2017-11-01T19:49:12+03:00

Родная кровь: усыновлённый в Новую Зеландию сирота через 20 лет нашел своих русских родителей

Больше всего парень хотел узнать, почему они его бросили
Поделиться:
Комментарии: comments121
Саша-Алекс (крайний справа, здесь ему 5 лет) с приемными родителями и братомСаша-Алекс (крайний справа, здесь ему 5 лет) с приемными родителями и братомФото: Личный архив
Изменить размер текста:

Алекс Гилберт - русский парень, который в двухлетнем возрасте был усыновлен в Новую Зеландию. Сколько себя помнит, он всегда мечтал найти своих русских родителей. Но такое осуществить очень не просто. Только спустя 21 год в 2013 с помощью соцсетей Алексу это удалось. И он даже приехал в Россию, чтобы лично познакомится с матерью и отцом. Опыт так впечатлил Гилберта, что он сначала написал книгу «Моя русская семья», а после создал всемирный клуб усыновленных детей «I am adopted» - «Я приемный ребёнок». С помощью которого сотни усыновленных находят свои биологические семьи.

«Комсомольской правде» Алекс рассказал свою грустную историю со счастливым концом.

Жизнь, самый гениальный режиссер и сценарист. И порой судьбы людей круче всякого самого остросюжетного голливудского экшена. Так вот и судьба 25-летнего Алекса Гилберта, русского по крови, но, к сожалению, не русского уже по воспитанию, парня могла пойти по нескольким, совершенно разным путям . Он мог быть Сашей Гусковским и жить с кровной мамой в Архангельске или Рыбинске, если бы она нашла в себе силы и не отказалась от сына. Он мог воспитываться отцом, который как выяснилось, вообще понятия не имел, что у него есть сын, и стать Сашей Ковковым. Мог, как тысячи других сирот, так и остаться в детском доме никому не нужным, озлобленным и несчастными. Но, судьба его сложилась вообще по-другому! В далеком 1994 году, двухлетний Саша Гусковский перелетел половину земного шара и стал жителем Новой Зеландии Алексом Гилбертом. Его усыновила и воспитала бездетная семейная пара Дженнет и Марк Гилберт.

- Я часто думаю о том, кем бы я сейчас был и как жил, если бы мой русский отец сразу знал обо мне? Или если бы Марк и Дженнет выбрали не меня? Я же мог просто заболеть в тот день, сидеть в другой комнате, не захотеть с ними общаться. И что бы было тогда? Сейчас мне 25, я живу в Окленде и работаю оператором на местном ТВ. Я доволен и счастлив своей жизнь. Когда я нашел своих кровных родителей, я окончательно поверил в себя. Даже не знаю, как объяснить, но какой-то пазл у меня в голове и в душе сложился и все встало на свои места.

В семье не должно быть секретов

Мальчик рос в счастливой и любящей новозеландской семье. Папа, мама, брат Андрей (такой же усыновленный из России мальчик), бабушки и дедушки. Саша стал Алексин, забыл русский язык и как выглядит страна, в которой он родился. Но где-то на подкорках сознания у него осталась связь с Россией. Иначе как объяснить, что сколько Алекс себя помнит, он всегда хотел найти своих русских родителей.

- У нас в семье никогда не было тайн — кто мы с братом и откуда. - рассказывает Алекс. - Так же и в школе все знали, что мы приемные дети, и это не вызывали ни у кого ни вопросов, ни удивлений. Все те вещи и документы, что остались от прошлой, сиротской жизни, бережно хранились у нас дома. Альбом с фото, видеозапись из дома малютки, так же всегда были фотографии России, русские сувениры. Я часто спрашивал маму и папу, кто мои кровные родители? Как они выглядят? Где живут? Почему оказались от меня? Но они ничего не знали больше того, что им сообщили при моем усыновлении. «Мы верим, что когда-нибудь придет деть, и ты найдешь их», - отвечали они.

И такой день действительно пришел. Алексу было 21, он уже отучился в школе, закончил курсы оператора и устроился на работу.

