2019-09-12T06:00:01+03:00

Главный онколог России: заболеваемость мы сократить не можем, а смертность – обязаны

Академик РАН, генеральный директор ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России Андрей Каприн объяснил, почему онкология – «дорогая» наука, рост заболеваемости раком – явление положительное, а также рассказал об ионной терапии
Поделиться:
Комментарии: comments6
Изменить размер текста:

Это наиболее эффективный метод радиологического лечения опухолей, который вскоре может появиться и в России.

- В этом году на борьбу с раком государство потратит 100 млрд рублей, до 2024 года – 1 трлн рублей. На что пойдут эти средства, как изменится национальная онкологическая служба?

- Рак – это бич для всего мира. Как ожидается, к 2030 году заболеваемость онкологическими болезнями во всем мире вырастет практически вдвое. В развитых странах программы онкологической помощи действуют уже более 30 лет и стоили бюджетам больших денег. Онкология вообще наука дорогая – потому что междисциплинарная. В рамках онкологии приходится развивать и хирургию, и радиологию, и химиотерапию. А еще – математику (создать нормальный канцер-регистр), экономику (обосновать те или иные модели), физику (создавать аппаратуру) и так далее. Онкологов нужно привлекать во все, даже самые отдаленные регионы страны, чтобы максимально приблизить службу к пациенту. Если посмотреть на весь масштаб задач, которые необходимо решать, развивая онкологию, то деньги, которые начали выделяться, уже не выглядят столь большими. С другой стороны, мы и таких раньше не видели никогда, спасибо государству, мы, конечно, почувствуем изменения.

- Вы приняли участие в подписании меморандума с японскими партнерами о создании первого в России центра ионной терапии. Что это за метод, когда ждать первых результатов?

- Работать с японскими коллегами в этом направлении для нас большая честь, так как они весьма осторожно подходят к экспорту данной технологии. Мы очень долго готовили почву, неоднократно они были у нас, а мы – у них, чтобы показать, что Россия действительно на передовых позициях по борьбе с онкологическими заболеваниями. Теперь о сути метода… Целый ряд опухолей лечатся только радиологическими методами, без хирургических вмешательств, сохраняя качество жизни пациентов. К сожалению, около 20% онкологических заболеваний радиорезистентны и требуют иных подходов. Так вот, среди этих иных подходов на лидирующие позиции вышла протонная и ионная терапия. Протонная терапия предполагает воздействие тяжелыми частицами – протонами – на локальную часть центра опухоли. Этот метод позволяет воздействовать на опухоль, не повреждая окружающие ткани. Ионная терапия еще более бережно относится к окружающим тканям. Кроме того, у этого способа лечения меньше всего невосприимчивых опухолей. Центров ионной терапии в нашей стране пока нет, в Японии их 7, а будет 9. Надеюсь, что вскоре и наши врачи смогут освоить эту технологию, а освоение новых технологий лечения, с моей точки зрения, одна из главных задач в развитии радиологии.

- Как сегодня выявляются онкологические заболевания у россиян: диспансеризация, жалобы или побочный результат исследования по другому поводу?

- В России действует беспрецедентная программа по выявлению онкологических заболеваний, в которую заложены более ранние сроки, чем рекомендованные ВОЗ. Заболеваемость – это демографическая проблема, и понятно, что ругать никакой регион за нее нельзя, только хвалить. Объясню, почему: по заболеваемости мы, к сожалению, отстаем от многих стран. Почему «к сожалению»? Потому что мы не можем влиять на заболеваемость – только на раннее выявление. А чем раньше мы выявляем рак, тем выше показатель заболеваемости. Если мы хотим, чтобы наши пациенты доживали до 80+, то пул онкологических пациентов должен увеличиваться. Сейчас, к примеру, в Дании, стране с нормальной экологией, на 100 тыс. населения заболеваемость на 100 человек больше, чем у нас. Этого не может быть: значит, мы пока недовыявляем примерно 50-60 человек на 100 тысяч населения. Резюме: заболеваемость мы сократить не можем, а смертность – обязаны. В последние годы в России заболеваемость растет, мы вышли на весьма приличные цифры, порядка 425 случаев на 100 тыс. населения. В той же Дании и некоторых скандинавских странах – свыше 500 на 100 тыс. населения.

