«Детям, которые не знали о своей судьбе»: Машеров и Быков помогали создать самый трогательный мемориал Беларуси

Необычный мемориал в Беларуси, который посвящен детям Второй мировой войны.

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

Пустые парты в яблоневом саду. Худенькая девочка, закрывающая голову руками. Кораблик надежды. Это, пожалуй, самый необычный мемориал в Беларуси, который посвящен детям Второй мировой войны. «КП» съездила в деревню Красный Берег в Жлобинском районе, где расположен мемориал, - экскурсию для нас провела самый первый экскурсовод и научный сотрудник комплекса Людмила Мелащенко.

ИДЕЮ МОНУМЕНТА ДЕТЯМ ВОЙНЫ ПОДАЛ МАШЕРОВ

Мемориал открыли в 2007 году, и он стал лебединой песней знаменитого архитектора Леонида Левина. Но идея комплекса возникла еще в 1980-х годах у руководителя БССР Петра Машерова. Людмила Мелащенко записала его слова:

- Будет справедливо, если мы средствами монументального искусства выразим всенародную дань уважения светлой памяти детей, героям и жертвам борьбы с фашизмом, создадим монумент в честь тех, чье детство опалено войной.

Только в начале 90-х, когда Беларусь стала независимой, по просьбам ветеранов эту идею стали воплощать в жизнь.

Мемориал расположен в деревне Красный Берег.

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

«ВЫКУПАТЬ ДЕТЕЙ ПОМОГАЛ СТАРОСТА»

- Детей вырывали из рук матерей и привозили сюда, они ничего не знали о своей будущей судьбе. Но местные люди, кто мог, выкупали у фашистов своих детей. Кто мясом, кто яйцами, а у кого и золото было. Выкупать детей помогал староста, - рассказывает Людмила Мелащенко.

В Красном Береге, вопреки придуманному мифу, у детей не забирали кровь для немецких солдат и не сжигали узников. Детский накопитель фашисты создали, чтобы быстро помыть, обследовать, а затем отправить кого в Германию, где они работали за станками, а кого в другие лагеря, где действительно выкачивали кровь.

- У нас нет материалов о том, что в Красном Береге забирали кровь на донорство. По воспоминаниям бывших узников - только на анализы.

- На полу в сарае лежало немного соломы, которая была нашей постелью, - рассказывал узник детского лагеря в Красном Береге Григорий Голубицкий о своем первом дне в неволе. - Многие дети плакали. Тогда часовой стучал в ворота и ругался. Утром нас вывели на построение. Комендант лагеря ходил с тростью в руке и всматривался в лицо каждого узника. Того, кто отворачивался, вытаскивал из строя и бил тростью. Такой обход он делал каждый день.

Худенькая девочка, закрывающая голову руками.

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

Научный сотрудник объяснила, что мемориал никак не привязан к местному детскому накопителю:

- Он создан в память всех детей, которые прошли через Вторую мировую войну, независимо от национальности. В этой войне погибли 13 миллионов детей - из Советского Союза, Германии, Польши, Франции и других стран.

НА МОНУМЕНТ ПЕРЕЧИСЛИЛ ДЕНЬГИ НЕМЕЦКИЙ БИЗНЕСМЕН

В голодные 90-е годы строительство мемориала застопорилось. Продолжить работы в 2005 году помог Анатолий Тозик, который тогда был в должности председателя Комитета госконтроля. В итоге деньги собирали всей страной на субботниках. А 50 тысяч немецких марок еще в 90-е перечислил бизнесмен из Германии.

Мемориал посетили группы из десятков стран. А когда приезжали немецкие делегации, все становились на колени, плакали, обнимали фигуру девочку и вслух просили прощения за то, что содеяли отцы и деды.

Мемориал открыли в 2007 году, и он стал лебединой песней знаменитого архитектора Леонида Левина.

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

ПИСЬМО ДЕВОЧКИ ПОСОВЕТОВАЛ РАЗМЕСТИТЬ НА ДОСКЕ ВАСИЛЬ БЫКОВ

За фигурой девочки - бетонные парты, или «мертвый класс». Перед партами школьная доска с частью знаменитого письма 15-летней Кати Сусаниной.

- Когда встал вопрос, что разместить на доске, Левин обратился к Василю Быкову: просил составить текст, который бы пронизал душу. А Быков, заметив на столе у Левина листок с копией письма Кати Сусаниной, предложил: зачем ломать голову - вот же письмо, оно будет самым лучшим текстом. Так Левин и сделал.

Достоверно история этого письма неизвестна. По официальной информации советского времени, письмо написала белорусская школьница из Лиозно, рабыня немецкого барона Шарлэна. В 1943 году Катю должны были отправить на работу в Германию, поэтому она решила повеситься, а на прощанье оставила письму отцу-фронтовику. Девочка не знала, что он погиб. Катя спрятала письмо в кирпичной кладке печи. И после освобождения Лиозно при разборе завалов конверт нашли. Впервые письмо опубликовала в 1944 году «Комсомольская правда». Даже сейчас многие посетители мемориала плачут, когда читают это письмо - и дети, и взрослые.