Алекс с родной мамой Таней - первая встреча в Рыбинске Фото: скриншот видео

Алекс с родной мамой Таней - первая встреча в РыбинскеФото: скриншот видео

- Я уже вырос, - говорит он. - И тогда вплотную занялся поисками. Нашел сайт «Одноклассники», перевел на русский с помощью переводчика текст, что так и так, ищу маму Татьяну Гусковскую, что она жила в Архангельске в 1992 году. Все, что знал написал. И к моему удивлению, мама быстро очень нашлась. Оказывается, она сразу после моего рождения переехала в Рыбинск, маленький городок на реке Волга.

Через подругу биологической мамы Эльвиру он вышел на связь с самой Татьяной. Их первый разговор был по скайпу, в размытой картинке он увидел немолодую женщину, очень похожую внешне на него самого. Разговор состоялся очень неловкий.

- Привет!

- Привет!

- Как дела?

- Хорошо. Работаю вот.

- Я тоже работаю.

Оказалось, Татьяна сама выросла в детском доме. И так не обзавелась настоящей семьей — ни мужа, ни детей. Она работает уборщицей и посудомойкой в кафе, пьет. Алекс-Саша — ее единственный ребенок. Но несмотря на это, появление сына не сильно впечатлило ее.

- Она сказала, что отдала меня в детский дом, потому что не было денег воспитывать, - вспоминает Алекс. - Что в то время в стране были не простые времена, и многие оставляли новорожденных, это было как бы нормально. Вот и все.

Оказалось, Татьяна сама выросла в детском доме. И так не обзавелась настоящей семьей — ни мужа, ни детей Фото: скриншот видео

Оказалось, Татьяна сама выросла в детском доме. И так не обзавелась настоящей семьей — ни мужа, ни детейФото: скриншот видео

Сюрприз для папы

Но зато, ей пришлось раскрыть Алексу страшную тайну и рассказать, что его кровный отец до сих пор не знает, что у него есть сын.

- Я узнал имя и фамилию папы — Михаил Ковков. Нашел его так же через соцсети. Представляете, приходит ему от меня сообщение: «Здравствуйте, я ваш сын Алекс. Пишу вас из Новой Зеландии». У него был просто шок.

Шок — это, конечно, мягко сказано. Михаил, который сейчас живет и работает в Санкт-Петербурге, тут же нашел Татьяну и выяснил, что все это правда.

- Он так обрадовался, если честно, - говорит Алекс. - Сказал, что если бы знал обо мне, то ни в коем случае не допустил бы того, что я оказался в детском доме. Он писал и звонил чуть ли не каждый день: «Приезжай! Садись в самолет и прилетай, очень хочу тебя увидеть».

Так Алекс решился лететь в Россию. Был 2013 год. Приемные родители Марк и Дженнет очень переживали. Не разочаруется ли Алекс? Не будет сделают ли ему больно? Не захочет ли он остаться в России навсегда? Вернется ли домой в Новую Зеландию? Но не смотря на все свои страхи, они дали сыну денег на билет в далекую Россию.

- Мы были готовы к любому решению Алекса, так как любим его и уважаем его выбор. - комментировали после они.

Алекс с отцом Фото: Личный архив

Алекс с отцомФото: Личный архив

Здравствуй, Родина, мать!

Алекс очень подробно снимал на видео все, что с ним происходило в России. Как прилетел в Москву, как сел в машину и поехал в Рыбинк на самую важную встречу в его жизни. На кадрах видно, что парень долго не решается выйти из авто и встретиться лицом к лицу с той женщиной, что родила его и оставила.

- Было так неловко. Вот она стоит, но о чем с ней говорить и как? Я ведь не знаю русского, она английского. И что я ей скажу?

Какие-то неловкие объятия, сын достает подарок, который привез маме из далекой страны — цепочку с кулоном.

- Это тебе, я привез. Я хорошо живу, работаю, много путешествую по миру, - тараторит Алекс.

