2017-01-27T17:54:38+03:00

Москва таинственная: Как Ахматова поделила Ордынку с Достоевским

Продолжаем открывать московские тайны вместе с Радио «Комсомольская правда» [аудио, фото]
Поделиться:
Комментарии: comments12
В этом доме (на фото справа) у Ардовых и останавливалась Ахматова.В этом доме (на фото справа) у Ардовых и останавливалась Ахматова.Фото: Михаил ФРОЛОВ
Изменить размер текста:

ПОСЕЛИЛАСЬ В ДОМЕ ШАЛЯПИНА, ВЫИГРАВШЕГО ЕГО В КАРТЫ

Андреассен:

- Сегодня мы пройдем по Москве Анны Ахматовой. Установлено, говорят, более 100 мест, где она останавливалась в Москве, но мой гость выбрал самые интересные. Это Александр Мишин, библиофил и гид общества пеших прогулок Москвахода. Здравствуйте.

Мишин:

- Добрый день! Анна Андреевна первый раз приехала в Москву в 1912 году из Киева. В целом, Москва, конечно, занимала большое место в ее жизни, особенно потом, с конца 30-х годов. Для нее ее география жизни была все-таки внутренняя, хотя она в конце жизни сказала: в молодости я больше любила архитектуру и воду, сейчас – это уже 60-е годы – землю и воздух. Московские пейзажи для нее были интересны. К тому же Москва стала для нее и городом любви: первый муж – специалист в области древней Вавилонии и ассиролог Шилейко.

Андреассен:

- Жили они в 3-м Зачатьевском переулке, если мне не наврал Интернет.

Мишин:

- Он не наврал. Район этот был спокойный, тихий, рядом с Зачатьевским монастырем, где Ахматова видела замечательный и, увы, взорванный в 30-е годы неоготический собор работы великого архитектора Михаила Быковского – сейчас там новый храм, уже в других формах, возведен. То есть, место очень изменилось.

Андреассен:

- Но дом в 3-м Зачатьевском переулке, №3, про который мы ведем речь, сохранился. Говорят, там жил Шаляпин, который якобы выиграл этот дом в карты. А сын певца завещал этот дом центру имени Шаляпина, но сегодня здание принадлежит какому-то частному лицу – а какому, никто не знает.

Первым адресом Ахматовой в Москве был дом возле Зачатьевсого монастыря, в переулках. Только сам монастырь тогда был разграблен, а на его территории были школа и детская колония. Фото: Наталия АНДРЕАССЕН

Первым адресом Ахматовой в Москве был дом возле Зачатьевсого монастыря, в переулках. Только сам монастырь тогда был разграблен, а на его территории были школа и детская колония.Фото: Наталия АНДРЕАССЕН

Мишин:

- С этим домом было много историй в перестроечные и постперестроечные годы. То его собирались сносить. То открывать центр Шаляпина. Будем надеяться на лучшее, хотя когда это «лучшее» растягивается, оно становится призрачным.

Андреассен:

- Вернемся тогда к Ахматовой.

Мишин:

- У Анны Андреевны были возможности уехать из России, ее звали друзья и подруги, отбывшие за пределы бывшей Российской империи, но она не уехала. Она была человеком совестливым, а Шилейко - человеком... нездоровым. Он и умер в очень не старом возрасте от туберкулеза. И при всех этих сложных отношениях она, не будучи слишком хозяйственной женщиной, взвалила на себя большой труд. И когда они уехали в Петербург, он переселился к ней в комнату фонтанного дома, с которым связано почти 30 лет жизни Анны Андреевны, и жил там до развода в 1926-м, когда уже Анна Андреевна была со своим третьим гражданским мужем - искусствоведом Николаем Пуниным. В том же фонтанном доме. Но это петербургская история.

Москва же по большому счету для Ахматовой начинается с 30-х годов, где она бывает периодически, наезжая в гости, в частности, к чете Мандельштамов, до ссылки Осипа Эмильевича в Воронеж

«ПИСАТЕЛЬСКИЙ ДОМ»: БУЛГАКОВ, МАНДЕЛЬШТАМ И ПРОВАЛ АРХИТЕКТОРОВ

Андреассен:

- У Мандельштамов она бывает в Нащокинском переулке?

