносил матюгов. Начальник академии, где я учился, - тоже.
Баранец:
- И небось из крестьян? Не катит логика.
Тимошенко:
- И начальник курса тупо говорил: а как вы, обращаясь к подчиненному на ты и с матюгами, можете послать его выполнять боевой приказ?
Баранец:
- Сейчас нам человек пытался насчет рабочих и крестьян сказать. Эта логика легко сметается простым и ясным вопросом: а что, у нас интеллигенция не матерится? Бывают же разные. Рафинированные, как офицер Барынькин. А бывают люди творческие.
Тимошенко:
- А интеллигент вообще кто? Это что за зверь такой? И что за порода?
Баранец:
- Я не согласен, что только рабоче-крестьянской среде это приписали. Разные люди бывают. И к разному сословью принадлежат. И матерятся так, что уши отлетают.
Сергей:
- Хочу привести пример мата. Мой маленький сын сильно поранил палец. Если этот человечек ни разу не слышал мата, он просто бегал по саду и кричал: «Ой, больно, больно!»
Баранец:
- Вот так должны реагировать.
Александр:
- Желаю здравствовать, товарищи полковники. Когда вижу нынешнее Московское суворовское военное училище, хочется материться. Потому что переселили из исторического здания в здание стройбата 70-х годов. Причем делал это не Сердюков, а Герой Советского Союза Грачев. Виктор Николаевич, есть просьба. Выйдете с инициативой перед министром, перед президентом, не пора ли восстановить и историческую справедливость, и отдать долг будущим офицерам российской армии?
Тимошенко:
- А кому сейчас принадлежит это историческое здание?
Александр:
- Таможенному комитету. Это здание – бывшая разведшкола времен Великой Отечественной войны. Это военное здание.
Баранец:
- 1 сентября я был там. На меня суворовское училище не произвело впечатления такого тюремного учреждения. Там что могли – сделали.
Александр:
- Абсолютно согласен.
Баранец:
- По распоряжению министра спортзал и плавательный бассейн, при мне просили министра преподаватели. Я не увидел там разрухи. Я увидел там прекрасный дом культуры, там все чистенько. Но на зубах, конечно, все держится. Конечно, хочется, чтобы оно было в Филях. Я сам немножко породнен с этим училищем по семейным обстоятельствам. Конечно, для меня было очень тяжело и горько, что это училище, которое было в Филевском парке издревле, вдруг куда-то отправили.
Александр:
- На Бабушкинкую. Промзона.
Баранец:
- Там бы земельки прирезать. Но я вам скажу, его не стыдно показывать даже иностранным военным делегациям. Наверное, трудно решаемый вопрос. Я же не буду вам говорить, что я смогу решить вопрос. Хорошо, я просто доведу этот сигнал. А вот насколько он выполним? Давайте буду прямо и беспощадно говорить. Вот я не знаю, наверное, это проблематично. Тем не менее, поговорим.
Сергей:
- Про сына я вам рассказал, а вопрос не успел задать. Хотелось бы узнать ваше мнение о применении наших ракет «Калибр». Мы в том числе используем в Сирии и авиацию. А не дешевле ли было использовать «Калибры», раз Иран нам разрешает их пролет?
Тимошенко:
- Не дешевле.
Баранец:
- И Ирак тоже разрешает пролет. Ирак, Иран и Сирия разрешают.
Тимошенко:
- К сожалению, такая техника, как крылатые ракеты дальнего действия, они очень недешевые. Это не ширпотреб. Понятное дело, откуда они взялись. Потому что уже в 1983 году были и в 1984-м серийно выпускались. И мы оснастили бригаду в Елгаве ракетами крылатыми наземного базирования РК-55. К тому времени уже существовал «Гранат» - ракеты, запускаемые из торпедных аппаратов подводных лодок с дальностью до 3 тысяч км. Но потом Михаила Сергеевича напугали тем, что вот нас сейчас завалит НАТО крылатыми ракетами с ядерными зарядами. И он одновременно с договором о ракетах средней и меньшей дальности кукукнул и наши ракеты с такими головами. А как только на нее ставишь фугасную головку, дальность-то падает.