Татьяна не понимает ни его слова, ни его чувств. Невооруженным глазом видно, как парень смотрит на эту женщину, как он рад и взволнован встрече. Татьяне же как будто все равно. Вот она заводит сына в свою темную, захламленную квартиру, угостить его нечем, они идут в ближайшее кафе. Разговаривают о погоде. Кулон Татьяна так и не одела, правда всплакнула на прощание.

- Мы всего-то пару часов пообщались, - рассказывает Алекс. - Этого мало, чтобы узнать друг друга. Но я понял, что мама даже сейчас как-то не готова меня принять в свою жизнь, она не захотела приехать ко мне в Новую Зеландию, хотя я ее приглашал. Я пишу ей письма и шлю открытки, мы довольно редко общаемся. Я понимаю, она сама выросла без родителей и не умеет любить. Я ее ни в чем не виню, как вышло, так вышло.

После той встречи мать и сын виделись только однажды, во второй приезд Алекса в Россию.

Алекс и Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребёнка Анна Кузнецова Фото: Личный архив

Алекс и Уполномоченный при Президенте Российской Федерации по правам ребёнка Анна КузнецоваФото: Личный архив

- Зато отец встретил меня очень тепло, - рассказывает парень. - Сразу после Рыбинска я полетел в Санкт-Петербург. Папа принял меня у себя дома, его жена приготовила много еды. А папа подарил мне столько подарков! И магнитики, и матрешки, и конфеты и книги про Санкт-Петербург и шапку ушанку. И не только мне, но и моим родителями, брату и друзьям. Мы сразу нашли общий язык с ним, я так на него похож. Это так удивительно, видеть человека, похожего на тебя. А еще у меня есть маленькая сестренка София и старший брат, который живет в Архангельске. Я был счастлив узнать их всех и познакомиться. У меня такая большая семья, моя русская семья.

Моя вторая Родина

Алекс не захотел оставаться в России, вернулся домой в родной Окленд.

- Не понравился тебе Рыбинск?

- Я все-таки новозеландец и вся моя жизнь здесь. - смеется он. - Но Россия теперь навсегда со мной.

Вернувшись в 2013 году под впечатлением Алекс написал книгу «Моя русская семья». Она разлетелась бешеными тиражами, а парню на почту стали приходить десятки писем от таких же когда-то усыновленных их России, как и он сам.

- Я решил зарегистрировать группу в Фейсбуке «I am adopted» - «Я усыновленный» , чтобы рассказать свою историю и помочь другим. Это было в 2015 году, сейчас у группы больше 22 000 фолловеров со всего мира. Многие их них - приемные дети, которых увезли с родины в раннем детстве. А 400 человек после этого тоже решились найти свои кровные семьи и рассказали на страницах интернета, как это произошло. Да, истории приемных детей не всегда позитивные, бывает, что родители спились, или сидят в тюрьме. Или вообще не хотят общаться со своими детьми, но для приемного ребенка, это теперь уж я точно знаю, очень важно — найти свои корни, знать, кто тебя родил и почему бросил.

- Скажи, а ты стал как-то по-другому относиться к своим приемным родителям? Все-таки у тебя теперь есть родные.

- Да. Я стал любить их еще больше. Они столько для меня сделали, и я всегда буду им благодарен за все. За то, что у меня была и есть настоящая, любящая семья и есть брат. Кстати, мой брат равнодушен к своим русским корням, он никогда не хотел искать биологических родственников и не хочет сейчас. Мы с ним из одного дома малютки из Архангельска, и разница в возрасте всего 3 месяца. Вот такие мы разные.

- Понятно, что встреча с биологической мамой тебя несколько разочаровала…

- Нет! Нет! Я люблю ее и рад, что она есть, - Алекс никогда не позволяет плохо говорить про свою маму.

- Но все-таки, если бы не было такого папы Михаила, который действительно тебя принял и полюбил, если бы не было такого позитивного опыта, ты бы создал свой клуб и стал бы делиться опытом с другими?