Мишин:

- Да. Дом этот снесен. Это была странная конструкция. Трехэтажный дореволюционный дом, вполне себе приличный, был надстроен дополнительными этажами. Причем советская власть проводила архитектурные эксперименты не безосновательные, но вот в данном случае эксперимент был провальный. Наши слушатели прекрасно знают, что сейчас существуют самоклеющиеся обои, а в надстроенных квартирах они были самоотклеивающиеся. Кроме этого, из-под этих самоотклеивающихся обоев вылетали тучи моли, потому что прокладкой междустенная служила какая-то экспериментальная электровата, которая оказалась манной небесной для этих туч моли. Поэтому этот дом, просуществовав в советском варианте 40 лет, в 1975 году был снесен. Но место осталось. Место, связанное с Ахматовой, Мандельштамами и Михаилом Булгаковым, который жил в соседнем подъезде. Это его последняя квартира…

Писательский дом. Фото из архива Е. Булгаковой.

Писательский дом. Фото из архива Е. Булгаковой.

Андреассен:

- «Дом писателей в Нащокинском" так называемый?

Мишин:

- Да, тогда это была улица Фурманова. К слову, в черновиках «Мастера и Маргариты» у Булгакова есть женщина-писательница, товарищ Дант (этот эпизод выброшен) – с ней обсуждают получение квартиры на профсоюзном собрании. Несомненно, что это Ахматова, потому что ее профиль, с годами эволюционировав от профиля королей французских династий Бурбонов, постепенно вот в такой итальянский профиль Данте превращался. Но это было уже замечено в конце 30-х годов. Но Булгаков, видимо, выбросил этот эпизод, потому что этот товарищ Дант, писательница, там выведен иронично. Может, потому, что Булгаков не очень любил стихи. По записям последней супруги Булгакова Елены Сергеевны мы знаем, что Анна Андреевна их там читала, но немного.

Булгаков вывел Ахматову в своем романе как товарища Данта. А все из-за знаменитого профиля.

Булгаков вывел Ахматову в своем романе как товарища Данта. А все из-за знаменитого профиля.

О ВЕРЕ

Мишин:

- А дальше жизнь московская связна с узнаванием ближнего Подмосковья, в частности, очень важное для Анны Андреевны место – мы не знаем, когда она впервые увидела эту церковь, церковь в Коломенском, которая на нее произвела очень большое впечатление. Я же не зря сказал, что она любила в молодости архитектуру и воду. А тут надо заметить, что человек, выросший в парадигме Царского Села и Петербурга, должен воспринимать Москву как нечто противоположное, да. Там нет того, что есть у нас. То есть, коренной русской архитектуры. И церковь, построенная в 30-е годы 16 века, церковь Вознесения в Коломенском, - это шедевр тоже мирового масштаба. И мы знаем, что Ахматова туда периодически ездила, хотя бы 2-3 раза в год.

Андреассен:

- Она была верующей?

Мишин:

- Да. Такая деталь. Когда она умерла в санатории в Подмосковье, то врач сказал, что на груди был большой крест. Специально она про веру ни с кем не говорила, она была человек культурный и не спрашивала ни молодых, ни старых, верят ли они в бога или нет. Это дело каждого. Но, я думаю, что да. Старалась.

«СТАНЦИЯ АХМАТОВКА» НА ОРДЫНКЕ

Мишин:

- «Адресов Ахматовой» в Москве много. Это и Садовая Каретная, где в одном из домов жила замечательная женщина-переводчица Ника Глен, которая в конце 50-х – начале 60-х годов выполняла роль секретаря Ахматовой, помогала ей формировать рукописи. Это и Боткинская больница, где она три месяца пролежала в 65 году после очередного инфаркта.

Но главное место утвердилось в сознании публики – это Большая Ордынка, 17, квартира семейства Ардовых - Виктора Ефимовича и Нины Антоновны Ольшевской, театрального педагога. Старший сын - актер Алексей Баталов, дай Бог ему здоровья. И протоиерей Михаил Ардов. Ахматова бывала там с 38-го и до самой своей смерти - 66-й год.

Дом на Большой Ордынке, где останавливалась Ахматова. Обратите внимание: первые два этажа, выложенные под большой камень, - на самом деле - усадьба тетки Достоевского! 19-й век. Фото: Михаил ФРОЛОВ

Дом на Большой Ордынке, где останавливалась Ахматова. Обратите внимание: первые два этажа, выложенные под большой камень, - на самом деле - усадьба тетки Достоевского! 19-й век.Фото: Михаил ФРОЛОВ

Андреассен:

- Каждый год?