Смертность зависит от того, на какой стадии выявили болезнь. Для снижения смертности необходимо выявлять больше случаев рака 1-2-й стадии. Сейчас это порядка 64% всех случаев, еще недавно было 56%. То есть, мы сделали хороший скачок. Следующая цель – 70%-74%. Рак 1-2-й стадии хорошо лечится, некоторые виды опухолей излечиваются в 97% случаев. Следовательно, чем выше процент раннего выявления, тем лучше результат. Но нужно набраться терпения. Потому что в первые годы после внедрения любого скрининга мы будем находить пациентов с запущенными формами – тех, кто до последнего не обращался к врачам. Через 5-7 лет, когда эти пациенты, к сожалению, уйдут (а программа останется), ранняя выявляемость начнет расти, а смертность, наоборот, снижаться.

Кстати, во всем мире количество обнаруженных случаев рака 4 стадии - примерно на одном уровне. В любой стране мира есть пациенты, которые не идут в больницу, несмотря на СМИ, социальную рекламу и призывы врачей.

- Люди боятся не болезнь, а врача, клинику… Почему, и как это поменять?

- С помощью вас, журналистов. Должны быть программы в СМИ, социальная реклама, буклеты, должен быть открытый разговор. Нам, врачам, тоже надо снять маски, мы должны поддерживать более теплый и человечный диалог с пациентом. Я постоянно говорю своим ученикам: мы или наши близкие можем оказаться на этой койке завтра или послезавтра. Поэтому нужно, чтобы врачи относились к пациентам как к товарищам по несчастью.

Россиянам дали 1 день для диспансеризации. Вышел приказ министра здравоохранения о поощрении врача – не онколога, который выявит онкологическое заболевание. В Калужской области этот механизм работает давно, в Башкортостане врио главы республики обещает платить врачам 5 тысяч рублей за каждого выявленного онкопациента.

Да, возможны ошибки, ложноположительные диагнозы. Но эти 100-150 тысяч рублей за 20-30 ложных диагнозов мы с лихвой окупим экономией на дорогостоящей химиотерапии, которую, скорее всего, не придется применять, если удастся выявить пациента на ранней стадии болезни. Для преодоления инертности пациентов все средства хороши – и призывы, и диспансеризация, и наша сегодняшняя беседа.

- Считается, что одна из главных причин рака – образ жизни. Но у приверженцев ЗОЖ тоже бывает рак, и, с другой стороны, есть курильщики, которые доживают до 90 лет и не сталкиваются с этой проблемой. Что же на самом деле можно назвать бесспорной причиной возникновения онкозаболеваний?

- Ученые должны основываться на многолетних и многокогортных (проводящихся одновременно на 2 и более многочисленных группах испытуемых – ред.) исследованиях. Так вот, многокогортные исследования показали, что курильщики болеют в 30 раз чаще. Те, кто, доживает до 90 лет, вероятно, входят в 15% людей, у которых рака в принципе быть не может. В абсолютном же большинстве случаев курильщик в зоне высочайшего риска развития онкологических заболеваний, причем не только рака легких, но и рака мочевого пузыря, уротелиального рака, рака почки, – и это также доказано в ходе больших исследований. То же и с алкоголем, чрезмерное употребление которого вызывает опухоли поджелудочной железы, желудка и пищевода. Представители обеих этих категорий – и курильщики, и часто выпивающие люди рискуют заболеть раком гортани.

Еще один фактор высокого риска – вирус папилломы человека. Доказана его негативная роль в возникновении рака шейки матки и ротоглотки. Также не стоит забывать о несомненном вреде жирной пищи, злоупотребления красным мясом. Контакты с асбестами и красителями тоже несут вполне конкретные риски.

- Есть пул заболеваний, недостатки в лечении которых могут привести к возникновению опухоли или к перерождению доброкачественных образований в злокачественные. Какие это болезни, и какие меры нужно принимать, чтобы опухоли не возникло?

- В первую очередь следует назвать заболевания органов ЖКТ: любые полипы должны вызывать особую настороженность врача. Пациенты с таким диагнозом должны проходить скрининговое исследование не реже 1 раза в год. На аналогичный контроль должны браться все случаи папилломатоза кишечника, особенно наследственного, папилломатозы мочевого пузыря, гастриты, в том числе атрофические. Все пациенты с подтвержденным ВПЧ онкогенного риска должны быть под особым контролем. Как и родственники пациентов с гормональными формами рака – раком молочной железы, предстательной железы. У всех лиц, находящихся в группах риска, скрининг должен проводиться чаще.