Баранец:
- В 1997 году в Хельсинки Ельцин предложил так лихо Клинтону: давай крылатые ракеты обе стороны ликвидируют как класс. Знаете, что Клинтон ответил: дорогой Борис, если мои генералы узнают об этом, я не долечу на своем самолете до Вашингтона.
Юрий:
- Здравия желаю, товарищи офицеры. Как всех матерная тема затронула, даже про 054 забыли.
Тимошенко:
- Не то слово. Прохватила глубоко. Видимо, Госдума не зря запретила эти слова.
Юрий:
- Я не согласен с тем, что армия без мата невозможна. Может, она и невозможна, но там не на мате далеко все держится. Это неправда.
Баранец:
- Это так.
Юрий:
- Вы правильно по поводу рабочих и крестьян ответили. Я лично, например, встречал и среди рабочих и крестьян интеллигентов. При этом это были люди малообразованные и даже малограмотные, но истинные интеллигенты. А матерились и августейшие особы, и члены царской фамилии. И уже набившая оскомину истина: все в армии, что есть хорошего и плохого, с гражданки. Только там все ярче проявляется. Вот я советую всем, кто этой темой интересуется, прочтите рассказ Станюковича «Смотр». Как реагировать на это дело? Исторический пример. Однажды у Екатерины II на приеме был один из адмиралов. Она его попросила рассказать об одном из морских боев, в котором он был участником. Он распалился и начал загибать, не то высказывать. Но он вспомнил, где он находится, перед кем. Екатерина снисходительно улыбнулась, сказала: «Вы продолжайте, адмирал, я морских терминов не понимаю».
Баранец:
- Спасибо, Юрий!
Алексей:
- Добрый вечер. Я анекдот приличный хотел рассказать в тему про мат. Выходит боцман утром на палубу, пузо почесал и говорит: «Господи, какая прекрасная погода!» - «Мать, мать, мать!»- привычно отозвалось эхо. А вопрос такой. Неужели это так важно сейчас – с матом бороться? Почему нельзя с чем-то другим, действительно актуальным?
Тимошенко:
- Да это бы ладно. Вот когда мы говорим о несправедливом размере военных пенсий, когда мы говорили о том, что нет компенсаций на реальный размер инфляции, когда мы говорили о том, что растут цены, народ так не переживал. А вот как матюги запретить – так это ж е-мое, прям на стену полезли.
Баранец:
- Конечно, у армии много проблем. Мы привязались к информационному поводу – к этой брошюре, которая издается Арцыбашевым.
Тимошенко:
- Пусть издает за свой счет.
Баранец:
- Это факт, который получил очень широкое распространение в частях, об этом говорят. И мы же стараемся, чтобы «Военное ревю» дышало одним воздухом с армией, одними болями, одними радостями. Потому мы и затронули эту тему.
Тимошенко:
- Я готов спорить на пакет кефира против бутылки водки, что, если снизить цену на водку и на курево, то социального напряжения и соответственно матюгов станет меньше.
Баранец:
- А тем, кто матерится, водку не продавать.
Роман:
- Добрый вечер. Я являюсь кислородчиком с 2001 года. Знаете, что за профессия военная?
Баранец:
- Если послужили по 33 года, то знаем. Вы нам экзамен не устраивайте.
Роман:
- У меня сейчас нет ЗИПа и личного состава. Как бы вы лингвистическим языком назвали эту ситуацию?
Баранец:
- Если вы пенсионер, зачем вам ЗИП и личный состав?
Тимошенко:
- Человек служит. Нет ЗИПа и личного состава, а выполнять задачу нужно.
Роман:
- Правильно.
Баранец:
- Вы в каком звании?
Роман:
- Майор. Авиация Северного флота.
Баранец:
- Позвоните нам, мы потолкуем с вами обстоятельно. Вопрос больной и серьезный.
