2016-12-09T11:27:26+03:00

Директор Музея кино Лариса Солоницына: «Мы работаем для народа, а не для узкого круга киноведов!»

Дочь знаменитого актера рассказала о том, как спасла уникальный музей, который скоро откроется для посетителей
Поделиться:
Комментарии: comments6
Лариса Солоницына уже два года возглавляет Государственный музей кино Фото: из архива Государственного центрального музея киноЛариса Солоницына уже два года возглавляет Государственный музей кино Фото: из архива Государственного центрального музея кино
Изменить размер текста:

Эта история нашумела в СМИ два года назад: Государственному музею кино назначили нового директора. Ну, назначили и назначили. Казалось бы, чего волноваться. Однако отставленный руководитель Наум Клейман – не простой чиновник, а большой киновед с мировым именем и, собственно, основатель музея. Нового директора - Ларису Солоницыну, спустили «сверху», по распоряжению Минкульта. Все-таки Музей кино имеет статус государственного, финансируется из бюджета, и государство, когда предприятие стало совсем убыточным, решило сменить руководство. Новую директрису тогда невзлюбили – и коллектив музея, и либеральные СМИ, которые обзывали ее душительницей свободного искусства и «случайным человеком» в профессии. Поливали обильно и энергично, не жалея красок. Лариса Оттовна молчала, не возражала два года, хотя могла бы: и как дочь известного актера, и как киновед по специальности, и как главный редактор газеты Союза кинематографистов «СК-Новости».

«Просто делай, что должно, и будь что будет», - сказала она себе. А дел было невпроворот: Музей кино существовал без помещения: фонды уже много лежали кучками и стопочками в одном из павильонов «Мосфильма», кинопоказы денег совсем не приносили – и вообще мало кто знал о существовании такого учреждения – Государственный музей кино. Вы знали? Я – нет.

И вот теперь музей обретает новое, красивое и просторное жилье: на ВДНХ. Уже летом он отворит свои двери для широкого зрителя. А директор согласилась, наконец, дать интервью нашему корреспонденту.

Признаться честно, автор этих строк - большой любитель российского кино. Посмотришь какую-нибудь новую картину, восхитишься. А потом видишь кассовые сборы, и плакать хочется: бюджет фильма – два миллиона долларов, а заработали всего 700 тысяч. И половины расходов не покрывается. С этим вопросом я и обратилась к моей собеседнице: почему народ не жалует отечественное кино?

- Отчасти, потому что потеряна культура «смотрения» российского кино, - отвечает Лариса Солоницына. - Новая концепция музея как раз построена на том, чтобы вернуть зрителя нашему кинематографу. «Знать, любить, смотреть российское кино» - это что-то вроде слогана для нас. Мы делимся знаниями об истории кино, о людях, которые работали, иногда рискуя жизнью, а некоторые буквально умирали на сцене и на съемочной площадке. Конечно, это дело не одного дня, это процесс. Как был процесс «отучения» от отечественного кино, должен быть и такой же - «приучения» обратно.

Маленькая Лариса со своим отцом, Анатолием Солоницыным Фото: из личного архива

Маленькая Лариса со своим отцом, Анатолием Солоницыным Фото: из личного архива

«А ВЫ НОРМАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК!»

- Я так понимаю, вы вступили в должность два с половиной года назад...

- Это был июль 14-го: началось ужасно и пошло неудачно. Если вспомнить публикации обо мне, которые были в СМИ во второй половине 14-го года – меня там рисовали каким-то упырем…И этот разговор я решила завести потому, что до сих пор, знакомясь по работе с людьми, часто слышу: «А вы, оказывается, нормальный человек!»

- Я, честно признаться, тоже шла сюда, представляя вас суровой дамой с халой, а вы молодая и богемная.

- И по прошествии двух с небольшим лет, когда так много сделано, мне захотелось, чтобы люди узнали: я действительно нормальный человек и цель всегда была только одна – открыть Музей кино для посетителей.

- Я помню, вы дали жесткое интервью, где сказали, что в музее очень раздут штат – на треть больше, чем положено по расписанию, а доходы упали на 60 процентов. Вы признались, что сократили много народу… Это явно всем не понравилось. К вам отнеслись, как к новой метле, которая неизвестно как пометет.

- Это была констатация факта. Когда я пришла, в музее вообще никто никак не мёл… Я попросила отчетность – и увидела все, о чем вы говорите. Последние десять лет музей существовал практически только как фондохранилище и участвовал в кинопоказах. Сеансы посещали «четыре с половиной» человека. Это не иносказание, а статистика. Самостоятельных мероприятий и экспозиции не существовало. Когда музей остался без помещения, Карен Георгиевич Шахназаров, руководитель «Мосфильма», предложил это место, где мы пока находимся...

