Вокалистка группы Shuma Руся: Мужчины плачут, когда я достаю их настоящий голос

Руся может дать мастер-класс, как создать эмоциональный комфорт собеседнику

- Руся, вот смотрю я на тебя и думаю, что ты идеально подошла бы на роль русалки. Голос у тебя нежный и певучий, да и внешность идеально подходит.

- Да, нас, вокалисток Shuma, часто называют русалками. В белорусской мифологии это женщины, которые хороши собой, с распущенными волосами, сладкоголосые. Они завлекали мужчин, целовали и щекотали до смерти, представляешь, какая роскошь! - рассмеялась певица. - Люди, которые мало сталкиваются с фольклором, ошибочно считают, что это «бабушкино пение». Знаешь, такие образы идут: натруженные руки, в них яблочко или рушничок - и бабушки поют грустную песню. На самом деле в белорусских народных песнях всегда было много глубинного эротизма, и даже секса. Мы тоже добавляем в свои композиции эротизм. Используя, например, низкие частоты. Люди, изучающие эзотерику, йогу, назвали бы это вибрацией нижних чакр, которые отвечают за сексуальность, влечение, либидо. Мы замедлили темп в наших композициях до 95 ударов в минуту. В таком темпе бьется сердце во время неспешной прогулки. Мы взяли этот темп, потому что именно во время прогулки человек часто погружается в себя, ведет внутренний диалог. Нас иногда приглашают выступить на закрытые вечеринки, где люди хорошо знают друг друга. Вот на таких мероприятиях бывает всякое, чуть ли не секс - но все очень красиво и эстетично. Люди быстро включаются в нашу стилистику…

На концертах Shuma всегда немного волшебно. Фото: Егор БРЫЛЕВ

- Выходит, все же музыка так гипнотически действует?

- Не только, еще мы используем специальную манеру пения - субтон. В традиционной народной музыке есть два типа пения. Первое - полевое, громкое, считается, что такие вибрации как метелкой чистят пространство внутри человека. Некоторые полевые песни люди с трудом воспринимают: кто-то плачет, кто-то хихикает. А второй пласт песен называются лучинные. Они нежные, будто горит лучина, как мама на ушко колыбельную поет. Такие песни издревле исполнялись одна за другой - чтобы сначала вычистить душу, а затем залить ее негой.

Мы используем манеру трехголосья с большим упором на субтон. Когда ребенок находится в утробе матери, он слышит только низкие частоты. Попробуйте погрузиться в наполненную ванну - вы будете слышать те же низкие звуки. Используя низкий тембр голоса, мы даем слушателю ощущение покоя. Плюс подкладываем всякие психоакустические фишки - например, белый шум (как звук фонтана или потока машин на проспекте). Если вы долго смотрите на фонтан или море, наверняка замечаете, что в голове становится все спокойно, уходят тревожные мысли. И вот, опираясь на терапевтический эффект звука, мы выстроили свою программу.

Участники Shuma любят создавать вокруг себя легенду. Фото: Егор ВОЙНОВ

Еще мы пригласили нового аранжировщика Виталия Гармаша, он один из самых известных белорусских саунд-дизайнеров, работающих в стиле эмбиент (стиль электронной музыки, основанный на модуляциях звукового тембра). К нам присоединилась третья вокалистка, что позволило нам исполнять песни аккордовым пением. Это Юлия Гибковская, она педагог по вокалу и 10 лет была примой в «Хорошках». Более того, она психолог, занимается voice-терапией. Вместе мы продвигаем тему терапевтической музыки, так что это не мои фантазии - под все подведена научная основа.

- А сама где ты этому училась?

- Мне со школьных лет очень нравится разбираться в устройстве психики человека. 5 - 6 лет назад я училась у Кирилла Насаева в музыкальном колледже, он возглавляет мужской хор «Уния». Ну а потом, хочешь или нет, а наблюдаешь за людьми на концертах. Замечаешь, что у наших песен есть терапевтический эффект. Мы с девочками поем в Европе в костелах, домах престарелых и наблюдаем. Люди погружаются в себя, и в этом есть момент остановки хаотичного движения жизни, которое с годами становится невыносимым. Мы даже по себе знаем: если у кого-то из Shuma личные проблемы, мы созваниваемся и предлагаем попеть вместе. Просто так, для равновесия.

Русю называют белорусской русалкой.

Дизайнер эмоций

- Ты проводишь курсы постановки голоса?

- Да, за 5 часов занятий я могу «достать» из человека голос. Мужчины на моих занятиях, бывает, плачут! Для них это такое потрясение! Они живут с закрытым, зажатым голосом - и вдруг будто все эти скобы раскрываются, они себя начинают чувствовать окрыленными.

- Не мало ли 5 часов?

- Можно растянуть удовольствие на годы, а человек будет ходить и платить деньги. Но я предпочитаю быстрые и жесткие практики. Кстати, бывают ученики, которые не хотят уходить после окончания курса! Говорят: с вами так интересно, можно я еще побуду. Но я пока на такое не соглашаюсь, это уже похоже на эмоциональную проституцию (смеется. - Ред.).

Участники группы сочетают громкое полевое пение и нежное лучиное.

- Белорусы вообще не очень коммуникабельная нация, мы не умеем очаровывать собеседника. Достаточно посмотреть, как мы общаемся в магазине.