За фигурой девочки - бетонные парты, или «мертвый класс».

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

«РЕШИЛА УМЕРЕТЬ НА РОДНОЙ СТОРОНУШКЕ»

«Дорогой, добрый папенька! Пишу я тебе письмо из немецкой неволи. Когда ты, папенька, будешь читать это письмо, меня в живых не будет. И моя священная просьба к тебе, отец: покарай немецких кровопийц. Это завещание твоей умирающей дочери.

Несколько слов о матери. Когда вернешься, маму не ищи. Ее расстреляли немцы. Когда допытывались о тебе, офицер бил ее плеткой по лицу, мама не стерпела и гордо сказала, вот ее последние слова: «Вы не запугаете меня битьем. Я уверена, что муж вернется назад и вышвырнет вас, подлых захватчиков, отсюда вон!» И офицер выстрелил маме в рот…

Папенька, мне сегодня исполнилось 15 лет, И если бы сейчас ты встретил меня, то не узнал бы свою дочь. Я стала очень худенькая, мои глаза ввалились, косички мне остригли наголо, руки высохли, похожи на грабли. Когда я кашляю, изо рта идет кровь - у меня отбили легкие. А помнишь, папа, два года тому назад, когда мне исполнилось 13 лет? Какие хорошие были мои именины! Ты мне, папа, тогда сказал: «Расти, доченька, на радость, большой!» Играл патефон, подруги поздравляли меня с днем рождения, и мы пели нашу любимую пионерскую песню.

А теперь, папа, как взгляну на себя в зеркало - платье рваное, в лоскутках, номер на шее, как у преступницы, сама худая, как скелет, - и соленые слезы текут из глаз. Что толку, что мне исполнилось 15 лет. Я никому не нужна. Здесь многие люди никому не нужны. Бродят голодные, затравленные овчарками. Каждый день их уводят и убивают.

Да, папа, и я рабыня немецкого барона, работаю у немца Шарлэна прачкой, стираю белье, мою полы. Работаю очень много, а кушаю два раза в день в корыте с Розой и Кларой - так зовут хозяйских свиней. Так приказал барон. «Русс была и будет свинья»,- сказал он. Я очень боюсь Клары. Это большая и жадная свинья. Она мне один раз чуть не откусила палец, когда я из корыта доставала картошку.

Мольберты с рисунками послевоенных детей из архива художника Сергея Коткова.

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

Живу я в дровяном сарае: в комнату мне входить нельзя. Один раз горничная полька Юзефа дала мне кусочек хлеба, а хозяйка увидела и долго била Юзефу плеткой по голове и спине.

Два раза я убегала от хозяев, но меня находил ихний дворник. Тогда сам барон срывал с меня платье и бил ногами. Я теряла сознание. Потом на меня выливали ведро воды и бросали в подвал.

Сегодня я узнала новость: Юзефа сказала, что господа уезжают в Германию с большой партией невольников и невольниц с Витебщины. Теперь они берут и меня с собою. Нет, я не поеду в эту трижды всеми проклятую Германию! Я решила лучше умереть на родной сторонушке, чем быть втоптанной в проклятую немецкую землю. Только смерть спасет меня от жестокого битья.

Не хочу больше мучиться рабыней у проклятых, жестоких немцев, не давших мне жить!.. Завещаю, папа: отомсти за маму и за меня. Прощай, добрый папенька, ухожу умирать».

ЛЕВИН НАДЕЯЛСЯ, ЧТО НА МЕМОРИАЛЕ БУДУТ ПРОВОДИТЬ ПЛЕНЭРЫ

Последний знак-символ на «луче-памяти» - кораблик надежды. На паруснике записаны имена погибших детей, в основном - славянские, цыганские и еврейские. По традиции на мемориал приезжает много свадебных кортежей - возлагать цветы. И часто женихи и невесты, читая список на кораблике, выбирают имя для своего первенца. За парусником - мольберты с рисунками послевоенных детей из архива художника Сергея Коткова. Потом многие дети, чьи рисунки размещены на мемориале, стали художниками.

На паруснике записаны имена погибших детей.

Фото: Павел МИЦКЕВИЧ. Перейти в Фотобанк КП

По задумке Левина, ежегодно 1 июня, в Международный день защиты детей, здесь должны были проводиться детские пленэры.

- Но никогда такие пленэры, к сожалению, не проводились. А ведь не так сложно воплотить эту идею. Может, в этом году получилось бы это сделать? - надеется Людмила Мелащенко.

По случаю 75-летия Победы у нее есть две мечты:

- Первая - хотя бы по небольшому пакетику сладостей вручить каждому ребенку войны - не так их много уже осталось. Ведь они были лишены этого в детстве. Вторая мечта - чтобы ко Дню Победы из каждого областного центра приехали автобусы, заполненные детьми войны, и чтобы они привезли свои воспоминания. А потом, может, «Комсомольская правда» напишет нашу, белорусскую книгу «Дети войны».