Евгений:
- Здравствуйте, товарищи полковники. Начинал службу лейтенантом, командиром взвода у ротного. У меня был великолепный ротный Ромащенко Вадим Петрович. Вот он, когда песочил солдат, офицеров и прапорщиков, ни одного матерщинного слова не говорил. Но, знаете, такое было впечатление, что тебя по наждачной бумаге два часа возили. Я у него этому великолепному искусству научился. Сейчас служу в офицерском коллективе. Мы между собой вообще не ругаемся матом. Не кажется ли вам, что вот это все, что творится, попытка в армии мат уничтожить, это все просто какой-то пиар-ход и попытка попиариться непонятно на чем? В армии это не проблема. Проблемы другие.
Тимошенко:
- Проблемы начинаются с дома, с улицы, со школы. Идешь, навстречу тебе или попутно группа молодежи, в которой школьницы. И, мама дорогая, какие словеса! Если бы депутат Госдумы слышал, он бы сразу свернулся как молоко кислое.
Баранец:
- Я не сторонник такого категорического мнения, что не надо с этим злом бороться. Представьте себе блистательного офицера, профессионала, великолепно одетого и идущего по московской улице, сморкающегося на другую сторону улицы. Не надо его учить. Пусть харкает, плюет. Разве это важно? Главное – чтобы он победил в бою. Не катит эта логика. Все проблемы надо решать. Конечно, своевременно, конечно, для этого есть особо важные моменты. Так что и культура – это тоже часть боевой подготовки армии.
Тимошенко:
- «Русский мат – это часть языческих заклинаний и обрядов. С помощью матерщины русские язычники отпугивали бесов и нечистую силу. Мат должен литься красиво, выражая эмоции в полной мере. Мат нужно говорить бережно и точно. Яков». Спасибо, Яков. Теперь как только увижу какого-нибудь общественного деятеля по телевизору, так буду говорить плавно и красиво. Все время хочу спросить: чем на хлеб зарабатываешь, общественник ты наш? И сразу юрк в тину – и никаких разговоров.
Баранец:
- «Есть ли в России сеть официальных госвоенторгов? Как вам их ассортимент? Павел из Казани». Сеть военторгов есть. Ассортимент там преимущественно армейский. Но если вам хочется там еще печенья и кефира, там это тоже есть. Но один военторг занимается у нас очень серьезными военными вопросами.
Тимошенко:
- Да, разъездной. 200-я секция. А вот шифровка, потому что вместо знаков препинания какие-то загадочные дроби косые нарисованы. Хотелось бы понять, последнее слово – это подпись или обращение ко мне? Читаю: «Да, раньше шли в атаку с молитвой. Фильм «Адмирал». А не с матом. Чтобы до конца понять, кто русский, надо быть православным. Вы грамотный, но не образованный. Тимошенко». Вы мой однофамилец или вы ко мне обращаетесь? Получается, что вы-то неграмотный, раз так пишете.
Баранец:
- Уважаемый товарищ не Тимошенко. В офицерском обществе принято, когда вы так категорично судите, чтобы глупость не показывать, надо говорить: «я думаю», «на мой взгляд», «мне кажется», «по моему представлению». Тогда вы будете… Категоричность в таких суждениях глупа.
Тимошенко:
- «Год назад Генштаб заявил, что дедовщина в армии практически исчезла, потому что срок службы составляет 1 год. А что, на ваш взгляд, нужно сделать, чтобы это зло исчезло совсем?» А вообще отменить службу в армии. Дедовщины не будет. Потому что, если даже будет срок службы 1 день, те, кто увольняется вечером, будут… с теми, кто пришел утром.
Баранец:
- Начинаем бороться с дедовщиной с детского сада, с яслей. Тогда можно будет…
Тимошенко:
- Игрушкой по голове: это что такое?
«Очень тяжело слушать диктора, который в 17.00 читал новости». Звоните диктору.
«Вот что творят-то! Ведь в армии все перестанут друг друга понимать. Это уже похоже на диверсию». Вполне может быть, что и диверсия. Господин Арцыбашев автор диверсии. Он, видимо, заброшен Абвером с парашютом.