- Это постсоветская травма. Наши люди считают, что лицемерят, если создают эмоциональный комфорт незнакомому человеку. В то же время в Америке в последнее время главный skill (умение, мастерство. - Ред.) заключается в способности создать комфортную коммуникацию для другого человека. Например, белорусских стюардесс обучают, как правильно «станцевать» правила поведения пассажира в полете. А американских стюардесс обучают, как создать комфорт во время полета. Если вы летали в Америку, наверняка обращали внимание, как стюардессы вам улыбаются, как их глаза полны уважения к вам. В момент общения со стюардессой утихают все тревожные мысли, ты счастлив, тебе в кайф. Самое главное сейчас - to be friendly (быть дружелюбным). Появилась даже новая профессия - дизайнер эмоций. Это человек, который умеет создавать текст таким образом, чтобы слова и грамматические конструкции апеллировали к эмоциям потребителя. Чтобы рекламность текста была не очень заметна, но продукт хорошо продавался. А у нас люди считают: «Буду рубить правду-матку, зачем мне кривить душой?» К сожалению, наши люди пока не очень любят учиться искусству коммуникации. Поэтому им бывает порой сложно ответить с юмором, выйти достойно из неловкой паузы.

- Я замечал, что когда улыбаешься незнакомым людям, они иногда недоумевают. Я прямо вижу этот вопрос в глазах: что тебе от меня надо? Тогда просто выключаю эмоцию.

- А американцы улыбаются, потому что у них это код социальной вежливости. В советской культуре улыбка - знак доверия и близости. Это очень большая концептуальная разница, и потому народ наш в массе своей неулыбчив. Он воспринимает улыбку или комплимент как знак того, что сейчас у тебя что-то попросят. Повторю, поддерживать беседу и комплименты говорить - большое искусство. Нашим людям нужно мастер-классы проводить!

Голос вокзалов

- Тебя наверняка узнают по голосу…

- Узнают голос, но не всегда понимают почему. Я сама это провоцирую, бывает. Допустим, еду в автобусе, мне скучно, а рядом сидит человек, который решил со мной поговорить. И я специально отвечаю таким голосом, как объявляю поезда на железнодорожном вокзале, у человека возникает ощущение, что мы с ним уже общались. В итоге я произношу фразу, которую он наверняка мог слышать по громкой связи на вокзале. Он понимает, в чем дело, мы смеемся.

- Ты только вокзалы «озвучиваешь»?

- Еще автоматы и автоответчики. Бывшие пассии, которые хотели бы меня выкинуть из сердца, не могут этого сделать, потому что их преследует мой голос (смеется. - Ред.). Если честно, я не люблю, когда меня узнают, да и не такая уж я большая звезда. Но бывают и приятные бонусы - недавно в кафе красивый бармен мне улыбнулся, сделал большой фреш и сказал: «Руся, это для вас, спасибо за вашу музыку».

Shuma замедлил темп в композициях до 95 ударов в минуту. В таком темпе бьется сердце во время неспешной прогулки.

- У тебя, наверное, немало поклонников?

- Не только у меня, но и у всех участников Shuma. Поклонники готовы ухаживать за моим котиком, носить за нами колонки. Просятся на репетиции. Это же часть профессии артиста - конструировать легенду вокруг своей персоны. Но на некоторых людей это влияет особенно сильно. Если внимание становится слишком навязчивым, приходится разочаровывать поклонников и говорить, что это всего лишь медиаобраз.

Лесная мистерия

- 22 апреля у вас концерт, чем будете удивлять?

- В нем задействовано множество людей, больших профессионалов своего дела - мы их называем Shuma-секта. Если честно, для нас концерты - дорогое хобби. Мы все работаем в других местах, чтобы иметь возможность выступать в Shuma. Концерт называется «Лесная мистерия», и мы шутим, что скоро дорастем до 6D. Хотим максимально воссоздать атмосферу леса. К нам присоединятся визуальные художники, а ароматерапевт подбирает специальный микст антиаллергенных масел, которые распылим в воздух. Перед концертом будем крутить треки в виде набора шумов: там сверчки стрекочут, тут волк пробежал. Такую аудиоатмосферу для нас создал саунд-продюсер Ник Черный (один из продюсеров Shuma, мы работали над первым альбомом). Модный дизайнер Толя Трацевский модифицирует наши сценические костюмы. Хотим воссоздать лунную ночь в лесу, будем «гукаць вясну». Кстати, пользуясь случаем, хочу попросить наших слушателей прийти на концерт со свистульками, которые имитируют голоса птиц или животных. Чтобы они тоже включились в полотно концерта и создали какофонию, как в лесу. На этом фоне мы споем несколько красивых архаичных песен в три голоса, чтобы ух… и все улетели!

- Может, проще было бы сделать концерт прямо в лесу?

- Может и сделаем. Но есть определенные трудности - электронную музыку, чтобы она хорошо звучала, тихо в лесу не включишь. Да и в стране поле закона не такое пластичное, чтобы проводить лесные концерты. Так что попробуем все же воссоздать атмосферу леса в клубе.

НЕ ПРОПУСТИТЕ!

Концерт Shuma состоится 22 апреля в 19.00 в столичном клубе «Брюгге». Билеты: предварительные 10 руб., в день концерта - 25 руб.