С 2001 года музей получил статус государственного, то есть, приобрел некие обязанности перед бюджетом, но мало их выполнял. Отчасти это связано с тем, что музей начинался как общественная организация, на общественных началах и этот дух клуба по интересам, к сожалению, не дал развиться Музею кино во что-то массовое. А мне хотелось открыть его для широкой аудитории, на чьи деньги, собственно, он живет и платит зарплаты. Ни один налогоплательщик с 2006 года не мог просто так прийти в музей. Теперь это изменится. Музей должен работать для зрителей, а не только для узкого круга киноведов!

- Из-за чего разругались с Клейманом?

- Я сократила четырех человек. И среди них - одного из заместителей Наума Ихильевича. Клейман был категорически с этим не согласен. На совещании он мне сказал: «Если мой зам уйдет, я разрушу вашу репутацию, устрою международный скандал и уйду из музея». В этом и весь конфликт. Причем, я предложила этому заму должность начальника отдела кинопоказов, должность начальника выставочного отдела, но он это не принял. Не очень понятный мне ультимативный подход - никакого желания идти на компромисс. А самого Наума Ихильевича я уговаривала, да что там – умоляла - остаться! Дело в том, что я профессионал в своей сфере деятельности, с системным мышлением, хорошими организаторскими способностями, у меня есть возможности договариваться с людьми, убеждать, придумывать. Наум Ихильевич - прекрасный киновед с мировым именем, историк, лучше всех знает наши фонды. Объединившись, мы могли сделать Музей кино лучшим в мире. И такой была изначальная идея. Ужасно жалко, что в результате она не только не осуществилась, но и превратилась в отвратительный скандал, который задел мою репутацию.

НЕ ЗАБЫЛИ – НЕ ПРОСТИЛИ

- Как у вас сейчас с складываются отношения с бывшим директором?

- После того, как он написал заявление об уходе, у нас было общее собрание коллектива, на нем присутствовали люди даже из администрации президента. Я сказала, что мы оба должны остаться. Но он категорически отказался. Уже и после его ухода мы дважды предлагали ему сотрудничество в любой удобной форме. И снова – отказ.

- Но получилось, что вы - насильно навязанная «молодая гвардия».

- В Министерстве культуры Наума Ихильевича несколько раз просили определить преемника - задолго до моего появления. У него могла быть своя гвардия! Но он в течение нескольких лет не мог назвать имени. Так же вышло и с помещением. Наум Ихильевич отказался от нескольких зданий, гораздо более удобных, чем павильон № 36 на ВДНХ. Например, от Провиантских складов.

- Мне кажется, это некая психологическая игра: приятно быть опальными и непринятыми властью. А когда власть тебе предлагает несколько особняков на Парке Культуры - весь ореол опальности-либеральности рассеивается.

- В итоге претензий накопились столько, что обсуждалась идея закрытия музея и расформирования коллекции…

- …И тут Мединский сделал вам предложение, от которого невозможно отказаться.

- Это произошло в один день, и это, может быть, не совсем правильно. Но я шла сюда с до такой степени открытым сердцем, как ни на какую другую работу. Для меня Наум Ихильевич был совершенно небожителем. Мне действительно хотелось помочь, но, оказалось, это никому не нужно! Работать было морально тяжело: все мои выступления внутри музея, все слова записывались на диктофон и видеокамеру. Это меня, конечно, задевало. Но сейчас я рада, потому что все, что я говорила и планировала тогда – всё получилось. Например, сказала, что найду здание и построю музей – и это удалось! На Московском международном кинофестивале Музей кино будет открыт для посещения.

- Много времени ушло на поиск нового места?

- С помощью министра - полгода. 26 декабря 2014 года Владимир Мединский объявил официально в СМИ, что достигнута договоренность с Сергеем Собяниным о предоставлении нам 36-го павильона ВДНХ. Нам дали очень выгодные условия аренды: один рубль за квадратный метр – это подарок города. В прошлом году оформили документы и сделали проект. В апреле этого года начался капремонт и 26 декабря мы отметим новоселье.

В основном корпусе на пяти с половиной тысячах квадратных метров будет пять выставочных зон. Три кинозала с возможностью показа фильмов на кинопленке 35- и 16-миллиметровой. Плюс много выделенных зон для цифрового показа. Во втором корпусе - фондохранилища и научно-образовательный комплекс.