Ахматова:

- По полгода! Хотя у нее была квартира на улице Красной Конницы в Ленинграде, где она жила с семейством дочери и внучки своего гражданского мужа Пунина. Но она не имела того интереса к себе в послевоенном Ленинграде, хотя там жили друзья и подруги. А вот в Москве… Москва всегда чуть-чуть больше амикошонствует, хлопает по плечу. И вот эти собрания, сборы за столом, в том числе у Ардовых, были ей близки.

Борис Пастернак, который всегда очень нежно к Ахматовой относился, говорил, что на Ордынке "станция Ахматовка" образовалась. Потому что туда началось паломничество. До десяти человек за один раз. Наверное, это вызывало у Ардовых разные чувства. Потому что у них-то была тоже своя жизнь. А тут они подчиняли весь свой ритм гостье. Многие считали, что Ахматова превращается в королеву.

Памятник Ахматовой по рисунку Модильяни. Стоит у дома, где она останавливалась у Ардовых. Фото: Михаил ФРОЛОВ

Памятник Ахматовой по рисунку Модильяни. Стоит у дома, где она останавливалась у Ардовых.Фото: Михаил ФРОЛОВ

Мишин:

- Хочу прочесть один эпизод в статье Варлама Шаламова, который был знаком с Ахматовой. «Я расскажу вам один эпизод из жизни Анны Андреевны. Несколько лет назад на одном из своих приемов (а ее суетность, потребность в болельщиках хорошо известны) на ней лопнуло платье, шерстяное, старое платье, которое Анна Андреевна носила c десятых годов, c «Бродячей собаки»... Платье это пришло в ветхость и лопнуло на одном из приемов, и гости зашивали это платье на Анне Андреевне. Другого не было у нее, да и приема не хотелось прерывать. Так вот, это лопнувшее шерстяное платье в тысячу раз дороже какой-нибудь почетной мантии доктора наук, которую набрасывали на плечи Анне Андреевне в Оксфорде. Это лопнувшее шерстяное платье в тысячу раз почетнее оксфордской мантии, в тысячу раз больше к лицу Анне Андреевне. Что поражает в Ахматовой пoследних лет? Ее молодая сила.»

Он об этом говорит. Он видел эту суетность, ее манеру: вот - королева, а вот - человек, который за этим обликом скрывается. Он видел сложность, масштабность личности.

КВАРТИРА АРДОВЫХ И СПРЯТАННЫЙ ОСОБНЯК ТЕТКИ ДОСТОЕВСКОГО

Андреассен:

- Описанная история происходила на Большой Ордынке. А ведь эта квартира связана еще и с Достоевским. Ахматова и Достоевский...

Мишин:

- Несколькокомнатная квартира Ардовых находится на углу здания. И вот оказывается, этот дом изначально принадлежал тетке Федора Михайловича Достоевского - Александре Федоровне Куманиной. То есть, в основе здания, надстроенного советской властью в 31-м году, находится строение глубокого девятнадцатого века.

Андреассен:

- Дом как бы одет в короб...

Мишин:

- Да. А внешне - вполне советское здание, с остренькими балкончиками. Не догадаешься. А вот часть, покрытая квадратами, имитирующими камень, нижние два этажа, - это и есть основа. Так вот, квартира Ардовых была на сочленении флигеля и основного здания. А в одной из комнат – ступеньки, которые отразились в романе Достоевского «Идиот». Он ходил по ним, когда у тетки у своей бывал.

Сейчас на доме, что построили на месте снесенного "писательского", - многоэтажка, на котрой некоторое время назад появился портрет Булгакова. Все-таки, в снесенном доме была его последняя квартира... Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Сейчас на доме, что построили на месте снесенного "писательского", - многоэтажка, на котрой некоторое время назад появился портрет Булгакова. Все-таки, в снесенном доме была его последняя квартира...Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН

Андреассен:

- Вы тоже были в этом доме.

Мишин:

- Был.

Андреассен:

- Видели все это?

Мишин:

- Видел. Это правда, ступеньки на месте. И очень хочется, чтобы, наконец, музей там открылся. Уже и указатель есть. Обычно у нас музей есть - нет указателей, а тут все в обратном порядке. Я знаю, что все Ардовы готовы, мебель есть - есть, чем его заполнять...

Андреассен:

- Обращаюсь к слушателям и читателям: если хотите увидеть все это своими глазами, отправляйтесь на экскурсию с Александром Мишиным или выбирайте любую другую экскурсию на сайте "Москвахода" - и вперед.

Москва таинственная: Как Ахматова поделила Ордынку с Достоевским

00:00
00:00
 
Читайте также