- Думаю, да. Даже если бы с папой не все было хорошо. Но у нас все отлично, я сейчас приезжал в Россию в третий раз, побывал в Архангельске. Папа, как узнал, что я лечу, сразу взял отпуск и присоединился ко мне. Все дни в Архангельске мы ходили по гостям-родственникам, меня все время кормили, поили. Столько еды я никогда и не видел. Но все очень вкусно. Папа был рядом, он опять подарил кучу подарков, платил за все сам. Я мечтаю, чтобы он приехал теперь ко мне в гости. Верю, что все получиться. И с мамой тоже, я в следующий приезд хочу побыть с ней подольше, если это будет возможно.

Каждый свой визит в Россию, а их было уже три, Алекс как бы примеряет на себе роль русского парня.

- Я вижу Россию, слышу язык и что-то отзывается у меня в душе. Меня иногда принимают за русского. У меня есть паспорт РФ и когда я его протягиваю на границе, и таможенники обращаются по-русски, это так странно. Очень долго приходиться объяснять почему я не могу говорить на своем родном языке и что вообще со мной случилось. В этот раз мне повезло, я впервые увидел, что такое снег. Мне очень нравится Россия и люди, которые здесь живут. Все очень гостеприимные и добрые.

В этот раз Алекс впервые увидел не только снег. Но и тот самый дом малютки, где прожил первые два года своей жизни. Так же он встретился с клубом приемных родителей фонда «Азбука добра» в Москве. Познакомился с уполномоченным про правам детей в РФ Анной Кузнецовой.

- Я продвигаю идея движения «I am adopted». Много русских, усыновленных за границу, нуждаются в помощи, чтобы найти биологические семьи. Анна Кузнецова обещала нам помогать. Ну а приемные родители очень много задавали мне вопросов о моих чувствах до и после встречи с кровной семьей. Так же, как ты, спрашивали, стал ли я меньше любить семью, которая меня усыновила? Не было ли мне больно увидеть кровную маму? Не просила ли она у меня денег? Когда и в каком возрасте лучше говорить с приемными детьми о биологических родителях? И еще много-много всего. У вас здесь в России, как я понял, не принять открывать тайну усыновления, и многие приемные родители со страхом относятся к биологическим родственникам своих детей. Так что я рад, что мой опыт полезен такому большому количеству людей. Я обязательно еще приеду в Россию и буду продолжать учить язык, хотя это очень тяжело мне дается. Но мне так хочется поговорить с мамой и папой без переводчика.

***

Сейчас уже нет домов малютки и малышей, воспитывающихся в них. На новорожденных отказников стоит гигантская очередь. Хуже берут подростков, но и такие великовозрастные сироты, бывает, находят дом и семью. После тяжелых и сложных изменений в России худо-бедно удалось повернуть ситуацию вспять.

- Такие примеры, как Алекс, да и многие другие говорят о том, что нет такого понятия «Дурные гены», которое часто приклеивали к детям из детских домов, - рассуждает писатель, руководитель Клуба «Азбука приемной семьи» фонда «Арифметика добра» и главное — сама приемная мама троих детей Диана Машкова. - Я могу своих детей вам привести в пример -а двоих мы с мужем взяли уже в подростковом возрасте - что главное создать ребенку нормальную, любящую среду. И все у него в жизни получится. Что касается кровных семей наших приемных детей, то и здесь ситуация потихоньку меняется. Все меньше остается тайн усыновления, все больше открытости и доверия. Все эксперты признают, что детям очень важно знать свои корни. Таких историй, когда люди находят своих биологических родственников спустя долгие годы и у нас в России очень много. Мой совет всем приёмным семьям - не пытайтесь ничего скрыть, тайна станет явью так или иначе. А вашему ребёнку станет только лучше, если он узнает кто его родил.

Понравился материал?

Подпишитесь на тематическую рассылку, и не пропускайте материалы, которые пишет Дина КАРПИЦКАЯ

 
Читайте также