
Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
На границе России и Луганской Народной республики вереницы фур с белорусскими номерами. На вопрос: что везете, экспедитор Василий из Гомеля отвечал:
- Лично я везу берцы и прочую амуницию, а ребята в основном возят наши белорусские продукты.

Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
В магазинах Краснодона и Луганска ныне и впрямь изобилие недорогих белорусских продуктов. Есть и свои луганские. Российские же продукты редкость, так как цены на них кусачие.
Зачем, спрашивается, белорусам везти через Россию в Луганск, например, сметану, которую они продадут в Луганске за 100, а России могли бы продать за все 150? На это Василий отвечает, чтобы попасть на российский рынок надо много заплатить местной мафии, поэтому выгоднее задешево продать в Луганске, где есть порядок.

Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
ВОРОВАТЬ СТАЛИ МЕНЬШЕ
- Порядка теперь у нас куда больше, чем до войны, - говорит управляющая продуктовым супермаркетом «Каштан» Лариса Дорошенко. – Контрафактных продуктов или паленого спиртного сейчас не найдете. Почему? Потому что за это сразу…, - она резко черкнула рукой по воздуху.

Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
- К стенке что ли?
- Нет, ну там как-то очень жестко с жуликами поступают. Но что для меня удивительно, люди в магазинах перестали воровать, как это до войны было. Хоть и с деньгами сейчас у всех туго, а воровства не стало. У нас вот за целый год только одну женщину с ребенком задержали. Она булочку стащила. Отпустили, конечно.
Два года назад Луганск был разрушен, как когда-то город Сухум во время грузино-абхазской бойни. Но если Сухум и поныне не восстановлен, то в Луганске от недавней войны следов почти уж не видно. На улицах чистота. Однако же малолюдно и малоавтомобильно. От довоенного населения, как сказывают, осталось процентов 60 – 70. Но всюду кипит работа. Отряды дворников машут метлами по всему городу. Нет, это не Сухум.
Когда я увидел цирковую афишу, был особенно удивлен. А ведь в 2014 году в этом огромном полустеклянном здании не осталось ни одного целого стекла и внутри все было разрушено от прямых попаданий. По цирку зачем-то били несколько раз, хотя ничего военного тут и рядом не находилось.

Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
КОБЗОН ПОМОГ
По сухумскому опыту мне так виделось, что этот цирк если и восстановят, то лет через 10 может. Оказалось, луганский цирк работает уже год!
- Это Кобзон очень нам помог, - рассказывает директор цирка Дмитрий Касьян.
- На свои?
- Я не знаю как там денежные вопросы решались, мне известно, что Иосиф Давыдович подключил Росгосцирк. Какую-то часть оплатило наше правительство, и нам все быстро восстановили.
- Хорошо, конечно, хотя казалось бы – цирк во время войны дело далеко не первое.
- Цирк это очень знаковое. Это такое общее и понятное для всех искусство. Если в городе работает цирк, значит в городе налажена жизнь.

Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
- На черта ВСУ было цирк крушить, как думаете?
- Думаю, это было целенаправленное разрушение культуры города. Также разрушили областную библиотеку, музей истории города, били по краеведческому музею, по церквям, что бы разрушить все культурное и духовное и тем самым сломать народ.
- Ваш коллектив уцелел?
- Когда начиналась война, было предложение из Минкульта Украины всему нашему коллективу переехать к ним на ту сторону. Но наши почти все остались даже после того, когда цирк был разрушен. И сейчас мне странно получать письма из украинского министерства культуры «дайте сводку о готовности цирка к отопительному сезону». Хочется позвонить им и сказать все что думаю после того, когда они цирк разбомбили. Но возможно, это просто технические накладки. Наверно они рассылают во все свои цирки подобные письма, а нас забыли выключить из рассылок.

Фото: Николай ВАРСЕГОВ.
В ЛУГАНСК ПРИГЛАСЯТ, ВОЗМОЖНО, КИЕВСКИХ ЖУРНАЛИСТОВ
В Луганске все еще комендантский час в ночное время и где-то на дальних подступах каждый день стреляют. Но местные новости все больше о мирной жизни. Игорь Плотницкий – глава республики с экрана ТВ распекает чиновников за то и это. Возмущается вражеской пропагандой, которая голосит на весь мир, что тюрьмы в ЛДНР ныне чудовищней сталинского ГУЛАГа. Плотницкий обращается открыто к силовикам и предлагает им вызвать киевских журналистов, провезти их по здешним тюрьмам. Пусть все увидят сами.
После силовики предлагают и мне на следующей неделе посетить луганские остроги, где, говорят, среди прочих узников даже есть россияне еще с тех довоенных времен.