- Давайте поговорим о профилактике. Есть ли надежные, проверенные простые способы хоть как-то себя обезопасить?

- Во-первых, самодисциплина. Почему женщины у нас в среднем доживают до 78? Потому что среди них снижается число курильщиц. Значит, в случае с прекрасным полом работают наши программы по пропаганде здорового образа жизни. В каждом российском регионе сегодня проходит свой марафон, другие спортивные акции. Здорово подешевел фитнес, плавательные бассейны – все это становится более доступным. Мы научились следить за своим телом. Следующий шаг – научиться прислушиваться к организму, понять, например, что любое появление крови в кале, моче или мокроте – повод немедленно идти к врачу, потому что это грозный симптом.

- Часто в медцентрах предлагают сдать анализы на наличие онкомаркеров. Много ли действительно надежных онкомаркеров, кроме всем известного ПСА?

- Есть еще СА-125, он позволяет выявить некоторые локализации гинекологического рака. Остальные маркеры лишь косвенно могут свидетельствовать об опухолевом процессе. Поэтому не стоит соглашаться на сомнительные исследования. После таких анализов некоторые пациенты в панике прибегают к онкологам, у них начинается боязнь развития рака, и мы вынуждены их успокаивать и убеждать в том, что все у них хорошо. Что касается маркеров, то мы работаем над панелями и даже совокупностями панелей маркеров. Чем шире линейка и чем больше положительных ответов на разные маркеры, тем выше вероятность онкологического заболевания.

Сфера применения маркеров не ограничивается выявлением заболевания. К примеру, когда наличие рака и его точная локализация определены, необходимо узнать, есть ли метастазы. Для этого делается позитронно-эмиссионная томография. В этом случае маркеры помогают врачу понять, какой именно изотоп необходимо ввести, чтобы обнаружить (или, к счастью, не найти) тот или иной тип опухоли. Во время лечения химиотерапией маркеры помогают понять, насколько она эффективна.

- Какие методы лечения рака в России вы считаете наиболее перспективными? Есть ли какие-то прорывные разработки, о которых можно и нужно говорить?

- Появилась иммунотерапия. Мы научились воздействовать на белки теплового шока, что позволяет нашему т-лимфоциту распознать опухолевую клетку. Весьма интересны разработки в области жидкостной биопсии, когда мы можем выделять специфичные для опухоли ДНК из жидких сред организма. Генетикам удалось доказать, что многие опухоли гетерогенные. То есть, в опухоли, например, мочевого пузыря, больше клеток, похожих на те, что встречаются в опухоли молочной железы. Это означает, что и лечить такой рак нужно иначе. Активно развивается радиофармакология, это супернаправленный метод лечения. В нашем центре мы занимаемся брахитерапией: это введение в ткань опухоли низко- и высокодозных радионуклидов. Эндоваскулярные методы лечения позволяют закрывать питающие опухоль сосуды.

- Какие мифы о раке сейчас наиболее широко распространены? Давайте их развенчаем.

- Миф первый: рак молодеет. Рак не молодеет. Молодеет он отчасти из-за распространения вируса папилломы человека. Но здесь нужно говорить скорее о распущенности, потому что ВПЧ распространяется половым путем.

Миф второй: рак неизлечим. Опухоли множества локализаций при раннем выявлении излечиваются в 98%-100% случаев. Рак – излечим.

Миф третий: не надо лечить метастатических больных. Тоже неправда. Современные способы лечения дарят годы жизни некоторым пациентам даже с обширными метастатическими поражениями. Пятилетняя выживаемость пациентов с метастазами уже не считается чудом.

Миф четвертый: рак обязательно приводит к глубокой инвалидизации. Вовсе нет. Мы делаем все больше органосохраняющих операций.

Наконец, наиболее распространенный и опасный миф: рак – это инфекционное заболевание. Ни одна теория об инфекционной природе рака ни разу не была доказана в ходе многокогортного исследования. Генетическая обусловленность и образ жизни – вот за чем нужно следить, чтобы не пополнить статистику пациентов онкологических диспансеров.

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также