ПЕРВЫЙ СОВЕТСКИЙ «ОСКАР»

- Расскажите про парочку самых интересных проектов.

- Теперь мы проводим самостоятельные выставки, раньше только участвовали. В Год кино у нас прошло более 80 мероприятий, несмотря на подготовку к переезду. Наша гордость - это выставка в Ханты-Мансийске. Мы вывезли туда более 250 оригинальных экспонатов - костюмов, кинотехники. Впервые экспонаты Музея кино выехали в регионы. У нас есть замечательный проект "Видимый звук" для глухих детей. Мы подумали: как жаль, что они не слышат этих прекрасных диалогов, которые ведут персонажи в советских мультфильмах - и сделали сурдоперевод. Каждый показ предваряет наш клоун Киноша, который рассказывает ребятам о том, что можно быть не таким как все, но - счастливым. 27 августа, в День кино, выложили первый мультик на официальном сайте музея. Его, кстати, тоже раньше не было. А летом 2016 года наш ресурс вошел в тройку победителей Рунета в номинации "Культура и искусство".

В музее хранится первый «Оскар», который получила наша страна - в 1943 году в номинации «Лучший документальный фильм» Фото: из архива Государственного центрального музея кино

В музее хранится первый «Оскар», который получила наша страна - в 1943 году в номинации «Лучший документальный фильм» Фото: из архива Государственного центрального музея кино

- Какие будут самые шикарные экспонаты?

- Много кинотехники, эскизов, костюмов, призов. Например, у нас есть первый «Оскар», который получила наша страна. У него интереснейшая история. В 1943 году в номинации «Лучший документальный фильм» победила картина советских кинодокументалистов «MoscowStrikesBack» («Москва наносит ответный удар»). Это был адаптированный для зрителей США вариант фильма «Разгром немецких войск под Москвой». Американцев буквально потрясла картина, показавшая миру первое крупное поражение Гитлера. В создании фильма приняли участие 15 военных операторов - работали в жесточайших условиях, в лютый мороз, под огнём противника. Картина стала гордостью советской кинодокументалистики.

Недавно у нас закончилась полная сверка музейных предметов - у нас их более 164 тысяч. Так что интересных экспонатов много! И теперь понятно, где есть пробелы – будем приобретать новые.

- Сейчас что-нибудь дарят?

- Да, но часто пути появления экспонатов в музее неисповедимы. Полгода назад был курьезный случай: позвонил охранник студии ЦСДФ (Центральной студии документальных фильмов), которую приватизировали, и сказал, что новые арендаторы здания приказали ему выкинуть на помойку мраморную мемориальную доску, на которой выбиты имена погибших фронтовых операторов. Разумеется, мы тут же связались с ними и попросили ничего не выбрасывать. Наняли такелажников - доска по каким-то причинам оказалась на четвёртом этаже, и ее хотели просто сбросить вниз. Но мы остановили этот вандализм, доска займет место в нашей экспозиции.

- Как в итоге у вас сложились отношения с сотрудниками ?

- Я очень рада: у нас уникальный, дружный коллектив высоких профессионалов. Спасибо коллегам, которые поверили в меня и наше общее дело.

КСТАТИ

Поправка Солоницыной

Советскую классику разрешат показывать без прокатного удостоверения.

Вступив в должность директора Государственного музея кино, Солоницына обратила внимание на парадоксальный факт: оказывается, большинство кинозалов – в школах, библиотеках, музеях – часто не имеют права показывать кино! На фильмы, которые «моложе» 70 лет, нужно два документа: разрешение правообладателя и прокатное удостоверение. На старые фильмы (созданные с 1908 по 1946 год) – только прокатное удостоверение. Но чтобы получить даже его, нужно собрать кучу документов и потратить кучу нервов на волокиту. Большинство учреждений предпочитают не связываться и крутят кино незаконно. Или вообще не крутят.

Но скоро ситуация, возможно, изменится. Солоницына обошла все возможные ведомства – и теперь Минкульт предложил правительству отменить злополучное прокатное удостоверение на старинное кино. Если соответствующую поправку внесут в закон, люди смогут наслаждаться «Иваном Грозным» Эйзенштейна, «Насреддином в Бухаре» Протазанова, «Кащеем Бессмертным» Роу и другой великой классикой – беспрепятственно и совершенно законно.

«Если поправку примут, это в существенной степени облегчит работу с архивным кинематографом, расширит возможности научно-просветительских организаций, позволит избежать дополнительных расходов и без того небогатых учреждений культуры», - уверена Лариса Оттовна.

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Дарья ЗАВГОРОДНЯЯ

 
Читайте также