Баранец:
- «Какими еще типами ракет можно отработать ИГИЛ с суши Российской Федерации?»
Тимошенко:
- А больше никакими. Потому что дело в том, что с межконтинентальной баллистикой тут штука проста. Ракета она как камень летит брошенный. А значит, минимальная дальность, как правило, равна половинке максимала. Если максимал 10 тысяч, то ближе чем на 5 ты никак ее не докинешь.
Баранец:
- Теоретически порассуждаем, что припрет, может быть, самолетик стратегический поднимется. У него там тоже есть крылатые ракеты. Подойдет он со стороны…
Тимошенко:
- Есть, 2500. Х-55. Те же самые дальности – 2500. С территории Российской Федерации, с суши.
Баранец:
- Тут такой пентагоновский вопрос.
Тимошенко:
- Баловство это все.
«Мой друг, ведущим посвятим сей стих.
Два полковника сленца
Доложились слегонца.
Тимошенко рассказал,
Что в ООН Обама лгал,
А полковник Баранец
Сообщил: ИГИЛ капец.
В общем, что ни говори,
А полковники правы.
Младший сержант ГСВГ Евген».
Спасибо вам, поклон низкий.
Баранец:
- Но вы все нас Ким Ир Сеном с Мао Цзэдуном не сделаете. У нас нет культа личностей.
Тимошенко:
- «Вы не ответили на вопрос: будет ли возрожден телеканал «Комсомольская правда»? Юрий, Кимры, группа пролетарского гнева».
Баранец:
- Обещаем на этот вопрос ответить завтра. Мы снова в эфире.
Тимошенко:
- «Добрый вечер, товарищи полковники. Я считаю, что мат в военных институтах и училищах на х… запретить, в боевых действиях никуда от этого не деться. Вадим, Ставрополь». Ну что же, совпадает с мнением большинства.
«ТСН в программе «Тиждень» 11 октября сообщила, что «Бук», которым был сбит «Боинг», был доставлен россиянами из 53-й ЗРБ города Курска. А люди этому верят. И еще, если Обама не разругается с Конгрессом, то Украина закупит 320 комплектов Javelin. Иван, Москва». Я так понимаю, что это мова – «Тиждень», «неделя». Ну чего, брехня обычная украинская. А насчет Javelin, ну что я могу сказать. По 250 тысяч долларов за каждый комплекс? Ну пусть закупят.
Баранец:
- Уважаемый Иван, при случае передайте своим знакомым, что в том районе, где случилась трагедия 17 июля, как раз базировался зенитный ракетный полк ПВО 33-й украинской армии, который проводил там учения. Так вот, Совбез этой страны, где все через задницу делается, я имею в виду Голландию, даже не запросил журнал учеты боевой подготовки.
Тимошенко:
- «ТСН 7 октября показала выступление Порошенко перед личным составом ВСУ, где призвал командиров проводить учения личного состава на полигонах, а замполитов – поднимать патриотический дух, так как освобождать Донбасс и Крым им еще. Иван, Москва».
Баранец:
- Опять Иван.
Тимошенко:
- Ну чего делать? Призвал так призвал. Ну пусть освобождают, пусть приходят.
Баранец:
- Один, который приходил к нам, он цианистый калий очень в финале полюбил. Так что я думаю, на Украине тоже найдется пару килограммов.
Тимошенко:
- Тут опять про матюги. О том, что надо с детских лет. Понимаем, согласны.
«Виктор, Рязань. Вы думаете, какие слова произносил… когда его добровольно пытались посадить в истребитель?»
Мы прощаемся с вами до завтра. Не успели ответить на четыре шифровки. Если сможем их найти в общей переписке, ответим завтра.
Баранец:
- До свидания.
Слушайте программу «Военное ревю» с полковниками Баранцом и Тимошенко каждый вторник, среду и четверг в 17:05 по московскому времени на волнах радио «Комсомольская правда». Слушайте нас на частоте 97,2 FM в Москве, на нашем сайте www.FM.KP.ru или в мобильных приложениях Радио КП для iOs и Android.
Архив программы «Военное ревю».